Драгоценность
Шрифт:
– Отлично. – Доктор что-то чертит на экране. – Второе Заклинание, на форму, как ты уже, наверное, догадалась, влияет на физические параметры ребенка – длину ног, форму лица, глаз или носа. Влияет и на размер органов, что исключительно важно для здоровья ребенка. Многие женщины именно по этой причине ставят Заклинание на форму выше двух других.
Доктор Блайт забирает у меня звезду и возвращает ее в лоток. У меня ломит спину, головная боль пульсирует резким и отрывистым стаккато. Я уже знаю, что будет дальше.
Он
– Заставить его расти? – опережаю я его. Он улыбается и кивает. Я делаю глубокий вдох.
Жизнь в этом цветке не так сильна, как в лимонном дереве, потому что он был срезан. Скоро он умрет. Я легко вытягиваю ниточки жизни, и знакомое покалывание в глазах кажется сущей ерундой, когда бутон превращается в розу, лепестки раскрываются насыщенным розовым. У меня даже нет носового кровотечения.
Я роняю розу в лоток. Еще мгновение я могу чувствовать ее жизнь, мерцающую в моих венах. Но вот и это ощущение проходит.
Доктор Блайт вскидывает брови.
– Как ты себя чувствуешь? – спрашивает он.
Я не обращаю внимания на головную боль и лишь пожимаю плечами.
– Хорошо.
– Ты справилась быстрее, чем я ожидал. Весьма впечатляет.
– Я была лучшей по третьему Заклинанию. – Не могу сдержать нотку гордости в голосе.
– Ты была лучшей по третьему Заклинанию среди участниц Аукциона, – говорит он.
Я тереблю выбившуюся нитку на халате.
– Герцогиня сказала, что отличниц было не так много.
Доктор Блайт кивает.
– Она права. Хотя рейтинг складывается из всех показателей. Лот 200 была выдающимся талантом во всех трех Заклинаниях, особенно учитывая ее возраст. Это трагедия, что суррогату так и не удалось выносить ребенка.
Мои глаза щиплет от слез, как только я вспоминаю о Далии.
– Ты хорошо ее знала? – спрашивает он. – Мне сказали, что ты очень бурно отреагировала на ее смерть.
– Такое часто происходит? – тихо спрашиваю я. – Что суррогатов… убивают?
Доктор Блайт поджимает губы.
– Тебе не стоит об этом беспокоиться. Герцогиня будет хорошо о тебе заботиться. – Он еще несколько раз стучит по экрану и смущенно откашливается.
– Третье Заклинание, на рост, очень коварное, – продолжает он. – Если оно проходит успешно, то может повлиять на интеллект, творческие способности, честолюбие… в общем, на личность будущего ребенка.
– А в чем же подвох? – спрашиваю я. Меня несколько угнетает мысль о том, что я могу сделать ребенка на заказ.
– Оно не всегда работает. Мы пока не знаем, почему иногда ребенок рождается с тем набором качеств, которые желает видеть в нем мать, а бывает, что результат обратный, причем не всегда приятный. Зачастую королевские особы даже не связываются с третьим Заклинанием, опять же из-за его непредсказуемости.
– Вот почему герцогиня купила меня? Как лучшую в Заклинании на рост?
– Она уже говорила с тобой?
Я киваю.
– Она перечислила целый список качеств, которыми хочет наделить своего ребенка. Но я не знаю, как это сделать.
– И это еще не все, Вайолет, – говорит доктор Блайт. – Она хочет, чтобы ее дочь родилась первой. Она считает, что при твоих способностях ребенок может родиться раньше, чем через девять месяцев. И что это будет… одаренный младенец. Ты можешь ускорить процесс не только физического, но и умственного развития.
Я чувствую легкое головокружение.
– И как скоро я должна родить этого ребенка?
Доктор Блайт пристально смотрит на меня.
– Наша цель – три месяца. Каждый триместр за месяц.
Три месяца. Я на грани истерики.
– Что? Да это же безумие.
Врач только улыбается.
– Посмотрим.
– Почему нам не говорят об этом в Южных Воротах? Я имею в виду, про силу Заклинаний и зачем они на самом деле.
Доктор Блайт заносит в свой планшет еще какие-то показатели и начинает снимать электроды.
– Вайолет, в Южных Воротах вам вообще ничего не рассказывают. Вам даже не разрешают смотреть на себя в зеркало. Чем меньше вы знаете, чем меньше понимаете о себе, тем легче вами управлять.
– Тогда почему вы мне сейчас об этом рассказываете?
– Потому что твоя добрая воля жизненно необходима для всего процесса. И потому что ты уже ничего не можешь изменить. Ты изолирована во дворце герцогини. Ты больше никогда не увидишься ни со своей семьей, ни с подругами. Ты никогда не покинешь Жемчужину. – Доктор Блайт нажимает красную кнопку, и экран исчезает в потолке. – Когда ты родишь герцогине дочь, тебя стерилизуют и отправят в центр, очень похожий на Южные Ворота, где ты останешься до конца своих дней и будешь жить вместе с другими суррогатами, исполнившими свою миссию.
Обратно в инкубатор? Выходит, я вечно буду жить по чужим правилам, даже после того, как сделаю свою работу?
– Герцогиня сказала, что королевским семьям разрешено иметь только одного мальчика и одну девочку, – говорю я. – Мне и это придется контролировать?
– Нет, – отвечает доктор Блайт. – Это в руках врачей.
– Почему им положено иметь только двоих детей?
– Чтобы сохранить чистоту крови и, как говорится, эксклюзивность своего клуба. Сын сохраняет семейный титул, а дочь выходит замуж, чтобы обеспечить альянс с нужным домом. Альянсы здесь крайне неустойчивы. – Он вздыхает и качает головой. – Герцогиня очень разочарована своим сыном. Поэтому возлагает невероятно большие надежды на дочь.