Драконы войны
Шрифт:
— А что я должен буду сделать, если вы выиграете?
— Вы нам заплатите и приготовите поесть.
Он непроизвольно глянул на пустой котелок.
— Приготовить вам поесть? — хохотнул Дариен. — Сейчас я могу вам предложить остатки хлеба. За счет нашего заведения, пока мы еще не знаем, кто выиграет пари.
Пейланн посмотрела на него с удивлением и открыла рот. Он едва заметно покачал головой, дав ей знак ничего не говорить, а потом постучал своим золотым кольцом по кружке. Настойчивый стук заставил всех замолчать.
— Это
Он объяснил условия, а потом Ганни низко поклонился и сказал:
— Все остальные тоже могут делать ставки!
Присутствующие переглянулись. Поспорить с незнакомцем, что тебя не напугает какая-то история? Кажется, на этом можно заработать денежки.
Кори подошел к каждому столику, принял ставки у тех, кто заинтересовался, а потом вернулся к Ганни.
— Надеюсь, у нас хватит денег расплатиться, если мы проиграем, — предостерег он.
Ганни посмотрел на него и закатил глаза.
— Когда это мы проигрывали? — Он быстро зажал Кори рот рукой и снова поклонился присутствующим. — Что же, начнем нашу историю.
— Я хочу, чтобы рассказали про совомедведей, — потребовала девочка.
Мать тихо сказала малышке:
— Тише, Элинор. — И с извиняющимся видом посмотрела на молодых людей. — Она очень любит сказки.
— Чудесная девочка. — Кори опустился на одно колено. — Наша история, к сожалению, будет не про совомедведей. — Бросив взгляд на собравшихся, он произнес на удивление сильным голосом: — Можно ли нам рассказать вам историю о драконах?
Присутствующие вздрогнули и выпрямили спины. Дариен и Пейланн с встревоженным видом подались вперед.
— Отлично. — Ганни встал одной ногой на край скамейки и наклонился в сторону слушателей. — Однажды, во времена не столь давние, жили два молодых человека, и были они бродягами. Эти выдумщики ходили с одного постоялого двора на другой, тратили деньги и пускались в погоню за мечтой. Назовем их… — он сделал вид, что задумался, — Корион и Элган…
Сходство имен уловили все без исключения. Пастух Бранн снисходительно улыбнулся и устроился поудобнее послушать историю. Даже Элинор вдруг посмотрела на сказителей с интересом, переводя взгляд с одного на другого, будто ожидая, что у каждого вот-вот засияет на лбу его настоящее имя.
— В то самое утро Элган проснулся…
Элган проснулся в свете летнего солнца и потер нос. Его щекотала травинка.
Которую держал за стебелек Корион.
— Доброго утра. Как ты себя чувствуешь?
Элган пошевелил пальцами ног, пересчитал пальцы на руках и, наконец, с некоторым трепетом зажал ноздрю и высморкался.
— Отлично; — Он вылез из плаща, в который был укутан, подполз к ручейку, наклонился и стал жадно пить.
Корион сказал:
— Славная была ночь, да? Такие милые
Элган глянул вниз, на долину; из труб домишек поднимался дым, а самый большой столб дыма шел из очага в таверне «Отдых для путника». Элган повернулся к Кориону.
— Тебе стоило бы получше обдумывать свои поступки, — осуждающе сказал он.
— Это была совершенно невинная забава.
— Невинная? Этот-то фокус с ножами? Просто безрассудство.
Элган ухмыльнулся. Да, он спрятал в рукаве один за другим дюжину столовых ножей, а потом бросал их в стену, возле которой стоял Корион, так что лезвия вонзались у самого тела товарища.
— Я что, задел тебя хотя бы одним ножом?
Корион, почесав в голове, ощупал краешек левого уха и обвиняюще уставился на Элгана.
— Ну ладно, разве я задел тебя больше одного раза?
Корион угрюмо ответил:
— Мне стоило умереть.
— Будь осторожен, когда высказываешь такие желания, — рассеянно ответил Элган.
— Я ничего не желаю, я говорю то, что есть. — Он перестал, наконец, щупать ухо, но по-прежнему хмурился. — А все эти истории о битвах с драконами… Да ты просто пускал всем пыль в глаза. Я же тебя с детства знаю…
— Ты и тогда был пессимистом…
— …и мне совершенно точно известно, что ты никогда не участвовал в битве с драконом. — Он сделал паузу. — Мне кажется, ты никогда этого и не видел.
— Неправда, — твердо ответил Элган. — Ты наверняка помнишь, как на дне рождения моего старшего брата мы вместе смотрели генеральное сражение, в котором участвовали три человека и три дракона…
— О Боги. Элган, так ты о кукольном театре! — Мгновение молча постояв на солнце, Корион произнес: — Ты так ничего и не сказал мне о Белдиезе.
— Белдиезе… — Элган потянулся, мечтательно зажмурившись.
Она подошла к нему после трюка с ножами и посмотрела ему прямо в глаза. А глаза у нее были серебряно-голубые, и в них загадочно отражались огоньки свечей; эти глаза пленили его. Ее лицо обрамляли длинные темные волосы, почти прямые, и когда он взглянул на нее, то почувствовал, что ему уже ни за что не вырваться на свободу. А как звенел колокольчиком ее голос, когда она начала задавать вопросы…
Он заговорил:
— Она спросила меня о битве с драконами.
Корион фыркнул:
— И ты всю ночь рассказывал разные истории.
Под конец вечера столики сдвинули к середине зала, и Элган стоял на одном из них, размахивая кувшином эля и рассказывая о битвах. Он запрыгнул на спину сильному добродушному трактирщику, потребовал себе метлу и поскакал по таверне, показывая все тонкости обращения с копьем. Элган помнил, что разок он даже поймал «копьем» колечко для шторы, которое держала Белдиезе.
Еще он помнил, как потом они долго целовались и шли под звездным небом.