Драм
Шрифт:
– Куда едем?
– серый повернул ко мне меркантильную морду.
– К Тени!
Возникла заминка, волк тряхнул туловищем, я едва не свалился на землю. Меня выручила змейка. Она сжала мой кулак в стальной зажим, который намертво впился в холку хищника.
– Ты чего? – я был слегка озадачен.
– Мы так не договаривались, - заартачился живой транспорт.
Судя по всему, представитель сказочной фауны решил разорвать сделку. Правда, деньги при этом возвращать не торопился.
– Места там глухие,
– Добавлю ещё две монетки!
Денежный фактор – решающее обстоятельство в переговорах. Я уже настроился на поездку, поэтому решил не скупиться. Волк сразу приободрился, в его глазах проявился блеск презренного металла. В общем, серый размышлял недолго – деньги сделали своё дело.
– Эх, была – не была, - животное сорвалось с места.
Шустрый хищник, как любая маршрутка, исповедовал агрессивный стиль перемещения в пространстве. Известно, что главной задачей пассажиров данного вида транспорта является добраться до конечного пункта живым. Я в этом плане исключением не был.
Мохнатый лихач закладывал такие виражи, от которых у Шумахера попросту съехала бы крыша. Он настолько виртуозно петлял по дороге, так резко тормозил, а потом снова набирал скорость, что мне приходилось изо всех сил держаться за жёсткую шерсть, чтобы не свалиться.
Мы неслись по лесам и полям, мимо нас мелькали какие-то строения, но разобрать детали не было никакой возможности. Все мои помыслы были сосредоточены только на одном - чтобы не выпасть из седла. Насчёт седла – это я образно.
Лишь однажды этот гонщик сбавил скорость. Появилась белая табличка с надписью “Кукуево”. Зверь немного уменьшил ход. Переведя дух, я заметил большой терем справа. Невольно загляделся. Правда, долго любоваться зрелищем мне не пришлось. Граница селения кончилась, и хищник припустил с новой силой. Резкий рывок чуть не лишил меня равновесия, из моего организма вырвалась неприличная рифма к названию населённого пункта.
Вокруг стало заметно темнее, пейзаж поменял яркие краски на серые тона. Исчезли запахи, пропали звуки. Волк перешёл на опасливую рысцу и, наконец, замер.
– Всё, приехали! – у зверя дрожал голос.
– А… - я хотел уточнить, где находится искомый субъект, но волк, применив передовые методы изощрённой мимикрии, уже растворился в окружающей среде. Он сумел так распластаться на серой траве, что его смог бы заметить разве что опытный следопыт. Хамелеон, блин!
Я мысленно махнул на него рукой – пусть лежит, если нравится. Огляделся. Из тусклого мрака на меня надвигался тёмный сгусток. Повеяло холодом – у меня тоже появилось желание слиться с пейзажем в один незатейливый натюрморт. Так, чтобы меня никто не видел. Желательно, ближайшие лет пятьсот.
А чего это я раскис-то? Ведь не просто же так пришёл, а по делу. А на крайний случай у меня и меч имеется.
– Зачем явился ко мне, смертный?! – прошипело у меня над ухом.
Ужас липкой пеленой окутал округу. Торчащие из травы ушки хищника тут же прикинулись невинными сыроежками. Я сделал глубокий выдох и вытянул перед собой клетчатую доску.
– Вот! – из-за сухости во рту, я сумел произнести только это.
– Почему ты решил, что меня заинтересует какой-то футляр?
– потусторонняя субстанция скучковалась возле игрового поля.
Вот те раз! Мне обещали честный обмен, а этот летучий голландец косит под ненормального. Я слегка разозлился. Ну уж нет, так дело не пойдёт!
– Посмотрите, какие шахматы! – я открыл доску, привидение заглянуло внутрь.
Фигурки, увидев, кому их сватают, тут же притворились обычными кусками дерева, а некоторые даже захотели сбежать. Я пресёк массовый побег резким закрытием игрового поля, привидение метнулось вверх. Теперь оно висело надо мной злобной тучкой.
– Зачем они мне? – Тень колыхнулась вниз, клетчатое поле выпало из моих рук.
Доска прилетела точно в темечко серому. Тот даже не пискнул, старательно изображая из себя плодородный слой.
– Так ведь будет чем скрасить одиночество, - я нагнулся за игрой.
– Одиночество – не самое плохое в жизни! – на меня повеяло стужей. – А особенно в смерти!
Я вдруг чётко осознал, что произойдёт в следующий момент. Из меня начнут высасывать силы. Вероятнее всего, именно это бы и случилось, если бы не одно обстоятельство. Я уловил в голосе привидения тоску и безысходность. А если кому-то хреново, всегда можно залезть в душу.
– Что тебя тревожит? – я сумел выдавить из себя три слова.
Привидение как-то сразу обвисло, а потом мутной слезой стекло на землю.
– Тошно мне, - из-под ног выпрыгнуло затемнение, - потому что не знаю, кто меня отбросил. Я - тень без хозяина. А так не бывает! Я – это то, чего быть не может.
– Тут можно всё поправить! – в моей голове мгновенно созрел план.
– Говори!
– привидение, не мигая, уставилось мне в глаза.
Я собрался с духом и выдал следующее:
– Ты можешь отбросить саму себя.
Наступила полнейшая тишина. Я ждал, когда меня начнут рвать на части, но всё обошлось. Полтергейста явно заинтриговало моё предложение.
- Тогда ты сам будешь и хозяином, и тенью, - не дав призраку опомниться, закончил я свою мысль. – В общем, два в одном.
Мой потусторонний собеседник задумался, потом отделил от себя небольшую часть и распластал её на земле. Полетал влево-вправо – обе сущности единого целого двигались слаженно, как пловчихи из синхронного плаванья.