Дуэль
Шрифт:
Какая-то старушка, выходившая из аптеки, увидев такую картину, закричала благим матом и, то ли упав в обморок, то ли просто не устояв на ногах, скатилась к убитому.
Убийцы же и след простыл. Стрелявший телохранитель, поводя дулом автомата, обнял за талию своего лишившегося глаза коллегу, запихал его в "Мерседес". Случайные прохожие, увидав вооруженного человека, начинали пятиться или замирали на месте, тот же, не обращая на стоящих никакого внимания, вернулся к убитому шефу и, открыв багажник машины, закинул туда бездыханное тело.
Взревел
Всё произошло настолько быстро, что Константин, обученный действовать именно в таких ситуациях, успел сделать лишь несколько шагов по направлению к преступнице. Впрочем, виноват в этом был Сергей Владимирович. Он, зная, что за сцена развернётся сейчас, сознательно затормозил реакции спецназовца и "отпустил" того лишь после того, как исчезли все участники действа.
Кроме того, Изотов был единственным из всех, кто понял, что именно здесь случилось. Он с первого взгляда увидел, что на спине тётки-яблочницы находится знакомая, по прошлогодним приключениям, энергоинформационная программа. Мало того, эта программа на глазах Сергея Владимировича внезапно активизировалась, что могло означать лишь одно: приближается некто с "маяком" на который программа настроена.
Работать по снятию как возбудившейся программы, так и "маяка", значило ставить себя под немедленный энергетический удар, к этому Изотов был не готов и счёл за лучшее не вмешиваться самому и не дать дарофеевскому брату встрять в события.
Но то, чему майор-экстрасенс стал свидетелем, наводило на размышления. Появление программы на Бредне, так звали убитого преступного босса, говорило о том, что Витя принялся за старое. Кроме него и Пономаря никто не мог сделать такую изящную и смертоносную мизансцену, которую имел счастье лицезреть Сергей Владимирович.
Но если хумчанин вновь начал уничтожать главарей криминального мира, то что послужило причиной такого решения? Оставалось лишь ждать и надеяться, что Витя как-то даст о себе знать и объяснит свои поступки.
Прибыв в химкинскую резиденцию, Корень первым делом посетил Призрака. Николай Андреевич хотел нагрянуть внезапно, но, как он с удивлением обнаружил, Кашеваров его уже ждал. Михаил Русланович встретил мафиози у двери в свой кабинет и прямо с порога вручил прозрачную папочку, в которой лежала стопка исписанных листков. Дневной отчёт.
Даже не взглянув на рукопись, Репнев, не скрывая недоумения, уставился на Призрака.
– О вашем прибытии, - тихо сказал Кашеваров, - я узнал пол часа назад. От моего подопечного. Время подготовиться у меня было...
– Вот как...
– раздосадовано проговорил Николай Андреевич. Такая информация означала, что Витя следит за ним, Корнем, читает его мысли и, как видно, в курсе всех планов относительно Дарофеева.
– Кроме того, - прошелестел телепат, - он разговаривал со мной
Теперь Репнев посмотрел на Михаила Руслановича с плохо скрываемым недоверием.
– Отказался?
– настороженно переспросил он.
– Да, - призрак сказал это так тихо, что мафиози скорее догадался об ответе по движениям его губ, чем реально услышав голос.
– Ладно, что ещё?
Михаил Русланович изобразил губами какую-то длинную фразу, но до мафиози не долетело ни звука.
– Громче!
– приказал Корень, начиная раздражаться.
– Мне кажется, что мальчик научился скрывать от меня свои мысли...
– голос Кашеварова и после приказа звучал как шелестящие на ветру листья.
– Что?!
– взревел Николай Андреевич после секундной паузы.
– Ты уверен?!
Телепат что-то пытался выдавить из горла, но Репневу уже было недосуг прислушиваться. Если дело обстояло так, как только что сказал Призрак, то все усилия мафиози пошли прахом. Он утратил контроль над хумчанином, и теперь от того можно было ждать любых неприятностей и подвохов. Но знал ли Витя Матюшин о том, что Пономарь уже на свободе, оставалось пока под вопросом.
Внезапно Корень понял, что выдал сам себя. Ведь если парень с лёгкостью читает его мысли на любом расстоянии, то, подумав о побеге Дарофеева, он сам, как на блюдечке, преподнёс бывшему ГУЛу эту информацию.
С этого момента ситуация радикально изменилась. Если раньше Пономарь являлся залогом безопасности Корня и подчинения Вити, то теперь сам хумчанин превратился в заложника и стал гарантом того, что Пономарь не будет делать опрометчивых шагов. Но в памяти Репнева всё ещё было свежо воспоминание об увиденной на экране компьютера сцене собственной смерти.
Мафиози опрометью кинулся из кабинета Призрака. Скатившись по широкой лестнице на первый этаж, Николай Андреевич залетел в каптёрку охранников.
– Вызывай подкрепление!
– крикнул он находившемуся в каморке боевику. Человек десять. Из Хумска.
Парень вскочил, заметался по комнатке, в поисках телефона, который находился у него в нагрудном кармане. Пока охранник нажимал кнопки, Репнев успел слегка успокоиться и начал прикидывать, что именно надо сделать в изменившейся ситуации.
– Запоминай!
– приказал Корень боевику.
– У комнаты пацана круглосуточное дежурство. Двое, минимум. Территорию дома - патрулировать. На сигналку не надеяться. Всех подозрительных, кто будет пытаться проникнуть через забор - брать, по возможности, живыми.
Николай Андреевич умолчал о том, что если Витя решит призвать на штурм целую армию, то у него это вполне может получиться и как тогда будет обороняться горстка охранников, совершенно не ясно.
– Что с ментами делать - сам знаешь... Вроде всё...
– Репнев с шумом выдохнул и, позабыв о том, что собирался навестить самого виновника этого переполоха, вышел во двор, где его поджидал синий "БМВ".