Душегуб
Шрифт:
— Слабаки, говоришь?.. А хочешь драться с действительно сильными и стоящими противниками?
— А ты можешь это устроить?
Все, кто встречал меня первый раз, либо удивлялись, либо сильно злились на мое «ты», однако этот мужичек лишь немного помолчал, а после продолжил говорить, словно пропустив мимо ушей:
— Еще как! Дерись хоть каждый день! Если силенок хватит… — усмехнулся лысый.
— Ты че, Дим! — встревожено крикнул Георгиевич, и стул под ним во время его гневной тирады предательски скрипел, — Ты хоть понимаешь, кому предлагаешь свои бои без правил?! Это же ребенок! Ему и восемнадцати нет!
— Этот ребенок победил в соревнованиях мастеров спорта одной рукой, —
На такой аргумент у тренера ответов не нашлось и он пристыжено замолчал, отдав инициативу в руки Дмитрия.
— Так как?
— Если ты обещаешь сильных бойцов, то я согласен.
— Так! — снова встрял Георгиевич, треснув по столу кулаком и встав со стула, — Давыдов! Ты хоть понимаешь, куда собираешься идти? Это бои без правил! Там размажут и не заметят, что ты ребенок! Им это только на руку!
— Я все прекрасно понимаю и согласен.
Тренер шумно выдохнул через нос и сел обратно на стул:
— Хорошо. — наконец произнес тот. — Раз так, то есть одно условие, Димка.
— Слушаю.
— Я иду с вами, и не дай бог что-нибудь случиться, отвечать перед деканатом придется мне!
— Хорошо, если что, полотенце будешь кидать ты, — улыбнувшись, легко парировал Дмитрий своего друга.
— Так куда и когда подходить, что с собой иметь?..
— Да, в общем-то, ничего. Возьми лишь перчатки, капу, спортивную одежду. А на входе я сам тебя встречу.
Обрисовав маршрут движения, и назвав точный адрес, я вышел из тренерской, поздоровался издалека с ребятами и направился домой с улыбкой на лице. Дома, переодевшись, я зашел в зал и притронулся к плечу Алины, сидящей за компом в наушниках, на что та обернулась:
— Опять тренироваться?
— Ага, ты не включишь мне музыку?
— Ладно, тебе надолго?
— До вечера, — твердо ответил я, разминая шею.
— Ого! Ты никогда раньше не тренировался так долго! — послышались щелчки мышкой и тихий звук моих любимых песен в наушниках.
После Алина освободила комп и ушла куда-то в комнату по своим делам. Наверняка учить очередной язык, полиглот, блин… Закрыв дверь в зал, я врубил музыку и принялся оттачивать все удары и движения, надеясь завтра встретить достойного противника.
Следующий день начался не шибко хорошо: первая пара информатики в компьютерном классе. Я сидел и тупо втыкал в монитор, даже не пытаясь что-либо сделать, в то время, как остальные ребята активно щелкали и жмакали клавиши. За всю пару я не сделал ничего, посему препод и поставил мне неуд. Мне-то можно было учиться хоть на тройки, главное не вылететь из института, а так за этот неуд просто как-то… неудобно, я думаю. Следующая пара матана прошла еще хуже, меня вызвали к доске решать задачу. Я только встал с места и тут же сказал ответ, на что препод спросил: «Есть письменное решение?». Дальше рассказывать, что он поставил после моего отрицательного ответа? В итоге кто-то все-таки решил простенькую задачу на пределы и рядом сидящая девушка-эмо, которую, кстати, звали Ира, шепнула:
— Почему ты никогда не пишешь на лекциях ни на доске, ни в тетрадке?
— В лом, — лениво отозвался я, пряча руки в карманах.
— Главное все задачи правильно решаешь… — тихо подумала вслух Ира, после чего я отвернулся к окну.
Остальные пары я проспал, так как были лекции в большущих аудиториях, в которых собирались студенты чуть ли не с двух факультетов. А воняло там… Представьте, что сто с лишним человек сидят в одном помещении и каждую минуту кто-то портит воздух?.. Это для обычного человеческого
После пар мы с Алиной встретились у парка и пошли искать улицу, отмеченную на заранее распечатанной Дмитрием карте. Поиски заняли всего минут сорок, от силы пятьдесят и мы были на месте уже в четыре часа, Дмитрий же обещал встретить меня тут в 6. Местечко было совсем непримечательной стальной старой покошенной дверью с обратной стороны здания, где народу проходит не так много, зато такое местечко с удобным бордюром вместо ограждения облюбили местные пацанчики, вливающие в себя килограммы, если не тонны всякой дряни и утверждающие, что это круто. Погуляв полтора часика с Алиной по городу, мы вошли во дворы, относительно прячась от гула машин и совсем неприятного запаха. Поднявшись по ступенькам, с нами издалека поздоровался Дмитрий и немного обеспокоенно спросил:
— Кто это?
— Алина, моя сестра. Кстати, очень хороший боец.
— Я-ясно, семейка, блин. Ладно, следуйте за мной, нужно побыстрее уладить кое-что.
Наш проводник порылся в кармане, выудил связку ключей и, поднеся к домофону, рванул на себя тяжелую скрипящую дверь абсолютно неухоженного подъезда. Мы проследовали за Дмитрием в подъезд, откуда воняло кровью (не только человеческой), грязью, пылью, мочой, пивом и еще чем-то несусветным. Фыркнув пару раз, на что Дмитрий, являющийся неизвестно кем на этой арене, лишь обернулся, и, открыв уже ключом железную дверь в подвал, повел нас за собой. Сначала мы ступали то по выложенному досками полу, с местами зарешеченными дырами в нем, то по паркету, но все время нас окружал довольно неприятный холодок, а так же кровь, пот, слюна и моча (куда без нее?..). Шесть ног, ступающие по узкому коридору, где поместится лишь один человек, прекрасно сыграли для меня роль эхолокатора даже не подозревая об этом, поэтому я на какое-то время прекратил щелчки языком, на что тут же обратил внимание Дмитрий, иногда оборачиваясь на меня, что слышалось по его дыханию. После нас все-таки вывели в уже более теплый коридор, где мимо изредка ходили люди, а вдалеке слышались приглушенные крики тысячи болельщиков. Дмитрий быстро провел нас по нескончаемым коридорам по одному ему известному маршруту и мы попали в комнату, где нас уже ждал Георгиевич. В комнатке висела груша, парочка шкафчиков, кушетка, несколько стульев и вешалка у входа.
Пройдя к кушетке, я снял с плеча сумку, и достал из нее капу, тонкие перчатки и бинты с обычными темными шортами выше колен.
— Напоминаю правила, — начал Дмитрий, предварительно прокашлявшись, — разрешено все, кроме удара в пах.
Я аж остановился на полпути, напяливая шорты и удивленно переспросил:
— Все? Даже локти? — дело в том, что в большинстве боев без правил этого мира удары локтями были запрещены.
На что Дмитрий усмехнулся:
— Я бы сказал больше: не столько локти, сколько захваты, броски, выдавливание глаз и другие грязные приемы.
— О-о, что-то интересное…
— Так вот, — продолжил Дмитрий: — Ты готов к этому?
Я напялил шорты и простую белую безрукавку, прежде, чем соизволил ответить:
— Да, будет лишь немного труднее — я не чувствовал ни одного сильного (по сравнению со мной) Ки в радиусе пятисот метров.
— И еще, — подал голос немного волнующийся Георгиевич, — тут разрешены немного другие перчатки.
Он порылся в сумке и протянул мне тонкие перчатки, у которых были полностью открыты пальцы для захватов. Положив свое обмундирование в сумку, я был почти готов и теперь приступил к самому важному — разминке, на которую потратил минут десять, в то время, когда Дмитрий открыл стучащему в дверь служащему и принял у того какую-то папку с бумагами.