Две недели

Новицкая Ольга Владимировна

Прошло не меньше часа, прежде чем молчание было нарушено.

– Может, съездим, глянем на лежку темней?
– осторожно предложил Игорь.

– Езжай, - не отвлекаясь от монитора, согласился Богданов.

– Один?

– Мы с Даней заняты.

– А чем ты занят?
– полюбопытствовал Игорь.

Ответа не последовало, и он рискнул подойти. На экране была выведена карта города и окрестностей, и Богданов сосредоточенно делал на ней пометки.

– На что похоже?
– спросил он, указав на россыпь

синих точек.

– Ни на что, - решил Игорь.
– Это что за пометки?

– Обитание человекообразных сущностей, - пояснил Богданов.
– Всего их семьдесят четыре, в смысле тех, кто проходил по нашему отделу в качестве подозреваемых, обвиняемых или свидетелей, но, наиболее засвеченных, всего полтора десятка. У двоих нарисована "свечка", надо узнать, у кого еще есть этот знак, и со всеми придется поговорить лично.

– Что, позвонить нельзя?
– удивился Игорь.

– Нельзя. Начнем с того, к кому очень не хочется соваться. Телефона у него нет, да и жаловаться не станет, даже если ему ногу откусят, не говоря уж о простом недомогании. Короче, идеальный вариант для злоумышленника.

Игорь промолчал, пытаясь разобраться, то ли ему интересна любая сущность, то ли он знать о них ничего не хочет.

– Идем, Игорек, покатаю тебя на машине, - вставая, решил за него Богданов.

Как в любом городе, в Межанске имелось здание, предназначенное на слом еще лет десять назад, и по-прежнему возвышающееся на отведенном ему месте. Хотя, возможно, именно этот дом, бывший временный барак, оставили в покое, так как участок земли, вплотную примыкающий к городской свалке, никого особенно не интересовал. Бревенчатый дом, с почерневшими от времени и гнили стенами, взиравший на мир заколоченными окнами, стоял вплотную к залежам мусора и поскрипывал, нагнетая обстановку.

– Ну и запах, - поморщился Игорь.

– Глаза режет, - согласился Богданов, запирая машину.
– Значит так, если хозяин дома, держись за мной, и ни шагу в сторону. Понял?

– Понял, - кивнул Игорь.

– Нет, не понял, - назидательно поправил Богданов.
– Ни шагу вправо, влево, вперед или назад без моего ведома.

Игорь кивнул, и Богданов удовлетворенно подтвердил.

– Вот теперь понял.

Такие инструкции мало способствовали полному спокойствию, зато разожгли любопытство.

– Кто здесь живет?
– спросил Игорь, шагая по заросшей тропинке к дому.

– Клиент, - кратко пояснил Богданов, и навалился на дверь.
– Чего встал? Помогай.

Вдвоем они кое-как отворили дверь ровно настолько, чтобы протиснуться в узкую щель. В доме царила почти полная темнота.

– Хозяин!
– крикнул в темноту Богданов.
– Я по делу!

– Да уж ясно не в гости пришел, - раздался голос.

На чердаке послышался шорох, стук, затем все стихло.

Глаза Игоря успели привыкнуть к темноте, и он увидел, что находится в длинном коридоре, тянущимся через весь дом. Справа и слева двери вели в комнаты, а впереди виднелась лестница, приставленная к люку на чердак.

– Ну заходи, раз пришел, - насмешливо произнес все тот же голос.

– Свет включи, - велел Богданов.

Чиркнула спичка, и в комнате справа зажгли керосиновую лампу.

– Необессуть, начальник, электричество кончилось.

– Я так и подумал, - отозвался Богданов и шагнул внутрь.

Это показалось плохим знаком, Игорь ожидал, что его, как и прежде, втолкнут первым, со словами "иди, учись", но Богданов, якобы случайно, оттер его плечом и оставил за спиной. Сердце дрогнуло, но Игорь глубоко вздохнул, успокаиваясь, и вошел вслед за Богдановым. В нос сразу ударило такой вонью, что на глаза слезы навернулись, а к горлу подкатила тошнота.

Богданов, довольно бесцеремонно двинул ногой по доске в окошке, и в комнату хлынули свет и свежий воздух, озаряя помещение и позволив нормально дышать.

Вид хозяина дома чуть успокоил. Бомжей Игорь успел на практике насмотреться, и, по большей части, существа они были безобидные, стремящиеся привлекать как можно меньше внимания и держаться подальше от властей. Перед ними, на охапке тряпья, брошенной на старую металлическую кровать, сидел как раз типичный представитель бомжовского племени. Одет он был в джинсы, засаленные настолько, что могли служить недельным пропитанием стае мышей, тельняшку и жилет со множеством карманов. На ногах чудом держались разношенные ботинки, а на кровати лежало добротное, хоть и грязное пальто.

– Ты чего пришел, начальник?
– улыбнулся бомж, обнажив остатки гнилых зубов.
– Я сижу тихо, как и договорились.

– А эти, наверху?

– Все добровольно, - гордо возвестил бомж.
– Я их на помойке подобрал, совсем люди отчаялись, отбросы жрали. Боятся меня до колик, но благодарны за кормежку и руководство.

– Ну-ну. Не шалишь больше?

– Охота была с тобой связываться, - поморщился бомж, и встал, чем вызвал еще одну волну зловония, отчего Игорь, против воли, отшатнулся, испытывая сильнейшую брезгливость и желание бежать на воздух.

Бомж начал внимательно к нему присматриваться, и Богданов сделал шаг в сторону, оттолкнув Игоря. Тот отпрянул, споткнулся, и оцарапал палец о торчащий гвоздь.

– Ты чего дергаешься, начальник?
– деланно удивился бомж.
– Я ж так просто встал, в мыслях не держал плохого.

Он прошествовал в угол, извлек из-под ящика бутылку водки и широким жестом предложил Богданову.

– Будешь?

– В завязке, - Богданов привычно втянул носом воздух, кашлянул и задал следующий вопрос.
– Знак такой видел?