Две недели
Шрифт:
– Я свои бумаги перед уходом убираю, - развалившись на стуле, отозвался Богданов.
– А вот то, что ты материалы по делу на столе бросил - жуткое нарушение.
– Он точно не сущность?
– Игорь чувствовал себя глупо, но все-таки решился уточнить.
– Я бы почуял.
– Может все-таки есть резкий запах?
– настаивал Игорь.
– Да тут вообще на весь кабинет не фиалками пахнет, чем его только кормили. Чище скреби.
Проклиная свое невезение и рыжего кота, перебравшегося на колени к
Окно было занавешено одеялом, стиранным не более двух лет назад, а между столов сидел Ваня, причесанный, умытый, в застегнутой на все пуговицы клетчатой рубашонке и увлеченно перебирал стеклянные шарики. За столом, при свете настольной лампы сидела Даня, поглощая ватрушки с чаем.
– Привет, - радостно поприветствовала девушка вошедших.
– Я вам тоже ватрушек взяла. Будете?
– Это что?
– сухо спросил Богданов, кивнув на гостя.
– Ванечка, - нарочито удивившись его вопросу, ответила Даня, и, в два шага преодолев пространство до тумбочки, включила чайник.
– Почему здесь?
– не отставал Богданов.
– В камеру нас не пустили, - пожаловалась Даня, - туда какого-то арестанта посадили.
– Да ладно, - деланно возмутился Богданов.
– Арестанта? Вот гады.
– Началось, - пробормотал Ванечка, и быстро перебрался под стол. Причем выбрал стол Богданова - там была задняя стенка.
– Вылазь оттуда!
– Не кричи на него, - вступилась Даня.
– У нас новые обстоятельства открылись, и пришлось Ваню эвакуировать.
– Да мне пофиг, где я сяду, чтобы ваши обстоятельства выслушать?
Возражение показалось вполне резонным, Ваня перебрался под стол Игоря, а Богданов уселся на свое место, предварительно согнав котенка. Таким образом все уместились, только Игорь торчал посреди кабинета. Он, конечно, мог притулиться на одеяле, оставленном Ваней, но не хотел. Пришлось сесть на стул для посетителей возле начальственного стола.
– Распределились?
– мрачно уточнил Богданов, с треском катая по столешнице шариковую ручку, и все кивнули.
– Докладывай.
Доклад получился коротким, но содержательным. Даня пришла к Ване, убедила вернуть перстень и поискать браслеты, удивилась, с чего это он так быстро вышел на охоту, и предположила нервозное состояние, болезнь или особые обстоятельства. Права она оказалась по всем пунктам - Ваня дергался, плохо справлялся с суставами и у него пропал сыть.
– И что?
– не сдержался Игорь.
Он искренне полагал, что Ваня должен радоваться исчезновению кусачей многоножки,
– Я тебе про них говорил?
– обреченно спросил Богданов.
– Ты говорил, они друг другу охотиться помогают, - напомнил Игорь.
– Значит не сказал, - поморщился Богданов и тут же выкрутился, оправдав собственную забывчивость и выставив Игоря виноватым.
– То есть Данькин конспект ты не читал? Я тебе для чего его дал, в сортир сходить? Так хоть бы там просмотрел.
Спорить было бесполезно, и Игорь, шагнув к своему столу и перегнувшись через столешницу, извлек из верхнего ящика тетрадь и начал судорожно перелистывать, ища нужную страницу.
– Они являются одним организмом, - прервала его поиски Даня.
– Чем?
– Игорь замер, и едва не выронил тетрадь.
– Он у вас все-таки тупой, - подал голос Ванечка, продолжая строить из шариков башенку.
Игорь вздрогнул. Хотя он и знал, что эта сущность разумна, но успел подзабыть, слишком уж отрешенным казался Ваня.
– Сыть это тоже я, только самая нелюбимая часть, за которую стыдно.
– Ты сам у себя воруешь?
– опешил Игорь, но Ване, похоже, разговор уже надоел, и он промолчал, только сунул в рот шарик и с хрустом его разгрыз.
– Типа того, - ответила вместо него Даня.
– Сыть воплощает ту часть сознания, которую Ваня в себе не любит. Воровство, к примеру.
– Но он же сам...
– начал Игорь, обличающее указывая пальцем на сущность, которая, с блаженным видом дожевывала стекло.
– Напомню, - раздраженным тоном учительницы начала Даня, - он ворует, но все драгметаллы возвращает за стеклянные шарики. А сыть пытается спереть и зарыть. Причем так зарыть, что даже Ваня не найдет.
– Не найдет? Но ведь сыть это тоже он.
Окончательно запутавшись, Игорь беспомощно смотрел на коллег.
– Все правильно, - радостно подтвердила Даня, наливая воду в кружки, - правая рука не ведает, что творит левая и все такое.
– Так чего возмущаться, когда пропала "темная сторона"?
– удивился Игорь.
– В отличие от вас, - апатично проговорил Ваня, выковыривая из зубов осколки стекла, - я понимаю, насколько важна общая целостность личности, - он помолчал, подумал, и добавил.
– Даже негативная ее составляющая.
– Короче, - подытожила Даня, в качестве дополнительного штриха положив на стол пакет с ватрушками, - в отсутствии сытя Ваня приболел, я его до такси почти на себе тащила,
– И как ты с таксистом договорилась?
– Удостоверением, - довольно сообщила Даня.
– Он даже брезент нам одолжил, ну, чтоб Ваню от света и дневного воздуха завернуть.
– А еще я, на всякий случай, взяла образцы красящегося вещества, которым был тот знак нарисован. Еле нашла. Саш, как ты его углядел-то?