Двойная игра

Колвин И.

В небольшой деревушке на побережье Балтийского моря я нашел Рихарда Протце — уже старого человека с седой головой и с поблекшими голубыми глазами.

— При любом исследовании всегда встречаются вопросы, требующие дополнительного выяснения, — произнес он, узнав о причине моего приезда.

— Мы в Англии мало знали о Канарисе. Известно было только, что в Германии был человек с такой фамилией, — начал я. — Но мне говорили, что он повлиял на судьбу Гитлера.

— Немцы сами до конца войны ничего не знали о Канарисе, — ответил Протце, — потому что он был начальником военной разведки. Упомянуть его фамилию в разговоре — значило попасть в тюрьму. Канарис был морским офицером и служил в генеральном штабе, но в действительности это был скорее

политический деятель, чем офицер.

— Политический деятель без имени, — заметил я.

— Да, именно так, если вам угодно.

И Протце рассказал мне немало интересного о жизни Канариса.

В книге упоминаются многие люди, оказавшие мне помощь в сборе фактического материала. Поэтому я нахожу уместным привести ниже хотя и не полный, но, пожалуй, полезный список их имен.

Один высокопоставленный английский офицер разведки — его фамилию нельзя упоминать даже в здании, занимаемом секретной службой.

Фрау Эрика Канарис. Мне не приходилось встречаться с вдовой Вильгельма Канариса, но я переписываюсь с ней с 1949 года.

Иоахим Канарис, племянник адмирала. Я встретился с ним в Мадриде в октябре 1949 года, когда разыскивал дневник Канариса.

Карл Гейнц Абсхаген, немецкий биограф Канариса. С ним я беседовал в Лондоне в апреле 1950 года.

Эвальд фон Клейст-Шменцин, шеф прусских староконсерваторов и глава немецких монархистов. По просьбе и по поручению Канариса он совершил в 1938 году тайную поездку в Лондон. Впервые я встретился с фон Клейстом в феврале 1938 года.

Фабиан фон Шлабрендорф, один из немецких политиканов, который находился в оппозиции к Гитлеру и боролся за его свержение. Я познакомился с ним в апреле 1938 года.

Генерал Эрвин Лахузен, австриец по происхождению, верный помощник адмирала и начальник 2-го отдела абвера (саботаж и диверсии).

Д-р Иозеф Мюллер, тайный курьер Канариса, который вел переговоры с англичанами через Ватикан в 1939 и 1940 годах. Я встретился с ним после войны, когда он был министром юстиции Баварии.

Д-р Пауль Леверкюн, немецкий резидент в Турции. После войны он рассказал мне о сложности и своеобразии разведывательной деятельности на Балканах.

Полковник Вилли Енке, адъютант Канариса. Он рассказал мне о своей совместной работе с адмиралом в военные годы.

Капитан 2 ранга Рихард Протце — «старик абвера». В декабре 1950 года в небольшой гольштинской гостинице он поведал мне о служебной карьере своего начальника, начиная с того времени, когда Канарис был командиром подводной лодки, и вплоть до его казни.

Д-р Отто Ион, тайный агент Канариса в Лиссабоне во время второй мировой войны, теперь — начальник управления государственной безопасности в Западной Германии.

Капитан Питер Черчилль, английский агент, сообщивший мне после войны о своем пребывании в Флоссенбургском концентрационном лагере, где всего лишь за несколько дней до смерти Гитлера казнили Канариса.

Майор Аким Остер (сын генерала Остера) и фрау Остер (вдова генерала) сообщили мне некоторые подробности смерти генерала и его участия в заговоре против Гитлера. Генерал Остер, заместитель Канариса, был повешен одновременно с адмиралом в апреле 1945 года.

Глава 1.

НА ВЕРШИНЕ СВОЕГО ЧЕСТОЛЮБИЯ

Адмиралу Вильгельму Канарису, человеку небольшого роста, с румяным лицом и совершенно седыми волосами, было сорок семь лет, когда он впервые вошел в мрачное четырехэтажное здание № 74/76 по улице Тирпицуфер в Берлине, где размещался абвер. Шел январь 1935 года. В маленьком и пустом кабинете Канариса на стенах висели портреты его предшественников — бывших начальников немецкой военной разведки — и большая карта мира. За окном кабинета сквозь голые ветви каштанов виднелся Ландверский канал, а напротив него богато украшенные фасады зданий вильгельмовского периода. Парк Тиргартен, где Канарис имел обыкновение каждое утро наслаждаться верховой ездой, был всего

лишь в двух минутах ходьбы отсюда; иностранные посольства и миссии находились также поблизости.

Вильгельм Канарис достиг вершины своего честолюбия, став начальником военной разведки. Если бы по своей натуре он был другим человеком, то мог бы стать командующим северным флотом или даже всем новым немецким флотом, для создания которого сделал так много.

Хотя он и плавал на подводных лодках еще во время первой мировой войны и стал командиром линейного корабля «Шлезвиг», каждый, с кем мне приходилось говорить о нем, подтверждал, что больше всего Канариса интересовала разведывательная деятельность. Адмирал был сыном промышленника из Вестфалии. Его итальянские предки давно поселились в Германии [4] . Во время первой мировой войны в «самом начале своей карьеры морского офицера Канарис отличился, служа на крейсере «Дрезден», которому длительное время удавалось избежать встречи с английскими военными кораблями в водах Южной Америки после сражения у Фальклендских островов. В то время товарищи Канариса по службе часто удивлялись его умению добывать у консулов и чилийских купцов уголь и другие припасы, а также распространять ложные слухи о местонахождении крейсера. В последние годы первой мировой войны Канарис занимался обеспечением немецких подводных лодок горючим и всем необходимым в иностранных портах. Эта деятельность предопределила его работу в разведке. Тем не менее в 1934 году казалось, что Канарис не продвинется по службе дальше начальника военно-морской базы в Свинемюнде.

4

В большинстве других источников указывается, что у Канариса были греческие предки (см., например, Е. X. Кукридж. Тайны английской секретной службы. М., Воениздат, 1959, стр. 77 или Dulles A. W. Germany’s Underground, New York, 1947, p. 72). — Прим. ред.

Когда Канарис был еще лейтенантом, его сослуживцы за чрезмерное любопытство дали ему прозвище «Кикер» («Подсматривающий»). Кикер первым узнавал любые новости и рассказывал их своим друзьям.

«Я говорил им то, что они хотели слышать, и то, что они могли передать другим», — позже объяснял он. В то же время за его, казалось, излишней болтливостью скрывалось умение молчать о тех вещах, которые следует держать в тайне.

Далеко не у всех сослуживцев Канарис пользовался уважением. Некоторые из его приятелей, морских офицеров, считали, что он участвовал в убийстве немецких революционеров [5] . Они не любили Канариса за то, что он охотно брался за выполнение секретных заданий, за его довольно поверхностный подход к решению сложных международных проблем, за его знакомство с подозрительными иностранцами. Кроме того, Канариса считали ярым сторонником национал-социализма.

5

После первой мировой войны Карл Либкнехт и Роза Люксембург, были вождями «Спартаковской» (коммунистической) партии, которая в декабре 1918 года организовала восстание против правительства. Восстание было подавлено. К. Либкнехта убили «при попытке к бегству», а Р. Люксембург — на пути в тюрьму. — Прим. авт.

Распространялись слухи о деятельности Канариса в Испании и Франции во время первой мировой войны. В частности, говорилось, что якобы он привлек Мату Хари к шпионажу в пользу немцев. Говорили также, что будто бы в Италии его арестовали как немецкого шпиона и что он задушил тюремного священника и в его одежде бежал из тюрьмы. Доктор Абсхаген, немецкий биограф Канариса, слышал об этом, однако никогда не упоминал. Но один весьма почтенный немецкий профессор утверждал, что этот случай действительно имел место.