Двойник
Шрифт:
Большой стакан молока.
Когда все кругом зашлись от хохота, Фрост наклонился к Джейн и прошептал на ухо:
– Знаешь, у меня сегодня что-то желудок расстроился. Хочешь, махнемся?
Самое забавное заключалось в том, что Фрост действительно любил молоко. Она подвинула ему свой стакан и попросила у бармена колы.
Пока Риццоли и Фрост лакомились орешками и потягивали свои целомудренные напитки, коллеги по очереди подходили к ним, чтобы пожать руку или похлопать по плечу. Джейн тосковала по своему излюбленному элю "Адамс". Ей вообще многого не хватало –
– Привет, Риццоли! Мы тут принимаем ставки. Двести баксов за то, что у тебя будет девочка, и сто двадцать – что мальчик.
Она оглядела бар и заметила, что к стойке подошли детективы Ванн и Данливи. Толстый хоббит и тонкий хоббит держали в руках одинаковые пинты "Гиннеса".
– А если рожу двойню? – спросила она. – Близнецов?
– Хм, – произнес Данливи. – Этого мы не учли.
– И кто тогда выиграет?
– Думаю, никто.
– Или все? – засомневался Ванн.
Оба глубоко задумались. Настоящие Сэм и Фродо, размышляющие над разгадкой великой тайны на Роковой горе.
– Что ж, – подвел итог Ванн, – думаю, нам следует добавить еще одну категорию.
Риццоли рассмеялась.
– Да, ребята, пора.
– Кстати, отличная работа, – заметил Данливи. – Подожди, скоро о тебе напишут в журнале "Пипл". И преступник, и все эти женщины. Какой сюжет!
– Хочешь, скажу тебе правду? – Риццоли вздохнула и отставила свой стакан с колой. – Это не наша заслуга.
– Как это?
Фрост посмотрел на Ванна и Данливи.
– Это не мы его обезвредили. А жертва.
– Обыкновенная домохозяйка, – пояснила Риццоли. – Запуганная беременная домохозяйка. Ей не понадобились ни пушка, ни дубинка, только носок, набитый батарейками.
По телевизору закончились местные новости, и бармен переключил канал. На экране замелькали девушки в мини-юбках. Женщины с тонкими талиями.
– Ну а что насчет пули "Черный коготь"? – поинтересовался Данливи. – Как она вписывается в это дело?
Риццоли немного помолчала, потягивая колу.
– Мы пока не знаем.
– Нашли орудие убийства?
Джейн перехватила взгляд Фроста, и на душе снова стало неспокойно. Это был вопрос, который мучил обоих. В фургоне они не нашли пистолета. В багажнике обнаружили лишь мотки веревки и окровавленные ножи. Да еще блокнот, в котором были аккуратно записаны имена и телефоны девяти других посредников по усыновлению – Теренс Ван Гейтс был не единственным. Нашлись также расписки в получении наличных, переданных Лэнкам за все годы, – кладезь информации, которую следователям предстояло отрабатывать не один год. Но вот оружия, из которого была убита Анна Леони, в фургоне не оказалось.
– Да ладно, – разрядил обстановку Данливи. – Может, всплывет где-нибудь. Или же он уже избавился от него.
"Может быть. А может, мы все-таки что-то упустили".
Было уже темно, когда Риццоли и Фрост покинули бар Дойла. Вместо того чтобы ехать домой, Джейн вернулась на Шредер-Плаза – разговор с Ванном и Данливи все не шел из головы – и уселась за стол,
Риццоли убрала файлы НЦКИ и принялась разбирать папки в поисках досье на Анну Леони. Уже не раз она читала это дело, но сейчас вновь принялась просматривать свидетельские показания, протоколы вскрытия, отчеты из лабораторий по волокнам и тканям, дактилоскопии, ДНК. Очередь дошла до баллистической экспертизы, и Джейн снова наткнулась на знакомые слова: "Черный коготь". Она вспомнила, как выглядела пуля на рентгеновском снимке черепа Анны Леони. Вспомнила и разрушительные последствия ее взрыва в головном мозге.
Пуля "Черный коготь". Где же оружие, из которого ее выпустили?
Она закрыла папку и уставилась на картонную коробку, которая вот уже неделю стояла возле ее стола. В ней были документы, переданные ей для изучения Ванном и Данливи по делу об убийстве Василия Титова. Он был единственной, помимо Анны, жертвой "Черного когтя" в бостонском округе за последние пять лет. Она достала из коробки файлы и сложила их на столе, вздохнув при виде внушительной стопки. Даже самое простое расследование оставляет после себя кипы бумаг. Ванн и Данливи собрали для нее самые важные доказательные документы, и, ознакомившись с ними, Риццоли пришла к выводу, что детективы произвели задержание по всем канонам жанра. Последовавший за этим суд и скорое вынесение приговора Антонину Леонову лишь подтверждали этот факт. И вот она в очередной раз принялась перечитывать документы по делу, которое не оставляло сомнений в том, что арестован именно убийца.
Итоговый отчет детектива Данливи был подробным и убедительным. Леонов в течение недели находился под наблюдением полиции в ожидании поставки героина из Таджикистана. Двое детективов видели из машины, как Леонов подъехал к дому, где проживал Титов, постучал в дверь и был впущен внутрь. Через несколько мгновений в доме прозвучали два выстрела. Леонов вышел, сел в свою машину и уже собирался отъехать, когда Ванн и Данливи перегородили дорогу и арестовали его. В доме, на кухне, был обнаружен труп Титова, убитого в голову двумя пулями "Черный коготь". Позже баллистики подтвердили, что обе пули были выпущены из пистолета Леонова.
Дело открыто и закрыто. Преступник осужден, пистолет изъят полицией. Риццоли не видела никакой связи между убийствами Василия Титова и Анны Леони за исключением того, что в обоих делах фигурировали пули "Черный коготь". Очень редкая разновидность пули, но этой детали недостаточно, чтобы связать оба преступления.
Она упорно продолжала листать документы, забыв даже про ужин. К тому времени, когда она добралась до последней папки, у нее уже не было сил переворачивать страницы. "Нет, все-таки я ее добью, чтобы спать спокойно", – подумала она.