Двойник
Шрифт:
Хватит. Надо двигаться дальше.
Я вздыхаю. Отложим мысли на потом. Позже у меня будет время подумать обо всем и о том, что это значит для нас обоих. Скорее всего, ночью, когда я одна в темноте буду пытаться уснуть и не думать о нем.
Я осматриваю на себе бинты. Корд хорошо потрудился. Лучше, чем я когда-нибудь смогу. На всякий случай я приклеиваю бинты еще одним слоем пластыря и осторожно двигаю рукой, чтобы проверить плечо. Хотя бы кость не задета.
Я морщусь от сильной боли, что не удивительно. Пуля как острый топор, гуляющий по недавно посаженному лесу. Побеги ломаются, трещат, падают. Я слишком хорошо представляю себе
Опять идет дождь. Надо где-то достать подходящий дождевик. То, что одето на мне сейчас, до сих пор сырое со вчерашнего вечера. Вообще-то, мне нужно достать еще одежды. У меня нет смены. Я пробегаю пальцами по рубашке, по пуговицам, к которым прикасался Корд, прежде чем уйти. Его больше нет, чего я и добивалась.
От безрадостных мыслей меня отвлекает жужжание телефона - пришло новое сообщение. Я вытаскиваю телефон, чтобы прочитать его.
Новый страйкерский заказ. Пока загружается информация, во мне вспыхивает искра сомнения. Я медлю принять заказ, в памяти всплывает, что сказал Корд, когда мы были в том магазине откровенного нижнего белья в Гриде и как он спросил меня в упор, почему я до сих пор беру заказы на убийства. Как он возражал с самого начала в оружейном классе Бэра, когда я только решила стать убийцей.
Неужели так сложно просто быть здесь, Вест? Верить в то, что когда ты получаешь назначение, именно от тебя ждут победы.
Это было сложно выразить словами. Что каждый убитый мной Альт делал воспоминания обо всех покинувших меня людях чуть менее яркими, сглаживая черты их лиц, заглушая голоса. Что концентрация внимания только на подробностях очередного заказа помогала мне приглушить чувство вины за смерть Люка и забыть роль в ней Корда. Что в постоянном движении, прошли часы, и все стало казаться проще.
Почти.
Потому что она всегда где-то рядом. Достаточно выхватить мимолетное видение своего лица в окне, отражение в зеркале, чтобы меня снова накрыло ревущей волной. Мой Альт все еще рядом, а Корд втянут в происходящее больше, чем я когда-либо хотела.
Осталось шесть дней.
Я набираю сообщение, соглашаясь на новый заказ без особых эмоций, хотя пульсация в плече напоминает, что я не могу снова потерпеть фиаско. Характеристики приходят через секунду, и я читаю их, усваиваю, и вникаю.
Пора идти. Я проснулась после рассвета, и от вида окружающей обстановки при свете дня, мне становиться тревожно и как-то не по себе. Но до того как уйти, я должна еще кое-что сделать. Теперь, когда я знаю, что искать, это не составит труда.
Кончиком моего лучшего ножа, я открываю заднюю крышку телефона. Затем вытаскиваю крошечный серебристый чип и бросаю его на ковёр. И он беззвучно исчезает, как пуля прошлой ночью. Я ставлю крышку на место и прячу телефон.
Я только добралась до Лейтона, а мне уже не терпится отсюда сбежать. Я слишком бросаюсь в глаза своими ужасными растрёпанными волосами, грязной мятой одеждой и настороженными глазами, повсюду видящими тени.
Стоя посреди тротуара, я ощущаю вокруг себя плавное, сдержанное движение толпы. Здесь толпа не такая, как дома. Менее плотная. Менее хаотичная и грубая, движимая не столько простой потребностью выживать, сколько потребностью поддерживать ход вещей в неизменности. Я пробегаю глазами по минималистскому уличному
Лейтон - самый богатый из районов Керша. Если Джетро удовлетворяет потребности города в промышленном производстве, Гаслайт - водоснабжении, а Калден - в сельском хозяйстве, то Лейтон сам по себе ничего не производит. Его вклад в Керш - это исключительно офисная работа, большинство торговых предприятий, здесь, в значительной степени, заняты в области финансов и технологий. А у денег свои потребности. Продукты завозятся сюда раньше, чем они попадают в остальные районы города. Принудительные повторяющиеся отключения электроэнергии здесь короче. Вода кажется чище, тепло жарче, свет ярче.
– Осторожно, пропустите, извините.
– Мои мысли прерывает чей-то голос, и я чуть было не натыкаюсь на активированного, прокладывающего себе дорогу передо мной, чтобы перейти улицу.
Он двигается в спешке, но не настолько быстро, чтобы я не успела его хорошенько рассмотреть. Все в нем носит отпечаток благосостояния Лейтона. Его уверенные быстрые движения говорят о хорошо тренированных мышцах. Его одежда сделана из новой продвинутой ткани, которая выглядит как обычная, но достаточно тонкая, чтобы дышать, и при этом достаточно прочная, чтобы остановить острие ножа. У него из куртки торчит пистолет, который я никогда не смогу даже в руки взять: настоящий Ронин, такой же, как у Операторов Совета 2 уровня, специализирующихся на полевых операциях и тактических работах. Заложив такой, можно получить достаточно денег, чтобы пробегать целый год, не то, что жалкий месяц.
Я смотрю, как он исчезает за углом, и понимаю, что скорее всего он победит своего Альта. Шансы всегда в пользу лейтонских ребят. Они могут позволить себе то, что считается элитной подготовкой, выходящей за рамки программы Подготовки Альтов, которая преподается в государственных школах. Они могут нанять самых подготовленных завершенных в качестве частных инструкторов или записаться на курсы, где при обучении используется только лучшее передовое оружие.
В этом смысле Совет не отличается от нас, страйкеров. Как мы берем деньги, чтобы убивать бедных, так и они позволяют общественному положению и богатству решать, какому Альту победить. И те, и другие делают деньги решающим фактором, честно это или нет. Богатству противостоят те вещи, которые просто невозможно купить: врожденное чувство как навести оружие на цель, инстинкт как вести преследование, а не быть преследуемым, даже страсть к жестокости.
В голове всплывает статистика, давно запомнившиеся числа, отражающие преимущество Лейтона. В среднем, Альт отсюда завершает назначение в 69 процентах случаев. Значение меняется в зависимости от того, из какого района другой Альт. Например, если из Калдена, то значение падает до 63 процентов; если из Гаслайта, то взлетает до 74 процентов. В случае с Альтами из районов, кроме Лейтона, противопоставленных друг другу, возможности более или менее равны - где-то пятьдесят на пятьдесят.
Но главным пунктиком являются не деньги, информация и технологии, которые правят этим районом, а то, что Совет называет Лейтон домом. Из всех четырех районов Керша, именно здесь присутствие и влияние Совета чувствуется сильнее всего.