Дюна: Пауль
Шрифт:
Стены монастыря были сложены из грубого прочного камня, но истинный холод, царивший в ткацкой мастерской, исходил, казалось, не от них, а от самой бабушки. Леди Елена Атрейдес явно отказывала Паулю в гостеприимстве, желая, чтобы он чувствовал себя неуютно, и поэтому он нервировал ее тем, что вел себя совершенно естественно, не проявляя никакой неловкости. Он ничего не приобретал и не терял от расположения старухи, да и она, как считал мальчик, ничего не получала и не теряла от его дружбы. Он не ожидал, что настоятельница вдруг сменит гнев на милость.
Неприязнь Елены проистекала от старых воспоминаний о старом герцоге
— Наши женщины — великие труженицы, — отрезала Елена, когда Пауль попросил показать, как сестры делают ковры. — Им не следует мешать во время работы.
Но Пауль не отстал, как рассчитывала леди Елена.
— Им запрещено разговаривать, бабушка, и никто из них даже не взглянул на меня. Как же я смогу помешать им? — Он с любопытством посмотрел на кипевшую в зале работу, на ткацкие станки и нити. — Ты не объяснишь мне, что они делают?
На ритмично стучавших станках работали тридцать женщин, нити раскручивались и ложились в основу, из стороны в сторону перекидывались челноки, набивался рисунок, потом все повторялось сначала. Разноцветные нитки сматывались с многочисленных клубков и веретен с пряжей.
Женщины отбирали руками нити — от тонких, как паутина, до толстых крученых волокон. Ткачихи вплетали их в узоры, работая необычайно слаженно и в полном молчании. Паулю потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что здесь ткут не один большой узор, а сразу несколько ковров. Некоторые из них напоминали многоцветную радугу; краски сливались, плавно переходя одна в другую. Другие ковры выглядели как хаотичное переплетение нитей — пересекающиеся, прихотливо изогнутые линии образовывали невероятно причудливые узлы.
— Они следуют какому-то единому большому плану?
— Каждая сестра плетет свой собственный узор. Так как мы не разговариваем друг с другом, то кто может знать, какие видения посещают каждую из нас, какие воспоминания нам являются? — Елена неприязненно поморщилась. — Выработка знаменитых абстрактных ковров является очень доходным промыслом нашего монастыря. В этих коврах отсутствуют традиционные узоры и картины, как в других, напротив, есть весьма причудливые изображения, которые можно очень вольно интерпретировать. КООАМ платит нам довольно приличные деньги и распространяет наши изделия по планетам империи.
— Значит, ваша религиозная Община — это коммерческое предприятие.
Это замечание вызвало раздражение у бабушки.
— Религия всегда сочетается с коммерцией. Мы признаем, что люди хотят производить что-то полезное, и платим им за это деньги. Помимо этого наш монастырь полностью себя обеспечивает. Мы сами выращиваем для себя еду. Ты это прекрасно знаешь, ибо я видела, как вы с Дунканом все здесь вынюхивали.
С момента своего прихода в монастырь Пауль и Дункан обошли всю его территорию, осмотрели возделанные участки на крутых склонах вблизи внешних стен. В джунглях сестры собирали фрукты, съедобные листья и коренья. Приносили из джунглей и дичь. Правда, Пауль сомневался, что сестры сами ходили на охоту, но этим мог заниматься Суэйн Гойре.
— Люди первобытных племен Каладана тоже любят наши ковры.
Это сильно удивило Пауля.
— Для чего они им нужны?
Несмотря
Елена нахмурилась.
— Кто может понять дикарей? Их мотивы так же смутны и непонятны, как узоры наших ковров. Но они сами знают, что они в них видят, и сестрам довольно и этого.
Зная, что может насторожить и даже обидеть бабушку, Пауль все же спросил:
— Ты не чувствуешь себя оторванной от цивилизации? Ты не хочешь попросить прощения у моего отца и вернуться в замок Каладан?
Елена в ответ рассмеялась дребезжащим старушечьим смехом.
— Зачем мне это? Здесь у меня есть все, в чем я нуждаюсь, и в монастыре я королева в своих владениях, так зачем же мне добровольно становиться пешкой в чужих играх?
Пауль снова посмотрел на прихотливое переплетение ковровых нитей. Одна из сестер, женщина с коротко стриженными седыми волосами, ловко вплела розовую нитку в уток, потом синюю, быстро связав их и добавив в завораживающий калейдоскопический узор.
В голосе бабушки появились желчные нотки, когда она снова заговорила:
— Здесь все идет прекрасно, мы ведем гармоничную жизнь. Я много лет не вспоминала ни о своем муже, ни о своем сыне. — Внезапно Елена протянула руку и, сложив согнутые длинные пальцы, стремительно разорвала соединенные в узел нити. — До вашего с Дунканом появления здесь царила совершенная гармония.
Молчаливая седая сестра выпрямилась и посмотрела на испорченный настоятельницей узор.
Пауль подумал, что этот жест был еще одной попыткой запугать его. Но мальчик бесстрастно разглядывал путаницу из разорванных волокон, рассматривая узлы и цвета.
— Если каждая женщина здесь создает собственный узор, исходя из своего жизненного опыта, — он кивнул в сторону разрыва, — то не есть ли этот клубок символ твоей жизни?
~ ~ ~
Формам необходимо следовать неукоснительно. От этого зависит жизнь и смерть нашей цивилизации.
С внезапным прибытием кораблей Атрейдеса с тысячами хорошо обученных и тяжеловооруженных солдат эрцгерцог Арманд получил под свое начало готовые к бою планетарные силы, удвоившие его собственную военную мощь. Вместе два полководца имели реальные шансы наголову разгромить Грумман.
Но сначала надо было выиграть битву на Эказе, битву, которую эрцгерцог не планировал и которой не ожидал. Нельзя было рисковать захватом планеты мятежниками в отсутствие эрцгерцога Арманда и герцога Лето.