Эдем
Шрифт:
— Я потребую повторить поединок, после того как родится Горошинка! — крикнула Клер.
— Ни за что! — отозвалась я и посмотрела на Джареда. — Она шутит?
Джаред пытался подавить улыбку:
— Конечно нет.
Его внимание привлекла «сентра» Ким, которая летела к нам по дороге на полной скорости.
Машина резко остановилась, из нее вышла Ким и громко хлопнула дверцей.
Джаред поднял руки:
— Я знаю, ты потеряла терпение, Ким. Мы уезжаем на следующей неделе, ты рада?
Когда Ким приблизилась к нам, я ахнула. Вся одежда у нее была в крови.
— Что ж, это просто отлично, Джаред. К
— Что случилось? — встревоженно спросил Джаред.
Бекс, Клер и Райан собрались рядом.
Райан взял Ким за руку, но она ее отдернула.
— Ким, что с тобой? — спросил он.
Ким не отрывала взгляда от Джареда. Глаза ее сверкали.
— Я говорила тебе, говорила, что надо вернуть книгу.
— Прости, Ким, — сказал Джаред.
— Твои извинения его не воскресят. Я помогла тебе, а когда настала твоя очередь, ты медлил, пока не убили того, кого я любила.
Она повернулась и пошла к машине.
— В воскресенье, Ким! — крикнул ей вслед Джаред. — Мы уезжаем в воскресенье.
Ким вскинула руку и ткнула средним пальцем в небо. Через мгновение она укатила.
— Бедная Ким, — сказал Райан. — Как вы думаете, что произошло?
Клер скрестила руки, провожая взглядом удаляющуюся «сентру».
— Они посылают знак. Демоны в своем истинном виде не смогли бы до него добраться. Должно быть, они спрятались в ракушки.
— В ракушки? — не поняла я.
— Они принимают человеческий облик, — пояснил Джаред.
Райан кивнул.
— Присваивают себе.
— Нет, надевают как панцирь, — хмуро сказала Клер. — Чтобы достичь цели, они вселяются в чье-нибудь тело на короткое время. Человек после этого ничего особенного не ощущает и даже вспомнить ничего не может.
Джаред потер шею сзади.
— Началось.
— Такое по силам только аду.
С этими словами Клер пошла к своему «лотусу».
— Хорошо, что я решил вернуться в колледж, — сказал Райан и направился следом за Клер. — Если бы мне пришлось просить лишние дни, чтобы съездить в Иерусалим, меня точно уволили бы.
Клер положила руку на плечо Райана:
— Тебя все равно уволили бы.
Райан мотнул головой:
— Да?
— Потому что ты сопляк.
Райан скинул с плеча руку Клер, а потом толкнул ее что было силы. Она не шелохнулась, только обернулась с довольной улыбкой.
— Я не сопляк. Это ты соплячка, — ворчал Райан, залезая в машину Клер.
ГЛАВА 11
ПОСЛЕДНЕЕ «ПРОСТИ»
Так много дел. Слишком много, слишком много. Я ворчала себе под нос и шипела, мечась по дому. Неделя — это мало, чтобы привести мою жизнь в порядок. Я носилась по комнатам, вниз и вверх по лестницам, стараясь маневрировать так, чтобы не задевать ни за что растущим животом. Он становился круглее и толще день ото дня. Я паковала вещи, а Агата оставалась сверхурочно, чтобы справиться со стиркой. Джаред сновал туда-сюда, приносил одежду и всякие медицинские приспособления. Я не отдавала себе отчета в том, что мой ребенок родится не в больнице и даже не дома, пока Джаред не позвонил одному приятелю и не попросил об одолжении — достать пакеты с физраствором, капельницы, иглы и препарат против свертывания крови. Горошинка появится на свет в темной пещере под Иерусалимом, вдали от современной медицины, зато
Семь дней — недостаточный срок, но мы знали, что демоны перевоплощаются, а значит, семь дней — это очень много. Любой, с кем мы входили в контакт, мог попытаться убить нас. В каждом человеке таилась угроза. Бет, Чед, даже Райан или моя мать — все опасны. От мысли, что в мою мать может вселиться демон, холодела кровь. Она и в человеческом обличье была страшна.
Надо сообщить Гранту, что скоро я уеду и буду какое-то время отсутствовать. Но что-то удерживало меня от звонка. Теперь я знала: он арх, отпавший арх, и от этого чувствовала неловкость. Я иногда обходилась с ним грубо, обижала его. Кажется, пребывать во тьме неведения — это основной сюжет всей моей жизни, но на этот раз я ощущала себя так, будто меня предали все. Не говоря уже о том, что существовавшее между нами вечное соперничество закончилось навсегда. Он выиграл. Каждый его укол в мою сторону, каждая попытка флиртовать со мной подстегивали меня, и я играла ему на руку. Осознание этого делало дальнейшие разговоры с Грантом очень непростыми. Придется признать поражение, и это станет последним моим унижением. Ну уж нет. Этого не будет. Джаред его лучший небесный друг. Вот пусть и поговорит с Грантом.
— Любимая? — позвал меня Джаред из прихожей.
Я засунула в чемодан еще что-то из одежды и застегнула молнию.
— Я здесь.
Он кашлянул.
— Знаю. Звонил Бекс. Грант позаботится о маме. Он сказал, что хочет поговорить с тобой.
— Говори с ним сам. Тебе известны подробности о нашей поездке.
— Но мне неизвестны подробности о «Титане». Грант просил, чтобы ты заехала вечером. Я отправлю с тобой Бекса, а сам пока съезжу к другу в клинику и заберу то, что просил у него, а потом буду рядом.
— Джаред…
Муж прижал меня к себе, обнял. Только сейчас я поняла, почему его кожа не казалась мне такой теплой, как обычно: видимо, я сама приобрела это свойство гибридов — слегка повышенную температуру тела. Когда родится Горошинка, от этой особенности мне бы хотелось избавиться, исходившее от Джареда тепло всегда меня так успокаивало. А теперь это ушло, и мне стало немного грустно.
Бекс влетел во входную дверь, взбежал по лестнице и остановился прямо перед нами.
Джаред встревожился:
— Что? Что-то с мамой?
— Нет. С чего ты взял?
— С того, как ты ворвался в дом и несся по лестнице.
Бекс пожал плечами:
— Я не знаю. Просто мне хотелось пробежаться. Что тут такого?
— А то, что человек, которого мы любим, может погибнуть в любой момент. Не поступай так со мной.
— Хорошо, хорошо, — ответил ошеломленный Бекс. — Извини меня.
Джаред, громко топая, спустился по лестнице и закрыл за братом дверь.
— Я ничего плохого не хотел, — пожаловался Бекс.
Положив руку ему на плечо и легонько сжав ладонь, я сказала:
— Ничего, Бекс. Думаю, он забывает, что ты еще ребенок. Ты все делаешь правильно.
Наполовину обиженная, наполовину благодарная улыбка Бекса показала, что мое сюсюканье его приободрило. Он подождал, пока я оденусь, а потом сел за руль и подвез меня на моем «бимере» до Кеннеди-Плаза.
— Ты очень похож на своего брата, — сказала я Бексу, когда он открыл для меня дверцу машины.
— Хотел бы я, чтобы и он это замечал.