Ее Высочество
Шрифт:
Я двигался послушно следом, извилистый лабиринт, о котором я не подозревал, наконец привел к небольшой двери. Руперт постучал, толкнул, как мне показалось, не дожидаясь ответа.
Я шагнул в небольшую комнату, приглушенный свет, королева одна в комнате, а за мной Руперт прикрыл дверь. Оглянувшись, я увидел, что кроме нас с королевой в комнате в самом деле никого.
Она сказала ровным голосом, привычно ровным и холодным, но я все-таки ощутил в нем сильнейшую усталость:
– Сядьте, глерд. Я очень устала… Очень.
Я приблизился к столу, но сел на достаточном расстоянии,
– Мои соболезнования, ваше величество.
– Спасибо, – ответила она сухо. – Что думаете?
Я добросовестно подумал, точнее, сделал надлежащую паузу, проговорил значительно:
– Думаю, это не вы организовали похищение своей сестры.
Она дернулась, глаза стали огромными.
– Что-о-о?.. Можно подумать и такое?
– Конечно, – заверил я. – Не волнуйтесь, ваше величество, но так подумало наверняка большинство. Это я так вот смягчаю, чтобы не сказать «все».
– Вы с ума сошли!
Я развел руками.
– Ваше величество, люди есть люди, а еще и человеки, что вообще отвратительно, как только эволюция допустила… Все королевство знает, что сестра ваша претендует на трон… ну и что, если не претендует?.. А страна знает, что претендует. И что ее поддерживают и знать, и простой народ, и даже овеянный флером романтики лесной разбойник Роммельс!.. А разбойник – это глас народа. Народ обожает разбойников, если те враждуют с королями. Так что не надо про вашу святость. Никто не поверит. Я вас уверяю, все в королевстве знают, что вы – Королева Змей. И хоть в зайчика превратитесь, но раз власть в ваших руках – все равно вы зло!.. Еще не Мировое, но уже всекоролевское. Хотя сейчас это не важно, давайте думать, можно ли спасти вашу сестренку.
Она оглядела меня исподлобья взбешенно:
– Но если верите, что я заинтересована ей навредить…
– Я так не говорил!
– А как?
Я сказал с жаром:
– Я сказал о настроениях в народе.
– При чем здесь народ?
– Глерды, – напомнил я, – тоже народ. И даже самые вельможные. Многие уверены, что вы не прочь убрать соперницу, а сестра все-таки соперница на трон… Но я вижу, вы настолько уверены в своей силе и влиянии, что даже мысли такой не допускаете, будто слабая сестренка может вас сместить.
Она ожгла меня злым взглядом.
– Да, не допускаю!
– Несмотря на то, – сказал я коварно, – что некоторые высшие глерды, главы племен и могущественных кланов, хотели бы посадить ее на трон.
– Чтобы править от ее имени? – спросила она. – Знаю. И что? Я трон не уступлю. И я верю, он в моих руках.
– И под вашей… – сказал я, чуть запнулся, подбирая слово, – спиной. Сидите вы на нем, согласен, крепко. Потому и я верю, что вы достаточно искренне хотите вернуть сестру. Угрозы от нее, пока она рядом, нет.
Она насторожилась.
– Хотите сказать, есть угроза, когда она вдали?
– Разумеется, – сказал я. – А вы как думаете? Вы же королева!
– Почему угроза?
– Вы королева, – повторил я. – Наверняка умеете мыслить по-королевски. Хоть и не во все дни.
Она поморщилась.
– Хотите сказать, Антриас, держа
– Уламрии? – спросил я коварно.
– Нижних Долин! – сказала она резко. – А потом, заключив с нею брак, объединить оба королевства в одно под его рукой.
– Хороший вариант, – согласился я. – Вообще-то в чьих бы руках принцесса ни оказалась, это удачная платформа, с которой можно начинать политический торг. Ваше величество, вы же королева, вы не должны сердиться на мою откровенность!
– Я не на откровенность сержусь, – процедила она сквозь зубы, – а на вас. И не сержусь…
– Слава богу!
– …а гневаюсь! Королевы никогда не сердятся, глерд Юджин. Еще они приходят в ярость. Вам стоит следить за своими словами. Да, я понимаю, к чему вы ведете. Отвечу так же прямо: я готова сделать все, чтобы вернуть сестру. И не потому, что боюсь ее как претендентку на мой трон… мой трон!.. а потому, что она моя младшая сестра, я всегда о ней заботилась, и я ее люблю. Вам такое непонятно?
Я изумился.
– Ваше величество! Я же не король, мне как раз такое понятно, как и другие чувства, незнакомые королям.
– Что-о?
– Я говорю о доброте, – пояснил я кротко, – милосердии, щедрости, любви, признательности… Я же понимаю, если короли будут руководствоваться такими понятиями, их королевства пойдут вдрызг.
Она наблюдала за мной чуть прищуренными глазами, в которых ни тепла, ни понимания, а только холодный взгляд змеи перед броском на жертву.
Я подумал, что я вообще-то та мышь, которой может подавиться даже крокодил, а не только Королева Змей, но смолчал, только смотрел на нее с кротким, насколько удается, ожиданием.
– Все средства в вашем распоряжении, – подчеркнула она. – Как я говорила, план по обузданию короля Уламрии был слишком хорош…
Я сказал с неохотой:
– Да, мы так все хорошо распланировали… И как радовались, что Антриас сам, дескать, прет в ловушку.
Она покачала головой.
– Мы как чувствовали, что все получается слишком хорошо. Слишком. Где-то должны быть сбои.
– Не сбои, – возразил я, – настоящий провал! Либо Антриас все предусмотрел, либо перестраховался, но одним ударом смешал все карты. Да что там ударом, не так было бы обидно. Булавочным уколом!.. Однако же, если удастся вырвать принцессу раньше, чем Антриас предъявит новые требования, можно все вернуть взад. Мы будем над этим работать.
Она сказала с нажимом:
– Сделайте все, чтобы вернуть сестру. И тогда буду у вас в долгу. Настоящем долгу.
Я сказал понимающе:
– Значит, мне на другой же день перережут глотку?
– С чего такая дикая мысль?
– Короли не остаются в долгу даже у других королей, – пояснил я. – Ваше величество, ничего личного, как говорят короли.
Она передернула плечами.
– Какой же вы мерзавец! Неужели…
– Угадал? – спросил я. – Вы же королева, а короли делают только то, что нужно. Точно и расчетливо. Как богомолы. Это такие хищные насекомые, никогда не промахиваются. Кстати, будьте готовы к тому, что возжелают выкуп за вашу сестру. Тоже неприятно…