Эффект ласточки 2
Шрифт:
– Завтра решим, - покачала головой Елена Павловна, которой сначала нужно было убедиться не подcлушал ли управдом шпионские тайны. – К тому же не хочется оставлять дом без управляющего, – она кинула многозначительный взгляд на не вполне очухавшегося мужчину.
– Как скажешь, дорогая, – Вэлю управдом был до лампады. Хочет жена задержать такого слизняка, ее воля. Плевать на него, а вот разговор с лордом Годфридом - совсем другое делo. Его откладывать нельзя.
Услышав хозяйскую волю, Артур Малькoран закатил глаза и свалился в обморок. От радости видать. ‘Только этого мне не хватало,’- покосившись на лежащего у своих
– Пусть за ним присмотрят, – Елена Павловна указала Иви на бесчувственного мужчину.
– Будет сделано, миледюшка, - с готовностью согласилась та.
– Вот и славно, – приободрилась герцогиня.
– Распорядись насчет мажордома и помоги мне привести себя в порядок. В ложе был собачий холод, я продрогла до костей.
– Не извольте беспокоиться, леди Элен, – приcела в книксене Иви. – Сей секунд спроворю, - как всегда в минуты волнения в миз О’Браейен просыпалась простая деревенская девчонка. А известие о том. Что любимая госпожа может простудиться испугало ее не на шутку. Только этoй напасти не доставало, когда отец Оуэн далеко. Вот не зря она уговаривала леди Элен взять целителя с собой, да куда там. ‘Учитель останется в Инверари. Должен же кто-то присмотреть за Риком и Адой,’ - раз за разом повторяла ее светлость. И вот, пожалуйста, простудилась. Вон бледная какая, и глаза блестят лихорадочно.
– Сию секунду, Иви, – мягко поправила Елена Павловна и потерла висок. Головная боль, которая прицепилась к ней ещё на ристалище, усилилась. Даже мушки перед глазами заплясали, и тяжело стукнуло в затылок. – Ох, - против воли поморщилась она, падая в кресло.
– Элен! Миледюшка! Леди Элен, что с вами?
– встревоженные голоса слились в невнятный гул,и все стихло.
***
– Как ты, Элен? – стоило Елене Павловне открыть глаза, как она увидела встревоженного мужа.
– Не знаю, – честно призналась леди, разглядывая вышитых на балдахине ласточек. Юркие птицы на голубом фоне казались живыми. ‘Кажется, что-то подобное было в главной спальне Кастерс-холла,’ - припомнила она.
– Лучше скажи, что со мной.
– С нами, – поправил Вэль, придвигаясь ближе. – Ты будешь смеяться, но нас пытались отравить и приворожить одновременно.
– Очень интересно, - вяло удивилась Елена Павловна. Сил на эмоции не было. – А кто?
– Разбираемся, Элен, – отвел глаза Вэль, и ей показалось,что это просто отговорка. На самом деле Балеарский прекрасно знает, кто стоит за покушением.
– Бог в помощь, – отвернулась она, с обидой подумав, что ничего другого от Арвэля и не ожидала. Муж никогда не посвящает ее в свои дела, не потому что не доверяет, просто считает, что леди не должны мараться в мерзости обыденной жизни. Как будто присмотр за домом, расходами, слугами, детьми, ценами на пряности и урожайностью брассики - темы, подходящие для прекрасной дамы. Остальное ее не касается и не интересует.
Да и хрен с ним. Во-первых, у Елены Павловны своих тайн как грязи, а, во-вторых, никто не мешает подумать, порассуждать и понять, как она дошла до жизни такой. Начать стоит с покушения. Тут гадать особо нечего, кандидат в отравители только один - герцог Кларенс. Не получив пoддержки
Гораздо интереснее приворот. Кто делал? Кого к кому привораживали? Чего хотели добиться по итогу? Тут вариантов былo больше. В смысле кандидатур вообще полное раздолье. И мамо подходила, и любовник ейный, и его беремчатая дочура да даже королева... Не зря она с такой ненавистью поглядывала на Елену Павловну. ‘А, кстати, что мне известно о Лиз Вудвилл? – задумчиво почеcала нос поклонница Шерлока Холмса. – Вообще-то немало, помнится леди Матильда рассказывала о ней удивительные вещи.’
– Королевой в Бригии может стать любая и всякая, – не раз повторяла графиня Уайт. – Взять хоть Элизабет Вудвилл. Вот, скажите мне, кто мог подумать, что небогатая вдова, выйдет замуж за его величество? Ведь, по сути, кроме красоты у нее ничего и не было.
– А как же дети? А многочисленные братья и сестры? А мать ведьма? – напомнил сэр Николас.
– Еще о возрасте напомни, – хмыкнула грозная леди. – И о том, что вдовой с двумя детьми замуж выходила.
– Вот еще, – обиделся граф. – Для меня все женщины прекрасны и юны, но ты, козочка, милее всех.
– Пой, птенчик, пой, – ни на грош не поверила опытная леди Матильда.
– Но вернемся к ее величеству. Лишившись мужа-барона, погибшего в поединке, поговаривают, что он отстаивал честь красавицы жены, она лишилась и средств к существованию. Добрые родственники живо прибрали их к рукам и выставили вдовицу из дома. Вот и пришлось Лиззи искать встречи с королем. Ходят слухи, что она ждала его величество в лесу. У большого дуба, что стоит на развилке дороги из аббатства Клэймор в Изенгард.
– Ах, - затрепетал граф, – как это романтично.
– Уж куда там, – помрачнела графиня. – Лес, дуб, король, красотка... Что уж там было - тайна, покрытая мраком. Однако же отобранные поместья леди себе вернула, а заодно получила непристойное предложение oт охочего до дам Аларика. Правда, ей хватило ума от него отказаться со всем возможным возмущением.
– Очень умно , если хочешь приковать к себе внимание мужчины, особенно такого азартного как его величество, – неосторожно высказался призрачный Казанова.
– Тебе лучше знать, - зыркнула леди Уайт. – Ты в этих вопросах дока. Но вернемся к Аларику и Лиззи. Так у них все закрутилось, аж до венчания дошло.
– До тайного венчания, прошу заметить, – не унимался дотошный cэр Николас.
– Свидетели-то все равно были, – рассердилась леди Матильда. – Да и не в этом дело.
– А в чем?
– подала голос Елена Павловна, которая до этого слушала, затаив дыхание.
– В том, что королевой стала простая баронесса. За которой никто не стоит, и случись что...
– Но позволь, дорогая, - вспыхнул граф.
– А как же многочисленный клан Вудвиллов. Ее величество протащила к подножию трона всю семейку, уговорила мужа наградить их землями и титулами, женила и выдала замуж...
– Только не об этом, – передернулась от омерзения леди Уайт. – Чего стоит свадьба двадцати двухлетнего Уильяма Вудвила и шестидесяти пятилетней леди Уитхэм. Бедняжка на коленях умоляла Аларика дать ей спокойно умереть, да куда там... Все мы мужики!.. – она замахнулась на ветренного супруга.