Эффект зеркала
Шрифт:
Олег никогда не давал в долг. Это было его жизненное кредо. Он знал, до чего необязательными и забывчивыми становятся люди, когда дело доходит до чужих денег. И в случае с Айей не сомневался ни на секунду: она не вернет ему ни копейки. Но отпускать ее сейчас на поиски заначки он не мог. Лишить еды – тоже. А вести в столовую, чтобы она там привлекла к себе внимание всех, с кем он работал… Нет, от суицидальных наклонностей Олег не страдал.
Пришлось вести ее в ближайший супермаркет.
– Выбери что-то питательное… – посоветовал он. –
– Не вопрос! – крикнула она, исчезая в лабиринте прилавков.
Появилась через минуту с полной тележкой. Как?! Когда она успела вообще взять тележку? Как умудрилась стряхнуть в нее половину ассортимента за считанные секунды? Олег не считал себя бабником, но даже недолгих периодов общения с женщинами ему хватило, чтобы понять: как только девушки попадают в магазин, время для них меняет свое течение. Может, они и думают, что просто зашли и купили, но на деле образуются временные воронки, дыры в пространстве, похожие на Бермудский треугольник… И там, где для женщин пролетели жалкие полчасика, мужчина медленно, но верно начинает стареть.
Айя сломала всю теорию. Может, она просто на бегу провела рукой по полке, стряхнув все в корзину на колесиках? Или это одна из ее способностей? Так или иначе…
– Я не собираюсь это оплачивать! – твердо сказал он, глядя на груду разноцветных упаковок.
Что это вообще?! Чипсы, жевательный мармелад, газировка, мясные нарезки, хлеб, майонез, йогурты… В нее это банально не войдет. Даже если трамбовать сверху и не давать выходить снизу.
Но Крюкова, судя по всему, уже впала в предвкушение пиршества.
– Ну, папочка… – игриво протянула она. – Ну что тебе стоит?..
– С ума сошла?! – зашипел он, оглядываясь на продавщиц. – Какой я тебе папочка?!
– Ну позязя…
– Какая «позязя»?!
– Ладно, – она мстительно поджала губы.
Он узнал этот коварный взгляд и почувствовал приступ изжоги. Господи, она же превратит его в полковника Калинина!
– Мне плевать, что ты считаешь меня толстой! – зычно воскликнула она, и посетители стали оборачиваться. – Я больше не буду сидеть на диете, чтобы тебя угодить! Пятьсот калорий в день! Хочешь заработать на моей модельной карьере, пока я не стала анорексичкой?!
Какая-то женщина в ужасе ахнула, другая уже что-то яростно нашептывала своей подруге, яростно косясь на Олега. А Крюкова продолжала цирк.
– Я не хочу, чтобы другие ненавидели свое тело, как я! – патетично крикнула она. – И я буду есть, слышишь?
– Прекрати сейчас же… – процедил Горовой, но с тем же успехом он мог бы встать на пути локомотива на полном ходу.
– Хочу чипсы – и буду чипсы! – с этими словами Айя оглушительно хлопнула пакетом, высыпав добрую половину картофельной дряни на пол, и запихнула в рот пригоршню. – Хочу шоколад? Буду шоколад! – с хрустом была взломана плитка.
– Мужчина, как вам не стыдно! – вмешалась женщина в меховой шапке. – Разве можно так издеваться?! Она же
– Пятьсот калорий! – хмыкнула другая. – Это прямая дорога к язве!..
Айя Сергеевна Крюкова – вот прямая дорога к язве. Но вслух Олег этого не сказал. Молча взял красноголовую нахалку за локоть, – и специально проследил, чтобы за здоровую руку, меньше всего ему нужен был ясновидческий припадок посреди супермаркета, – и потащил к кассе.
– Имей в виду, – еле слышно шепнул он ей в ухо. – Больше я тебе ничего и никогда покупать не буду.
– Мне больше и не понадобится, – Крюкова злорадно улыбнулась и продолжила декламировать: – Держитесь, девочки! Не позволяйте управлять вами!
Кажется, в глубине магазина кто-то даже зааплодировал. Чего уж греха таить, Олег и сам готов был хлопать стоя этой артистке, если бы прямо сейчас у него не чесались руки от желания свернуть ей шею. Что с ней не так?! То ведет себя нормально, рассказывает и видит уникальные вещи… То откидывает фортели, как шестилетняя девчонка.
– Картой или наличными? – спросила его кассирша, окинув презрительным взглядом.
Олег задумчиво посмотрел на душераздирающие зеленые циферки.
– Картой, – вздохнул он и потянулся за бумажником.
Крюкова сияла, как пятна крови под ультрафиолетом. Но Горовой шагал впереди, сжимая пакеты, и делал вид, что ничего не произошло. Он понял свою главную ошибку: с Айей нельзя вступать в открытое противоборство. Ты ей слово – она тебе десять. Ты ей два – она тебе двадцать. Гвоздем. На капоте. Интересно, Латынин еще гуляет отпуск? Засадить бы ее к нему в кабинет, запереть там. А хорька оставить у себя, без него она не сбежит. Наглая, лживая… Но до того сентиментальная! У всех свои слабости, и брешь в доспехах Крюковой Олег нашел – крыса с пиратским именем. Теперь она у него в руках, надо только понять, что с этим делать.
Впрочем, тратить на эти размышления рабочее время майор не мог. Его ждал кабинет, протокол, запрос мобильному оператору, в пенсионный фонд, в поликлинику, поиск родственников… И в качестве бонуса – полковник, который уже, наверняка, рвал, метал и грыз погоны.
Внутренне собравшись и нацепив воображаемый шлем от ядовитой слюны Калинина, Олег взял на охране ключи и, пропустив Айю вперед не из галантности, а чтобы больше не упускать ее из виду, пошел наверх. Но не успел он покорить и первый лестничный пролет, как столкнулся с Савчуком.
– Олег Василич! – выпалил тот, запыхавшись. – Ищу вас везде. У вас телефон недоступен!
Наверное, за всю ночь так и не вспомнил про зарядку… Такое с Горовым случалось впервые, но оправдываться перед лейтенантом Стукачом он не собирался.
– А что, полковник добавил тебя в черный список? – съязвил он.
– Да сколько можно… Я же как лучше хотел!.. Полковник, кстати, уже ждет вас.
– Не сомневаюсь, что ты ему уже наплел…
– Да нет! – лейтенант мотнул головой. – Все нормально.