Его терапия
Шрифт:
Двери лифта открылись прямо в пентхаус, и у меня перехватило дыхание. Панорамные окна от пола до потолка открывали вид на весь город, который теперь лежал под нами, как на ладони. Закатное солнце окрашивало комнату в золотистые тона, отражаясь от стеклянных поверхностей и хромированных деталей.
— Добро пожаловать, — сказал Адриан, небрежным жестом бросая ключи на консоль из мрамора и стекла.
Пространство было огромным: гостиная с дизайнерской мебелью и камином, роскошная кухня с барной стойкой из цельного куска мрамора. У стены возвышался
Я не могла понять, действительно ли это собственность Адриана или очередная декорация для его игры. Всё казалось одновременно жилым и нетронутым, как номер-люкс дорогого отеля. Решила не задавать вопросов — у меня и так кружилась голова от происходящего.
— Твоя спальня там, — он указал на коридор справа. — Располагайся.
Комната оказалась не менее впечатляющей. Кровать размера кинг-сайз, гардеробная, отдельная ванная с мраморной отделкой и душем размером с мою бывшую кухню.
Я разложила немногочисленные вещи, чувствуя себя самозванкой в этом идеальном пространстве. Мои потрепанные свитера и джинсы выглядели неуместно в этом храме роскоши.
Закончив, я вышла обратно в гостиную. Адриан работал на ноутбуке, сидя на диване.
— У нас есть пара часов свободного времени, — сказал он, не отрывая взгляд от экрана. — Если хочешь, можем съездить к твоей маме.
— Да, — ответила я, неожиданно для себя ощутив комок в горле. — Я бы хотела повидаться с ней.
Дорога через город была как путешествие между мирами. Из сияющего Уинсор-Хайтс мы постепенно двигались к более скромным районам. С каждым кварталом дома становились ниже, улицы уже, вывески менее яркими.
В машине я молчала, погруженная в свои мысли. Возвращение в Уинсор означало, что мне придется столкнуться со всем, что я оставила позади. Колледж… нужно будет объявиться там, объяснить свое отсутствие.
И Николь… Моя лучшая подруга. Я даже не представляла, как посмотрю ей в глаза после того, как исчезла без единого слова. Наверняка она злится, обижена, возможно, даже ненавидит меня. А может, просто забыла и двинулась дальше. Не знаю, что хуже.
А Лукас… Я судорожно вздохнула, когда мысли коснулись его. Возможно, он писал мне, звонил. Но тот номер больше не существовал. Я исчезла из его жизни, как призрак.
— Ты не против, если я подожду тебя здесь? — спросил Адриан, останавливаясь у моего подъезда.
— Да, конечно, спасибо, — кивнула я, выходя из машины.
Я провернула в замке ключ от нашей с мамой, арендованной квартиры. Запах ударил в нос сразу — спиртное, сигаретный дым и что-то затхлое, как будто окна не открывали неделями.
В гостиной горел тусклый свет. Мама сидела на диване с бокалом в руке. Рядом с ней — незнакомая женщина с размазанной помадой и неестественно громким смехом. На столе — две пустые бутылки вина и начатая водка.
— Мама? — позвала я.
Она повернулась, щуря глаза, словно не веря.
— Рейвен? — её голос прозвучал хрипло. —
Она поднялась, покачнувшись, и бросилась обнимать меня. Запах спиртного, смешанный с дешевыми духами, ударил в нос. Я застыла в этих объятиях, не находя в себе сил ответить на них. Когда-то эти руки были моим убежищем, теперь же они казались чужими.
— Боже, где ты была? — она отстранилась, разглядывая меня.
— Привет, я Марго, — представилась её собутыльница, хотя я её не спрашивала. — Твоя мама так много о тебе рассказывала.
Я натянуто улыбнулась, ощущая внутри пустоту и разочарование. Ничего не изменилось. Она продолжала пить, продолжала убивать себя.
— Я вернулась в город, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Ненадолго. Но я не буду жить здесь.
— Как это? — мама нахмурилась.
— Вот так, — я покачала головой. — Я просто забрать кое-какие вещи.
— Но как же … — начала она, но я уже направилась в свою комнату.
Я быстро собрала самое необходимое — одежду, белье, ноутбук, учебники. В ящике стола нашла фотографию с Николь, сделанную в парке аттракционов прошлым летом. Мы улыбались, не зная, как всё изменится.
Сложив всё в старую спортивную сумку, я вернулась в гостиную. Мама курила у окна. Её подруга, похоже, задремала на диване.
— Ты хотя бы скажешь, где остановилась? — спросила мама.
— У друга, — уклончиво ответила я. — Я позвоню тебе.
— Обещаешь? — в её глазах мелькнула та самая мама, которую я помнила с детства — заботливая, тревожащаяся. Но это было лишь мгновение.
— Обещаю, — солгала я, зная, что, возможно, не сдержу это обещание.
Я поцеловала её в щеку, ощутив горькую смесь любви и разочарования. Часть меня хотела остаться, вылить весь алкоголь в раковину, заставить её лечиться. Но я уже пробовала, множество раз. Человек должен сам захотеть спасения.
— Береги себя, мам, — сказала я тихо.
Она кивнула, и на мгновение мне показалось, что в её глазах стояли слезы. Но, возможно, это был просто эффект от выпитого.
Адриан ждал в машине, просматривая что-то на телефоне. Закинув сумку на заднее сиденье, я села рядом с ним.
— Всё хорошо? — спросил он, внимательно изучая моё лицо.
— Да, — ответила я, хотя обоим было ясно, что это ложь.
Он кивнул, не настаивая на продолжении разговора, и завел двигатель.
— Нас уже ждут, — сказал он, выруливая с парковки.
— Кто? — удивилась я.
Уголок его рта приподнялся в загадочной улыбке.
— Увидишь, — ответил он, и мы влились в вечерний поток машин, уносящих нас от моего прошлого к неизвестному будущему.
Глава 15
Когда мы вернулись в пентхаус, там царил настоящий хаос. В гостиной и коридорах сновали незнакомые люди — несколько мужчин с оборудованием и несколько молодых женщин с профессиональными кейсами для макияжа и стайлинга.