Его
Шрифт:
— ГЕЙБ! — закричала я.
Грудь начала сжиматься. Нет. Только не паническая атака. Не сейчас.
— Нет, — сказала я себе, задыхаясь. — Нет, нет, нет, нет!
Тревога обхватила моё горло с такой силой, что я подумала, что его уже сплющило. У меня не было таблеток. Если бы у меня были таблетки, со мной было бы всё в порядке. Но таблеток не было. Как и возможности двигаться или сидеть. Мои руки были вытянуты в сторону, и я не могла расслабиться.
— ГЕ-Е-ЕЙБ!
Боже, мне нужно было пописать. О Боже,
Это был не сердечный приступ. Это был не сердечный приступ.
— Дыши, Кэт, — повторяла я, мой живот был полон и натянут, нуждаясь в облегчении. — Глубокий вдох. Вдох. Выдох.
Я не могла глубоко вдохнуть, не с таким полным мочевым пузырём. Это было бесполезно. Мне надо было постараться выбраться из этой кровати, несмотря ни на что.
Я снова закинула ноги над головой, и снова мои пальцы соскользнули. И на этот раз, когда моя нога упала, я не смогла себя сдержать. Моё тело было слишком напряжённым, потому мне и пришлось отступить.
Тепло разрасталось по мере того, как я описывалась. Я застонала, стараясь передвинуться к краю, но это было бесполезно. Я насквозь промокла: моё бельё, платье, простыни. Едкий запах мочи поднялся снизу, щипля мой нос.
Слёзы наполнили глаза, тогда как сама я задыхалась. Унижения хватило, чтобы я расплакалась, но в остальном я не стала ближе ни к побегу, ни к тому, чтобы предотвратить убийство мужчины Гейбом.
Он введёт ему иглу, как и другим мужчинам.
«Дыши, Кэт».
Я втянула воздух, но этого было недостаточно. Вся комната, казалось, надвигалась на меня, неясная и тёмная. Я снова закинула ноги, но не сумела даже различить узлы на своих запястьях.
Он привяжет мужчину к столу, затянет ремни.
«Нет, Кэт. Нет».
Я покачала головой и смежила веки, выдыхая сквозь зубы. Которые начали болеть от того, как сильно я сжимала челюсть. Влагу у моей нижней половины туловища холодил воздух, когда я вскидывала ноги, пытаясь зацепиться пальцами за узелок. Если бы только у меня был нож…
У него же был нож. Им-то он и вскроет мужчину.
— НЕТ! — завопила я, задыхаясь.
Грудь сжалась, и я ощутила, как спазм охватил мышцы шеи, стискивая горло.
Он захочет ударить его ножом в сердце.
Нет!
Я хватала ртом воздух. Моё зрение заволокло серыми пятнами, а голова начала кружиться. Ремни, обвивающие запястья, были тесными, очень тесными. Здесь не было крови. Я не могла сбежать. Я умру здесь, в постели, в собственной моче.
— Помогите! — позвала я, голос был скрипучим между неглубокими вдохами.
В комнате не было никакого воздуха.
Он убьёт его. Убьёт его. Убьёт.
— Гейб… — слабо вскрикнула я, а потом всё почернело.
Гейб.
Я поступил глупо.
Раньше я мог бы назвать себя неглупым человеком — я всегда действовал осторожно, рационально. В случае ошибки меня могут поймать, а я знал, какими будут последствия, если кто-то найдёт меня.
Но я был любопытным. Как и мой котёнок.
И вот так я совершил глупую небрежность. Я вернулся в библиотеку, где встретился с девчонкой. Я говорил себе, что собираюсь взять ей для компании ещё книг на прочтение. Но это была лишь очередная ложь, которую я внушал самому себе.
Правда заключалась в том, что я хотел узнать о ней побольше.
Ступив внутрь, я тут же бросил взгляд на стойку. Её подруги нигде не было видно, и я не мог решить, было ли это хорошо или плохо. Я проделал путь до лифта и вошёл в него.
Именно здесь она впервые поцеловала меня. Нахальная девчонка. Теперь же мысль об этом меня согревала: её мягкое тело напротив моей груди, голодные губы, захватывающие мои. Я облизал губы и нажал на кнопку, чтобы подняться наверх.
На третьем этаже лифт дёрнулся, останавливаясь. Бесцельно бродя по проходам, я пробегал пальцами по корешкам книг. По томам детективов, фантастики. Романы же располагались ниже, на углу, их красно-золотые корешки были изрядно потрёпаны.
Фикция.
«Это всё было фикцией, — думал я. — Мой котёнок, по возвращению домой всё ещё благополучно привязанный к кровати, — всё это было историей, которую я рассказывал самому себе. История, которая вела по каждой возможной тропинке прямиком к трагической развязке».
Трагической, ибо как ещё могла закончиться эта история? Казалось невозможным, что мы найдём способ жить вместе. За пределами дома она выглядела такой счастливой, такой очарованной окружающим миром. И со всеми моими притязаниями на объективность она сумела проскользнуть в мой тихий мирок и всколыхнуть поверхность своими желаниями.
Дойдя до конца вереницы книг, я обернулся, а затем застыл как вкопанный.
Это была её подруга, та, другая девушка. Она сидела посреди прохода с кучкой книг по бокам. Её волосы, там, где раньше были окрашены в фиолетовый, сейчас переливались зелёным, под глазами виднелись тёмные круги, но всё же это была она.
Именно за этим я пришёл сюда, но теперь, когда эта девушка предстала передо мной, я не знал, как реагировать. На её лице мелькнуло узнавание, но я бы не увидел этого, если бы не искал.