Эксмур
Шрифт:
Не допускал мысли, что можетувлечься.По-настоящему. И этим подписал себе приговор на "пожизненное".
"Долго ли оно продлится?"
***
Джул засыпала подавленной.
Долго крутилась, ища удобное положение. С трудом заснула.
Кошмара не было. Как и других ярких картинок. Только пустота.
Проснулась совершенно раздавленной с осознанием: вчерашний день ей не приснился.Всепроизошедшее —
Суровая, неприглядная. Неприятная.
Она словно всю ночь ходила босиком по битым стеклам.
Стащила себя с постели.
По пути в душ и обратно никого не застала. Ни в баре, ни в гостиной. В коридорах стояла тишина.
Она ждала, когда ее вызовут, отдадут документы и разрешат покинуть Эксмур.
Ходить лишний раз по общежитию и по университету не хотелось, но желудок просил еды. Нормальной, полноценной.
Все утро она боролась с нежеланием выходить из блока и желанием поесть. Попеременно побеждали оба.
Черная толстовка подчеркнула бледность Джул. Сняла ее, не желая акцентировать внимание на своем состоянии. На фоне белой толстовки лицо даже обрело оттенок.
Джинсы оставила черные. Свободные. В них комфортнее.
Возле двери дала себе наставление.
"Глубоко дышать. Ни на кого не смотреть. Никого не слушать".
На лестнице попались на пути несколько студенток. Они, не стесняясь, разглядывали Джул и не скрывали усмешки.
Придерживаясь установки, глубоко вдохнула. Медленно, плавно выдохнула.
Не задерживаясь ни на секунду, вышла из общежития.
Мелкие капли дождя попали на лицо.
Приходилось обходить лужи, оттягивая приближение ко второму корпусу. За ночь дождь залил всю территорию Эксмура.
Джул стойко не обращала внимания на немногочисленных перешептывающихся студентов.
— С виду тихая, и не скажешь, что так отчаянно трахаешься.
Слова врезались в прямую спину.
"Я не стану реагировать".
На ужин точно решила не идти, вечером всегда полно студентов. Большая толпа легче подхватывает смешки и оскорбления, незачем провоцировать.
Села у окна ко всем спиной. Так можно представить, будто она здесь одна. И вовсе даже не в столовой.
После полузавтрака-полуобеда заглянула в приемную уточнить о своем заявлении. Джул с вежливой улыбкой напомнили, что сами вызовут ее, когда все будет готово.
"Что может быть проще отчисления по собственному желанию?"
Недоумение, подогреваемое напряжением, рвалось наружу, но она сдержанно кивнула и ушла.
До обеда в блоке царила тишина. Когда с коридора начали доноситься голоса, Джул отложила книгу, прислушалась.
Голос Брэдфорда затянул в животе узлы тоски и безысходного
Затылок безболезненно встретился со стеной. Прикрыла веки, сглатывая ужасную, тошнотворную горечь.
— Два кристалла туда и обратно. Второй на экстренный случай.
— Никогда не думал, что захочу жениться и буду подгонять невесту, — Этан явно был всем доволен. — Малышка, давай скорее. Ты охуенна в любой одежде.
Невольная улыбка растянула губы Джул.
— И поэтому тебе так нравится меня раздевать.
— Без одежды ты еще охуеннее. Парни, я один не вижу изменений? Блять, малышка, что ты там полчаса делала? Не отвечай. Идем.
Джул засмеялась, отпуская напряжение.
— Я сменила блузу на шелковую. Ты невнимательный, я откажусь выходить за тебя.
Голоса постепенно отдалялись.
— Ага, придумала. Из-за тряпки?
— Это не тряпка.
— Я изучу весь твой гардероб, когда…
Повисла оглушающая тишина. Ненадолго. Ее разбавили удаляющиеся шаги.
Джул боялась, что Мэлл решит попытаться с ней поговорить и одновременно хотела этого.
Бессмысленное занятие — разговоры. Это очевидно. Только продлять агонию. И все же тянулась призрачными руками души за стенку, в соседнюю комнату. Неважно там он или нет. Била себя по рукам и возвращалась к страницам книги. Не видя ни одного слова. Читая и не понимая смысла.
"За пределами Эксмура станет легче".
Убеждала саму себя, стараясь верить.
К вечеру сидеть в комнате надоело: она уменьшилась до размеров спичечного коробка. Стены давили, словно прессом сплющивая со всех сторон в квадрат.
Она закуталась в свитер, взяла с собой книгу, и вышла в гостиную.
Одно кресло стояло в углу под светильником. Разместилась на нем боком, полулежа. Если поднять взгляд — вход и вся гостиная на обозрении.
Дышать стало легче. Исчезло ощущение сдавленности, а безысходность осталась.
Борьба с ней — самое бесполезное занятие. Лучше принять как факт:она есть, и в ближайшее время избавиться от нее не удастся.
Двери в блоке периодически хлопали, но в гостиную никто не заходил.
Это и радовало, и огорчало. Хотелось заполнить пустоту вокруг и, наоборот, оставаться одной.
"Бойся своих желаний".
Пронеслось в голове, когда Брэдфорд пересек гостиную и остановился у окна. Он не смотрел по сторонам и не видел сидящую в полумраке Джул.
Ветерок растрепал светлые волосы Мэлла. Он совершено не обращал на них внимания. Курил, смотря перед собой, в темноту позднего вечера.
Щемящая тоска до тошнотворной боли сдавила грудную клетку. Пальцы-шипы вонзились в сердце, пронзая насквозь, замедляя биение.