Экспаты

Павон Крис

Почти все столики были заняты мужчинами — парами, вчетвером, сплошные пиджаки и галстуки. На другом конце зала сидела женщина, одна. Вот она пригладила волосы и огляделась по сторонам, стараясь привлечь к себе внимание. Маневр, на который могла решиться только непривлекательная одиночка.

Окружающие вели себя соответственно.

В дверях появились Джулия и Билл. Оба мрачные.

Кейт старалась сохранять нормальный вид, характерный, обычный для нее.

— Хелло, — поздоровалась Джулия, бросая пальто на пустой стул. — Ты хотела нас видеть? —

Она вела себя так, словно это была чреватая конфликтами, противостоянием встреча с целью прощупать давно назревшую проблему.

Официантка снова нависла над столом. Они заказали выпивку. Когда официантка отошла и уже не могла их слышать, Кейт ровным голосом заявила:

— Вы ошибаетесь.

Джулия кивнула, словно соглашаясь с некоей отличной мыслью, например, с предложением устроить пикник на берегу озера в ясный весенний день.

— Проблема в том, Кейт, — она выдавила из себя снисходительную улыбочку, — что мы не можем доказать, что Декстер и впрямь имеет рабочий контракт с каким-то банком.

Кейт поразилась неуместности этой подробности — чисто формальной. Она отлично помнила контракт, о котором шла речь, он прямо-таки стоял у нее перед глазами, засунутый в невинную на вид папку с документами о выплатах по закладной на дом.

— Контракт конфиденциальный, — сообщила Кейт, добавляя еще одну неуместную, не относящуюся к делу подробность.

— Мы также не можем найти, — продолжила Джулия, — никаких документов о том, откуда он получает свои доходы. Мы проверили ваш банковский счет, открытый на вас обоих. Проверили и кредитные карты, и дебетные, и сводки по балансам, присылаемые вам на дом. Так что видим все поступления и регулярные траты. Но нам неизвестно, откуда поступают эти доходы.

Джулия сделала паузу, помолчала, глядя на Кейт, давая той возможность переварить услышанное, прежде чем начать детализировать и объяснять сказанное.

— Все трансферты идут с номерного счета, — продолжила она. — Безымянного, анонимного.

— Ну, это же обычная практика в Люксембурге. Тут все этим занимаются. Это называется банковская тайна.

— Ты когда-нибудь встречалась с кем-то из его коллег? — спросила Джулия, продолжая игнорировать реплики Кейт, ее участие в разговоре. — Ты когда-нибудь видела рабочий контракт Декстера?

Это было первое заявление, которое Кейт могла опровергнуть. Потому что и в самом деле видела этот контракт, короткий, ничем не примечательный документ, который Декстер запрятал подальше, в папку с наклейкой, относящейся совсем к другим делам. Но она продолжала молчать.

— Ты видела его зарплатные чеки? Он что-нибудь получал от своего работодателя по почте? А сам он заполнял какие-нибудь отчеты? Страховые формы, например?

Кейт уставилась на старый потрескавшийся стол. Конечно, контракт мог оказаться липой. Нет, он действительно был липой!

— Деловые карточки? Корпоративные кредитные карты? Карту-ключ для доступа в офис?

Официантка принесла напитки, громко стукнув бокалами по столу, — две коки-лайт и пиво.

— Ты

когда-нибудь хоть что-то такое видела? Что угодно — абсолютно любое! — способное доказать, нет, даже не доказать, это слишком сильное выражение, просто показать, что твой муж работает на какую-то конкретную компанию?

Джулия взяла стакан с кокой, отпила глоток. И прекратила свои нападки.

— Это целая коллекция косвенных улик, — заметила Кейт.

— Косвенных улик может оказаться недостаточно, чтобы осудить человека. Но их почти всегда хватает, чтобы выяснить правду. Не так ли?

— Все это косвенные улики, подтверждающие совершенно дикие предположения.

— Неотвратимые умозаключения вообще-то. — Джулия смотрела на Кейт твердым взглядом с полной убежденностью, стараясь донести через стол эту свою уверенность.

Кейт отвернулась, посмотрела в окно на крутящийся снег.

— Так чего вы хотите? — спросила она. — От меня-то чего вам надо?

После длительного молчания Джулия произнесла именно то, чего Кейт и ждала:

— Мы хотим, чтобы ты нам помогла.

— Декстер!

Он поднял взгляд от тарелки, где старался подцепить на вилку какую-то вкуснятину с соусом. Предполагалось, что это лучший ресторан во всей стране. Шеф-повар как-то заполучил самую престижную премию в мире. Награждение случилось давным-давно, но все же…

— Я все знаю, — заявила Кейт. Тело ее затекло и прямо-таки чесалось от напряжения и страха. Разговор предстоял очень трудный, и от него многое зависело.

— Что ты знаешь? — Декстер сунул в рот этот неопознанный пищевой объект. НПО.

— Я знаю, что ты никакой не консультант по вопросам компьютерной безопасности.

Декстер уставился на нее, медленно прожевывая свой НПО.

— Я тебя что-то не совсем понимаю.

— Я знаю про тайный банковский счет.

Он тут же перестал жевать, но сразу же зажевал снова, погрузившись в задумчивость.

Кейт придержала язык. Теперь был его ход, и она хотела дождаться его ответа. Он проглотил. Взял с колен салфетку, промокнул уголки рта.

— И что же ты, по-твоему, успела узнать?

— Не пытайся это отрицать. — Это прозвучало враждебнее, чем она намеревалась.

— Кто и что тебе рассказал? Только точно.

Между столиками было достаточно места. Они практически вели приватную беседу, которую никто не мог подслушать в самом центре этой разодетой толпы — сплошные темные костюмы, галстуки, жемчуга и супермодные сумочки.

— Никто мне ничего не рассказывал. Не было в этом никакой нужды, — ответила она. — Я нашла счет, на котором лежит двадцать пять миллионов евро.

— Да ничего подобного, — сказал он медленно и спокойно, полностью держа себя в руках. — Такого просто не существует. У меня нет счета с двадцатью пятью миллионами евро.

Кейт уставилась на Декстера, пораженная его ложью. Он тоже смотрел на нее, не отводя взгляда.

— Ты с кем пообщалась, Кейт?

Она пробормотала что-то невразумительное.