Эксперт № 26 (2013)
Шрифт:
— Тогда и я смогу быть врачом! Вы ко мне придете, а я буду галочки ставить. Неужели уровень подготовки врачей сегодня настолько низок, что требуется такая система- подсказка?
—
— А как же знаменитая врачебная интуиция, пронизывающий пациента взгляд, которые позволяют безошибочно поставить диагноз?
— Допускаю, что такое бывает. Но в сетевом формате собрать одних звезд не получится. На нижнем уровне в медицинских учреждениях у нас слишком большой разброс мнений и подходов к лечению, которые никак не контролируются. Мне нужно, чтобы врачи хорошо лечили классические, банальные заболевания и можно было в сети прогнозировать бизнес-показатели. Например, на своей прежней работе я сравнивал две клиники в одной сети в разных частях города. Вот две клиники, одно и то же оснащение, и там и там ЛОР-врач — все одно и то же. По идее, у них посещаемость и стоимость вылечивания должны быть одинаковыми. Однако у одного врача средняя стоимость лечения пациента в три раза выше, чем у другого. Вывод какой: или один недолечивает, или другой перелечивает, пытается выжать из клиента максимум денег. Не может быть, чтобы на Ленинградке и на Парке культуры люди сильно отличались. Если есть четкая система, которая фиксирует жалобы пациента и процесс лечения, можно установить причину таких расхождений. Это уже работа управленца.
При выборе работы для врача на первом месте стоят достойные условия труда, хорошее оснащение клиники, на втором — зарплата, а на третьем — возможность учиться, повышать уровень квалификации. Если работодатель все это может предложить, у него есть возможность отобрать хороших врачей
Фото: Олег Сердечников
— Кстати о перелечивании. По поводу многих частных клиник на рынке есть мнение, что их основная задача — выкачивание денег из пациентов, а не вылечивание. Что вы об этом думаете?
— Я в корне хочу поменять оплату труда врачей в своей сети. Как правило, в медучреждениях врачи получают небольшую зарплату и проценты от доходов с пациентов. Поэтому если ты сажаешь врача на процент, будь готов, что он будет стараться выжимать из пациента максимально. Я хочу это минимизировать, чтобы врач в первую очередь думал о лечении. Я своим врачам плачу оклады — в среднем сто
Кроме того, у меня ежегодно будет проводиться аттестация врачей, по итогам которой им будет присвоен определенный рейтинг — от 1 до 1,5, который также будет влиять на зарплату. Плюс у каждого врача будет свой план-график обучения на ближайший год, причем не только в России, но и за рубежом, которое полностью будет за счет компании. Я знаю, как тяжело собственники бизнеса идут на такие затраты. Вроде бы лечит врач, и нормально. Но я считаю, что это важно.
— То есть уровень подготовки современных врачей все- таки вызывает у вас определенные переживания?
— Я не буду вдаваться в то, как сегодня учатся в вузах, я хочу рассказать о своем опыте. Мы как-то проводили тестирование врачей при приеме на работу. Был составлен опросник с сотней банальных вопросов и с вариантами ответа. Я попросил своих сотрудников-врачей составить опросник так, чтобы не было разночтений, чтобы это были базовые вопросы из учебника. Было опрошено 250 врачей. Никто не ответил правильно на все 100 вопросов. Были те, кто ответил на 90, 95, 98. Но были и такие, которые дали по 10–15 правильных ответов. Притом что мы самую низкую категорию определили на уровне 75–80. Что делать с теми, у которых 10 правильных ответов? Мы рекомендовали не принимать этих врачей на работу. Это также к вопросу о том, что у нас вообще не реализована система контроля качества лечения. Нет инструментов. Нигде. Что он делает, как он лечит, мы можем узнать, только если есть жалобы пациента. Если нет жалобы, то никто не знает.
— В наших государственных медицинских учреждениях любят говорить, как они долечивают и перелечивают пациентов после частных клиник.
— Случаи могут быть разные, но зачастую и там и там работают одни и те же врачи. Понятно, что среди частных клиник только единицы могут заниматься суперсерьезными вопросами — трансплантацией, например, или сложными операциями. Но остальные должны качественно лечить базовые заболевания, которых, повторюсь, девять из десяти.
— Во многих странах, в частности в США, врачи периодически сдают экзамены на подтверждение лицензии. А у нас что?
— У нас врач раз в пять лет проходит сертификацию, подтверждающую его статус врача. Потом есть аттестация на врачебные категории. Но это дело добровольное — хочешь получаешь, хочешь нет. И поэтому непонятно, где, на каком этапе возникает контроль за практической деятельностью врача.
Таблица:
Структура первичных обращений по категории приема
— А врачи охотно соглашаются на вашу стандартизацию?