Энчантра
Шрифт:
— Привет, принцесса, — ухмыльнулся он. — Седрик. Помнишь меня?
Кольцо на её пальце мгновенно начало нагреваться, и Женевьева дернулась, чтобы захлопнуть дверь, но он успел просунуть ногу в щель и втолкнул себя внутрь. Закрыв за собой дверь, он скрестил руки и уставился на неё сверху вниз. Кольцо жгло кожу.
Женевьева отступила, насколько позволял тесный закуток.
— Какого хрена ты творишь?
— Ничего личного, — ответил Седрик, делая шаг вперёд. — Но ты отказалась от моего
— Убирайся. Немедленно.
— Что, опять позовёшь мужа? — расхохотался он.
Он рванул вперёд и с силой прижал её к углу мраморной раковины. Рёбра взвыли от боли.
— Ах ты сукин сын, — прошипела Женевьева, исчезая на глазах и проходя сквозь него.
Он едва не рухнул вперёд, опираясь на край умывальника, затем, побледнев, резко обернулся.
— Никто не сказал, что ты Спектр, — заикался он. — Чёрт, я не—
Дверь распахнулась прежде, чем он успел договорить.
Роуин.
Жар взметнулся в её животе.
Да ну, только не это.
Седрик выглядел так, будто вот-вот стошнит.
— Седрик Рэтблейд, это ты? — послышался голос из-за плеча Роуина.
Это был Севин. Женевьева даже не заметила, как он появился.
Глаза Роуина не отрывались от неё.
— Ты в порядке? — спросил он.
Женевьева сглотнула и кивнула.
— Я хочу, чтобы ты сказала это, Женевьева. Ты в порядке?
— Да, — подтвердила она. — Он просто вёл себя как мудак.
Седрик потянулся к кулону на шее, напоминающему ключ.
— Если ты коснёшься меня, Демоника—
— Ещё одно слово, и я вырву тебе голову с корнем, — прорычал Роуин, его голос омрачился такой тьмой, что Женевьеве почти стало жаль Седрика. Почти.
Седрик замолчал. Севин рассмеялся.
— Слушай меня внимательно, — обратился Роуин к Женевьеве. — Сейчас ты идёшь вниз и ждёшь с тем из моих братьев или сестёр, кого увидишь первым. Поняла?
Она кивнула.
— Охота начинается через семь минут. Ты не можешь опоздать ни на секунду.
Женевьева не стала терять ни секунды. Выскочив из комнаты, она заметила Умбру в нескольких шагах от двери. На полпути вниз по лестнице кто-то мигом оказался рядом.
Нокс.
Стоило кольцу остыть, как оно тут же снова разгорелось, испуская магическое тепло.
— Наслаждаешься балом? — спросил он, шагая вровень с ней.
— Дьяволы, как всегда, славятся отвратительной пунктуальностью, — фыркнула она. — Так что нет. Я абсолютно не наслаждаюсь этим.
— Жаль. Я надеялся, что нашёл тебе идеальный свадебный подарок, — признался он.
Она замерла на последней ступеньке, позволяя ему пройти вперёд. Даже стоя на две ступени выше, она всё равно оставалась ниже его ростом.
— Ты пытаешься запереть меня
— Питайя — это деликатес, — ответил он. — Она усиливает самые сокровенные желания раз в сто. Я подумал, что вам с Роуингтоном не помешает немного дополнительной страсти, раз уж никакого медового месяца вам не светит. Ни сейчас, ни когда-либо. Благодаря твоему участию в Охоте у нас прибавилось зрителей, готовых опустошить свои сундуки, и я хотел… поблагодарить.
— Ты ублюдок. Я думала, питайя — это просто вкус, — прошипела она.
Улыбка Нокса чуть натянулась.
— Я ведь пытался быть вежливым.
— Дьяволы вежливы только тогда, когда это им выгодно, — парировала она. — С редкими исключениями.
Вроде Салема. Хотя, если задуматься, даже за него её сестра заплатила — собственной смертностью.
— И что ты вообще знаешь о дьяволах? — мурлыкнул Нокс.
Она взглянула на него жёстко:
— Моя сестра живёт с одним из них. Его зовут Салемаэстр. Это имя тебе что-нибудь говорит?
При звуке полного имени Салема лицо Нокса побледнело, и губы Женевьевы изогнулись в торжествующей улыбке.
— Играй со мной в любые игры, — сказала она, — но когда я выберусь отсюда, тебе придётся иметь дело с Салемом. А он меня обожает.
Салем, конечно, никогда не говорил этого прямо, но Женевьева в этом не сомневалась.
— До меня доходили слухи, что Салемаэстр наконец вернулся из изгнания, — признал Нокс, сжав губы. — Для меня честь, что подруга Принца решила участвовать в моём состязании. Пусть не будет между нами недопонимания. Более того… Если ты победишь, я могу предложить тебе особую сделку.
Из её горла вырвался язвительный смешок:
— Я не та сестра Гримм, которая заключает сделки с дьяволами.
Прежде чем он успел ответить, она с лёгкой поступью сбежала по последним ступеням вниз и направилась к Эллин и Уэллсу, которые уже ждали в центре зала. Они молча кивнули ей, когда она встала рядом. Один за другим к ним присоединились Баррингтон и остальные братья и сёстры Роуина, образуя круг.
Женевьева покрутила кольцо на пальце, глядя в сторону, откуда должен был появиться Роуин.
Когда рядом начал закручиваться вихрь чернильной тьмы, она едва не выдохнула с облегчением. Но когда Роуин шагнул из тени, он даже не взглянул на неё.
Ровно в этот момент по залу разнёсся бой полуночи, и циферблат гигантских часов на стене начал медленно вращаться. Когда стрелка достигла золотой двенадцати, Женевьева почувствовала, как её тело налилось тяжестью, и знакомый холод охватил её изнутри.
Магия покинула её во второй раз.
Это означало только одно.
Охота началась.