Эра цепей

Гудой Антон

Когда же их, наконец, оставили в покое, “скоты” буквально набросились на варево. Дети, мужчины, женщины кинулись зачерпывать суп кто чем имел, вплоть до того, что некоторые, обжигая пальцы, забирались в ведра ладонями. Остальным же оставалось лишь шокированно смотреть на внезапно разразившийся пир голодными глазами. Но лишь до тех пор, пока Келеф во весь голос не позвал их:

— Чего сидим? Это на всех.

И люди кинулись к еде. Жадно глотали обжигающе горячий бульон, заедали овощами и припасенными на черный день сухарями. Впервые

юноша увидел, как даже “ублюдки”, что всегда держались в стороне, вдруг стали на радостях делиться с остальными своими запасами. Это был не день, когда можно прятать еду. Это был не день, когда нужно ее прятать. Сегодня, пусть и не от пуза, но наестся должны были все.

Келеф же, облюбовав уголок поудобнее, лишь наблюдал, улыбаясь под своей маской.

***

— И все-таки, что это? — с интересом спросил Заль, разглядывая почти законченный овал, сплетеный из гибких веток. — Уплыть на таком не выйдет, на парус тоже не тянет. Чего задумал, Келеф?

— А ты попробуй угадать, — улыбнулся в ответ тот, затыкая очередной конец под плетение. — Есть мысли?

Покрепче взявшись за внутреннюю часть, во вторую руку он взял топорик, встал во весь рост. Не умея как следует сражаться, он выставил самодельный щит вперед, встал в стойку, покручивая топор во второй руке.

— Хах! — усмехнулся Заль. — Ловко, ловко. А толку-то от него? Меч он не остановит, точно говорю.

— И не надо. Это только против стрел.

— Так и стрела пробьет. Может, не насквозь, конечно…

— Этого хватит.

Отложив в сторону щит, юноша стал думать, куда бы припрятать его так, чтобы ненароком не нашли до дня побега. Конечно, корней и пней вокруг было предостаточно, но иногда рабов заставляли счищать с них кору, если на вываривание краки не хватало материала.

— Кстати, старый.

Заль поднял на него взгляд, вытачивая очередной блок.

— Все спросить хотел, чего за крака такая?

— А, это… А ты помнишь, тебя когда сцапали, на тебе плащик был?

— Ну, — кивнул юноша, вспоминая, как ворвался в чей-то дом в поисках одежды. — Странноватый на ощупь был.

— Вот это крака и есть. От дождя спасает на ура, но не греет совершенно. Когда кору этих деревьев вываривают, а потом очищают осадок, получается крака.

— И откуда ты такой умный взялся? — улыбнулся Келеф.

— А только таких на такие корабли и сажают. Я вообще, сам-то… А, неважно.

Теперь юноше уже стало интересно. Задумавшись, он понял, что за все это время ни разу не спрашивал Заля о его прошлом, и это при том, что разговоров между ними было предостаточно.

— Ну рассказывай давай, раз уж начал.

— А ты расскажешь, чего ты ту деваху так не любил. Идет?

Келеф

усмехнулся, покачал головой. Сложная сделка, не из приятных. Но, в конце концов, в одной лодке сидели, надо друг другу доверять.

— Идет, хрен с тобой.

— Любопытный ты, сынок. Погубит тебя твое любопытство, как меня. Я всю жизнь проторчал в пыльных архивах, бумажки перебирал, переписывал.

— Так ты еще и грамотный? — удивился Келеф. — Догадывался, конечно, но все же.

— А то! Но, видишь, не особо грамотный. Не хватило мозгов не лезть в бумаги, которые специально убрали куда подальше. Твоя очередь.

Юноша, подбоченившись, тихо посмеялся. Любил этот старик заворачивать разговор так, чтобы один вопрос плавно превращался в другой. Оттого и было интересно вести с ним беседы, особенно учитывая спокойный, дружелюбный и местами даже по-детски задорный нрав Заля.

— Я ж был… Как бы сказать… Звездочетом.

— Помню. — кивнул Заль, почесывая длинную бороду.

— Но всем она занималась. Все не подпускала меня к нормальной работе.

— А чем же ты тогда в вашей башне занимался?

Келеф вздохнул, невольно сжал кулаки.

— Еду ей возил. Из города. И за псиной смотрел.

Их разговор прервал сигнал со стороны лесоповала. Один из рабочих махнул рукой, указывая на топь, откуда приближался человек из отряда “ублюдков”. Взяв щит и топор, Келеф поманил старика рукой, и вместе они побрели навстречу пришельцу. Тот, едва отдышавшись после долгой дороги, поднял руку:

— Привет, Собака… Шеф спрашивает… Фух… Шеф говорит, какой у нас план?

Глава 10: Эмансипатор, часть 1

Рано утром, еще перед тем, как всех погонят на работу, на корабле воцарилась странная, пугающая тишина. На короткий миг перед тем, как все запертые здесь рискнут своей жизнью в отчаянной попытке прорваться, добыть себе свободу, затих и ветер, и даже не прекращающийся неделями дождь. Но Заль знал — перед бурей мир всегда затихает, наступает давящая тишина, спокойствие в беспокойстве. Никто не спал.

— Нравится она тебе, — вдруг прошептал старик. — Как она… Люба?

— Это с чего бы? — шепнул в ответ Келеф.

Старик улыбнулся. Его окруженные ореолом прожитых лет глаза повидали достаточно, чтобы судить о том, что чувствует молодой, неопытный мальчишка.

— А какой еще дурак, кроме влюбленного, будет туда-сюда скакать, лишь бы девушка поела?

А дальше — снова тишина. Она продлилась недолго, но Келеф, которого старик застал врасплох, так и не нашел чем ее заполнить. В мыслях почему-то была та несчастная груша, и то, как загорелись глаза Любы под толстыми линзами очков, когда она ее увидела. Глубоко зимой, так далеко от солнечного юга найти в магазинах фрукты было той еще задачей, но он, как дурак, зачем-то нашел.