Эреб
Шрифт:
— Победа! — достигает его слуха чей-то тихий голос. Сарий оглядывается. Сражение окончено, но другим воинам Эреба еще есть чем заняться. Как и Финиэль, они потрошат мертвых скорпионов, разрубая их на мелкие кусочки, и у Сария внезапно появляется ощущение, что он чего-то не знает.
Услышав топот копыт, он догадывается, что им предстоит. В следующее мгновение появляется закованная в доспехи лошадь Вестника. Она мчится рысью, приближается. Всадник приветственно поднимает руку:
— Вы сделали доброе дело и получите награды. Думаю, надо
Поднимается вампир, который только что ковырялся в брюхе одного из скорпионов. Сарий старается не думать о том, что налипло на руки Дриззела.
— Ты хорошо сражался, хотя это и не самый твой выдающийся бой. Я даю тебе новый щит. Он тоже хороший, хоть и не самый выдающийся.
Дриззел липкими руками берет награду и забрасывает старый щит в один из коридоров лабиринта. Раздается звяканье.
— Финиэль.
Девчонка-эльф протискивается мимо Сария.
— Мне приятно видеть, что ты не ведаешь сомнений и берешь себе все, что хочешь. Поэтому тебе нужно поступить так же и с доспехами. Вот полсотни золотых монет. Выбери сама, что купить.
Сарию пришлось напрячь все самообладание, чтобы не ударить Финиэль мечом. Она его оттеснила, и ее за это награждают. Несправедливо!
— Сарий.
Он выдвигается вперед. Я был изумителен, давай, согласись же. Даже слишком хорош для несчастного второго уровня, признай это!
— Ты вышел из битвы невредимым. Мои поздравления. Впрочем, ты слишком поздно добрался сюда и не сумел самолично прикончить скорпиона. Тем не менее я хотел бы тебя наградить. Пусть твой талант целителя крепнет! Теперь у тебя будет больше силы, чтобы делиться ею с другими.
«Это всё», — шипит что-то внутри него. Это всё? Сарий недоверчиво смотрит на Вестника. Что это за награда, как такое вообще может быть? Когда он исцеляет кого-то, он вредит самому себе — а теперь будет вредить еще сильнее? Нет, он не станет больше применять эти дурацкие чары, он же не совсем спятил!
— Блэкспелл, — вызывает Вестник следующего воина.
Это вампир, которого он превозносит до небес и дарует ему меч, бордовый, как вино, просвечивающий насквозь меч. Сарий тоже был бы рад обзавестись такой игрушкой. Но он ведь только сегодня получил новое оружие. Ах да, и, конечно, этот чудесный дар исцеления. Вот уж нелепость.
Почему он, собственно, так разозлен? И на Нуракса, вервольфа, которому Вестник только что подарил пару сапог, добавляющих выносливости, и на Гротока, первого человека, которого Сарий встретил в Эребе, — тот получил какие-то свитки с письменами.
Следующего удостоенного награды Сарий знает, как и Нуракса. Это Дитя Арвен. Она слегка ранена; ей достается целебный напиток и десять золотых монет. Все это куда лучше, чем то фуфло, которое досталось ему.
— Гагнар! — выкрикивает Вестник.
Из-за убитых скорпионов выползает сильно израненное и потрепанное существо, похожее на ящерицу.
— Да, Гагнар, это было на грани. Если ты останешься здесь,
Гагнар безуспешно пробует выпрямиться. На его разорванной куртке, как и на пятнистой шапочке, Сарий совершенно отчетливо видит цифру I, словно оттиснутую на ткани. Он не может отвести глаз от Гагнара. Наконец-то нашелся хоть кто-то, разбирающийся во всем этом еще меньше, чем он сам.
Вестник усаживает человекоящера на лошадь.
— Вам позволено разжечь костер, — объявляет он и уносится прочь.
У Сария уже горит огонь — прежде чем кто-либо из остальных среагировал на слова Вестника. Дитя Арвен и Блэкспелл медленно приближаются. Остальные вернулись к тушам скорпионов и яростно потрошат их.
— Что они там все-таки ищут так усердно? — начинает разговор Сарий.
Блэкспелл молчит, но Дитя Арвен готова поделиться тем, что знает:
— Волшебные кристаллы, конечно.
— В дохлых скорпионах?
Сария словно по голове ударили. Он бы и сам стал искать их там, если бы вовремя сообразил. Теперь понятно, почему Дриззел и компания с таким усердием занимаются потрошением туш. Сарий с удовольствием бы к ним присоединился.
— Ты уже находила когда-нибудь такой кристалл? — спрашивает он собеседницу в обличье темного эльфа.
— Пока нет. Они и впрямь редко встречаются, а ведь это самое ценное, что здесь можно заполучить. Я видела однажды, как КровоПуск достал такой кристалл из туши громадного ядовитого паука. Он был голубого цвета. Впрочем, о том, что с ним сделал КровоПуск, я не имею ни малейшего понятия.
В задумчивости Сарий смотрит на взвивающиеся вверх языки пламени. Интересно, когда же зазвучала музыка? Он и не заметил, но сейчас она слышна и придает новые силы. Наверное, он мог бы прямо сейчас вступить в очередной бой. На этот раз Сарий не даст себя оттеснить какой-то там жалкой Финиэль!
— Ты знаешь, что именно можно сделать с кристаллами?
Дитя Арвен медлит с ответом.
— Говорят, они могут выполнить твои самые большие желания. Разве что мертвых к жизни не вернут. И во Внутренний Круг тоже не перенесут.
— А что это такое — Внутренний Круг? — уже нисколько не стесняясь своего неведения, спрашивает Сарий. Это все музыка, это благодаря ей он чувствует себя как король. Здесь ты — главный герой, остальные — всего лишь помощники.
Но ответа он не получает — в разговор вмешивается Блэкспелл:
— Сам выяснишь. Нам всем тоже так пришлось.
— Ладно-ладно. Это же был всего лишь вопрос.
Дриззел и Нуракс прекращают поиски, бросают туши скорпионов и направляются к костру.
— Могли бы хоть немного почиститься, вы грязные, как свиньи, — говорит Дитя Арвен и отодвигается.
Дриззел располагается слева от нее.
— Смотрите-ка, Сарий. А я думал, ты уже на том свете. Разве эти голубые великанши у реки не остудили твой пыл?
— Как видишь.
— Ну и что, яростная была схватка?