Эреб
Шрифт:
— Ты пришел, чтобы записаться?
— Да.
— Как твое имя?
— Сарий.
Он жадно вглядывается в список. Некоторые из имен ему знакомы: КровоПуск, Ксоху, Кескориан, Сапуджапу, Тирания. А вот Леланта, похоже, нет, как нет и никого из тех, с кем он встретился в лабиринте.
— С каким оружием ты собираешься выйти на арену?
— С мечом.
Солдат что-то помечает у себя в книге.
— Ты еще на втором уровне, как я вижу.
Сарий уже устал выслушивать одно и то же.
— Да. И что? Я только недавно в игре. Именно поэтому хочу участвовать в поединках.
В дальней части подвала, прямо под сводом, происходит какое-то движение. Рослый человек с длинными черными волосами поднимается со стула и теперь стоит так, что его освещает огонь камина.
— Если ты так спешишь наверстать упущенное, то приготовься к встрече со мной. Давай сразимся на дуэли.
Вид человека, бросившего ему вызов, производит на Сария странное впечатление: что-то в нем не то. Кого он напоминает? В конце концов вслед за охватывающим его трепетом мелькает догадка: этот неведомый воин выглядит точно так же, как будет выглядеть Ник Данмор лет через десять. Те же гладкие темные волосы, узкие глаза, ямочка на подбородке — именно его черты, только более зрелые, да еще щетина на подбородке. Воина зовут ЛордНик. Нет, это не может быть случайностью.
— Ну так что? Дуэль или нет?
— Если здесь разрешено…
Глупо, как глупо. Он не знает уровень ЛордНика. Что если тот находится на седьмом или восьмом уровне? Но, если он на, скажем, третьем, тогда у Сария, возможно, есть шансы. Он вспоминает о том, как расправился со скорпионом, и чувствует, как в глубине души нарастает уверенность.
— Дуэли в таверне дозволены, — поясняет солдат, который ради того, чтобы поглазеть на поединок, даже оставил без присмотра свой список. — Впрочем, нужно, чтобы более слабый вызвал на бой того, кто сильнее. В вашем случае это значит, что вызов должен исходить от Сария.
Сарий не уверен, хочется ли ему вообще сражаться. Прежде он бился только с монстрами, а не с другими участниками игры. С другой стороны, раз он намерен выступить на арене, ему не повредит, если он немного потренируется.
— Хорошо. Я вызываю ЛордНика на дуэль.
— Классно, малыш! — кричит его противник.
Хорошо ему веселиться, думает Сарий. Видит же, что я всего лишь на втором уровне. Он отступает от ЛордНика, который уже готовится нанести удар.
— Ради чего мы будем сражаться? Мне нравится твой волчий шлем, как насчет него? Я ставлю против него свой щит с тридцатью точками защиты.
— Шлемом я ни в коем случае не рискну.
Не рискну, даже если ты мне признаешься, кто ты и почему выглядишь так же, как я.
— Ну а что тогда?
Сарий ненадолго задумывается, припоминая, что у него имеется.
— Четыре золотых монеты.
— Что? Ради этого не стоит даже дергаться!
Фигура, до неприятного знакомая Сарию, вновь отворачивается к столу.
— Да, ладно, еще как стоит, — вмешивается солдат. — Любое выигранное сражение приносит опыт и прибавляет жизненную силу — вы не должны об этом забывать.
ЛордНик, уже почти занявший свое прежнее место, неожиданно останавливается.
— Ну ладно. Четыре золотые монеты.
Вставь
У Сария нет даже времени взглянуть на пояс, проверяя, сколько жизненной силы осталось. Ему остается лишь надеяться, что он выживет и после еще одного ранения. Он бросается на соперника и наносит ему один удар по шлему, другой — по бедру. Есть! На поясе ЛордНика уже появляется черное пятно.
Однако ликование Сария недолго. Его противник бьет так сильно, что Сарий выпускает щит из рук; тут же следует колющий удар мечом, он приходится в живот. Сарий падает наземь; звук раны, свербящий его мозг, раздирает голову, раздирает, раздирает…
— Остановитесь!
Чья-то тень разделяет их. Солдат.
— Сарий тяжело ранен. Пусть он решит, стоит ли сражаться дальше или он признает себя побежденным.
Тут нечего и решать. Сарий едва может подняться на ноги. Звук, пронзающий голову, напоминает визг циркулярной пилы. Он бы и рад его выключить, но не решается, ведь, может быть, он пропустит тогда что-нибудь важное. Некое указание, предостережение.
— Я сдаюсь.
Ликующий ЛордНик вырастает над ним:
— Тогда вываливай четыре золотых.
Сарий открывает котомку, намеренно стараясь не делать ни одного движения, которое причинило бы лишнюю боль, и отдает требуемую сумму. Теперь у него остается всего три монеты. Надо быстро перевести в деньги те вещицы, которые он отнял у расхитителей гробниц, — при условии, что у него вообще хватит на это сил. Уцелевшая полоска красного цвета на его поясе до обидного мала.
Он смотрит в сторону, где в сумраке прячутся несколько столов и стульев. ЛордНик удаляется туда, а навстречу Сарию плавно поднимается еще одна фигура. Под капюшоном, скрывающим лицо, он замечает хорошо знакомые желтые глаза.
— Урок первый, — начинает лекцию Вестник. — Не вызывай на поединок противника, о котором вообще ничего не знаешь. Держись тех, кого тебе уже доводилось видеть в бою.
Он опускается на колени рядом с Сарием и кладет ему руку на голову. Пронзительный звук боли становится немного тише.
— Урок второй: сражайся только за что-то стоящее. Четыре золотые монеты — жалкая плата. А теперь вставай.
Вестник протягивает ему костлявую руку. Глядя на худые пальцы, Сарий внезапно вспоминает ноги скорпиона, но все равно принимает помощь.
— Надо кое-что обсудить. Пойдем.
Вестник уводит его в небольшую соседнюю комнату, посредине которой стоит круглый стол, а на нем горит одна-единственная свеча. Они садятся.
— Тебе снова нужно подлечиться, — говорит Вестник. — Ты еще помнишь правила Эреба? Здесь у тебя всего одна жизнь, одна-единственная. Я вижу, ты не особенно это ценишь.
Сарий не находит подходящего ответа и молчит. Похоже, отнюдь не легко угодить Вестнику: он ругает и тех, которые берегут себя, и тех, кто готов пойти на все.