Эрминиды
Шрифт:
Впрочем, как только последний человек выбежал за порог, крысы тоже исчезли. Зато к стропилам взметнулась целая стая летучих мышей. Человек запрокинул голову, безуспешно пытаясь уследить за беспорядочно мечущимися бестиями. Но вдруг нетопырей тоже не стало. Зато посреди залы взвыл угольно-чёрный волк. Хозяин, скорчившийся в три погибели, чуть не сыграл в ящик от страха. И тут всё закончилось. Зверь исчез. Опустевшую таверну заполнила тишина… и синий туман, стелящийся по полу. Впрочем, он почти тотчас же развеялся, вытек в двери и окна.
— Н-ну вот, — попытался придать своему
— Я бы посоветовал вам предъявить счёт клану Вампиров, — невозмутимо отозвался вставший, наконец, из-за стола магистр некромантии. Ему в жизни доводилось видать и не такое. — Сдаётся мне, у них теперь новый глава.
— А? — удивлённо переспросил толстяк.
Но маг в сером плаще уже скрылся за дверью. Новость была животрепещущая, и магистру не терпелось сообщить её главе гильдии — Мортимеру Белоголовому.
— Расстроится старик, — пробормотал некромант сквозь зубы. — Это ж сколько лет…
***
— Слушаю вас, госпожа Тэлла, — на непроницаемом лице секретаря не отразилось ни удивления, ни волнения.
— Генрих! У меня просто ужасные новости для тебя! Эйзенхиэль, он… он…
Вампирка в голографической сфере очень натурально заламывала руки.
— Я в курсе, госпожа Тэлла, — ни один мускул не дрогнул у господина Зальца. — Я скорблю вместе с вами.
— А как же малышка? Что теперь будет с ней? Генрих, я сейчас приеду и…
— Боюсь, это невозможно, — с тем же непроницаемым видом ответил секретарь. — Замок Элизобарра погружён в защитное поле и отрезан от внешнего мира.
— Что-о-о?
— Таковы были распоряжения князя на случай его внезапной смерти или исчезновения.
— Эйзенхиэль… оставил…распоряжения… на случай смерти? Не может быть! Как он мог предвидеть, что…
— Не могу знать, — бесстрастно сообщил Генрих. — Однако в замок теперь может войти только глава клана.
— Но он мёртв!
— Новый глава клана, — Тэлла замерла с таким видом, как будто мысль о существовании у Эйзенхиэля преемника только что пришла ей в голову. — Курирующий молодого Элизобарру лорд-вампир уже извещён, — сухо сказал душеприказчик покойного князя прежде, чем вампирка успела что-либо возразить.
— Э? У Влада есть куратор? И кто же это?
— Если вы не в курсе, госпожа Тэлла, значит ваш уровень допуска недостаточно высок, — о невозмутимость господина Зальца могли бы разбиваться штормовые волны. — Я не имею полномочий разглашать эту информацию.
Вампирка прошипела что-то себе под нос и оборвала сеанс связи. Как только магическая сфера погасла, стоявший перед ней человек разительно преобразился. Только что безукоризненно подтянутый Генрих Зальц выглядел старым, уставшим… и очень несчастным.
***
Подвесной мост был поднят. И тем не менее, угрюмый наёмник с необычно длинными для этой братии волосами постучал в дверь, которую открыла сама леди Тандер. Лично.
Вот уже три дня, как хозяйка Грозового Пика выгнала всех слуг, не желая позволять им лицезреть рыдающую госпожу. И она всё ещё была слишком расстроена, чтобы использовать магию.
— Заходи, —
Не дожидаясь приглашения, гость опустился в кресло, стоявшее посреди гостиной. Хозяйка уселась напротив. Оба долго молчали. Развивший наблюдательность вольнонаёмный чародей отметил, что глаза вампирки краснее обычного. Но несмотря на это он сказал:
— Вы нисколько не изменились за эти годы, миледи.
Леди Тандер скривила губы и отвернулась.
— Ты пришёл поговорить об отце?
Влад неопределённо повёл плечами. Он и сам не очень хорошо понимал, зачем пришёл.
— Он очень любил тебя, — сказала вдруг Лайта. — Не знаю, говорил ли тебе об этом. Но это так. И… — она замолчала, осознав, что снова готова расплакаться.
— Я знаю, — ответил бывший господин Хашшем. — И… я сожалею, что мы расстались так… холодно. И… — он снова надолго замолчал, а потом начал совсем о другом. — Я никогда всерьёз не думал, что стану главой клана.
— Почему?
— Отец пытался меня чему-то учить, но я пропускал всё это мимо ушей… — казалось, молодой вампир обращался не к собеседнице. Она, скорее, была лишь формальным поводом для излияний. — Я не мог представить себе, что переживу его. Он… всегда был так предусмотрителен. Осторожен. Расчётлив. На любую неожиданность у него было заготовлено несколько вариантов решений проблемы. А я… я понятия не имею, как управлять кланом.
— Признать это — уже большое достижение, — задумчиво сказала леди Тандер. — Так тебе нужен мой совет… правильно я понимаю?
— Нет. Совет мне не нужен.
— Что же тогда?
— Совет мне не поможет. Мне нужна советница. Какой вы были для моего отца.
Леди вампир едва заметно вздрогнула.
— Однако… это очень самонадеянное предложение, — медленно сказала она. — С какой стати мне делать это для тебя?
— А с какой стати вы делали это для него?
— Эйзенхиэль… был мне очень дорог.
— У вас был роман? — осведомился Влад с вялым любопытством.
— Это не твоё дело, — холодно заметила Лайта. — Но… нет. Он вырос в моём доме. И был мне как сын. Я многому научила его… и он это ценил. Все эти свои преобразования, которые расширили влияние клана, укрепили его позиции, были разработаны задолго до того, как Эйзенхиэль стал главой клана. И это я посоветовала твоему деду назначить преемником младшего сына, а не твоего дядю Артура. А вот у него выбора не было…
— Я не очень нравлюсь вам, миледи, — произнёс Влад, констатируя очевидное.
— Не нравишься — мягко сказано, — наморщила хорошенький носик Лайта. — Я никогда не понимала, как князь Элизобарра может не только любить тебя (увы, сентиментальные чувства всегда были в нём очень сильны), но и гордиться таким сыном.
Молодой вампир никак не отреагировал на выпад в свою сторону.
— А теперь, если вы откажетесь быть моей советницей, я всё угроблю, — проникновенно пообещал он. — Всё, чего с таким трудом достигли мой отец и вы: мощь и влияние клана, его репутация — всё пойдёт прахом. Более того, когда это произойдёт, кто поручится за вашу безопасность?