Эртэ
Шрифт:
Но Далв словно не замечает всех этих странностей. Он радостно тянется к женщине.
— Обернись, Далв! Обернись ко мне… — несётся отчаянный, толи женский, толи кошачий визг, да такой громкий, что от неожиданности мальчик вздрагивает и оборачивается, выпустив из своих объятий женщину- монстра, в которую летит камень — голыш, пущенный доктором.
И вовремя! Мужчина-скелет, оскалившись в страшной улыбке, подался в сторону мальчика, что-бы схватить его, неловко запрокинул свою костлявую ногу и, не удержавшись, с жутким грохотом упал на женщину-монстра, при этом, почти чудом не задев увернувшегося от них в сторону Далва. Но Далв всё-же неловок. Споткнувшись,
— Держись, Далв! — кричит доктор, и толкает с силой от себя то, что напоминает ему анатомический скелет, обряженный в трухлявые одежды, неожиданно возникший перед ним.
Гремят кости, летят в разные стороны обрывки истлевшей одежды, в воздух поднимается столб пыли, вокруг разносится такой жуткий смрад, что хочется сильнее заткнуть нос и скорее бежать от этого места. Подскочив к Далву, доктор почти выдергивает его из кучи костей, гниющего мяса, ползающих по земле червей опарыша, и трухлявой одежды, отдающей замогильной сыростью.
Плачущий Далв дрожит и испуганно жмётся к доктору. А тот, обхватив ребёнка за плечи, тащит его за собой, стараясь быстрее уйти от страшного места, и увлекая мальчика вглубь лабиринта таинственной пещеры, переходит на стремительный бег.
Они бежали долго. Когда доктор, наконец, останавливается, Далв успевает выплакать все свои слёзы, что накопились по — видимому, с того самого дня, когда он плакал перед доктором в последний раз у реки…
Шмыгнув напоследок носом, Далв насторожённо смотрит на доктора Апреля, но тот, пожав плечами, говорит просто:
— А ты храбрец! Обниматься с монстром даже я, взрослый, не решился бы…
Заплаканные глаза мальчугана тотчас просияли, но тут-же вновь наполнились слезами:
— Я думал… я думал, что это моя мама и…и мой отец…
Широкая ладонь доктора ложится на голову ребёнка. Пригладив ребёнку растрепанные волосы, доктор с грустью произносит:
— Это ловушка! Здесь нет твоих родителей. Жаль, но мы… немного ошиблись…
Да! Он не мастер успокаивать детей! Даже со Славкой он разговаривает как со взрослым. Интересно, где та чудная красотка, что визжала пять минут назад истошным голосом? Это женское дело успокаивать детей, а она бродит неизвестно где. Сбежала? Всё возможно! Кошка всегда гуляет сама по себе! Хотя, с чего он так кипятится? Какая она кошка! Обычная женщина, слегка похожая на кошку. Мало ли людей на земле, напоминают животных. Она помогла и была такова! Следует признать, что если — бы не эта женщина с удивительным чутьём и своей, поистине кошачьей недоверчивостью, что сталось бы с Далвом, который иногда так напоминает о детстве, о сыне Славке…
— Укус, или поцелуй монстра, вещь, весьма пренеприятная… Человек слишком беспечное существо, поэтому, впредь попрошу не делать таких скоропалительных выводов о других, и не надеяться, что в нашем путешествии можно за счёт других спокойно отбрыкаться, и отлежаться на домашнем диване. Быть может, трудности только начинаются, и каждый шаг для вас может оказаться, увы, последним…
Женщина-кот, собственной персоной! Она похожа на строгую учительницу начальных классов, а доктор и Далв смахивают на двух провинившихся учеников. За огромными очками — фарами неистовым фосфорическим огнём горят её глаза, невероятно бездонные в своей желто-зелёной пучине, и слишком строгие.
Отправив резким движением на нос-пуговку огромные очки, женщина-кот заявляет скрипучим, и малоприятным голосом:
— Па-апрошу, впредь не отпускать от себя ребёнка ни на шаг…Иначе, вы рискуете провалить всё дело…
Она права,
— Впредь этого не повторится! — пробормотал он, покосившись на мальчика, а затем на женщину. — Каюсь, виноват…
Какая сосредоточенность в лице женщины и мальчика! Просто торжественная линейка в школе! Как странно видеть одинаковое выражение лица в этих двух совершенно чужих друг другу людях. Кто они? Единомышленники? Едва ли! Тогда зачем, для чего они все трое тут, и вместе? Что их связывает? Марина? При чём здесь она? Или их всех притягивает гора? Таинственная гора Ос… Кажется, от изобилия нерешённых вопросов начинает болеть голова. Лучше не думать. Проще наблюдать и ждать, вернее, действовать, не думая, куда кривая выведет…
Значит так! Вот Далв, сосредоточенно уставившись себе под ноги, старательно обходит камни, словно боясь споткнуться и упасть. Вот женщина, что бредёт устало рядом, она тоже думает какую-то думу, отчего её маленький носик так забавно подрагивает, что поневоле на её красивом личике начинают мерещиться длинные кошачьи усы. Что за чушь, при чем здесь усы? Что из того, что женщина похожа на кошку, красивую, умную… и даже слишком умную. Бр-р-рр, опять бред какой-то…
— Когда вы доктор будете дарить меня Магу, не забудьте, пожалуйста, вырвать у меня три волоска. Зачем? — как-бы безучастно переспрашивает женщина, хотя едва ли нужен вопрос, на который тут-же звучит ответ: — А для того, что-бы вернуться…
Какой грустью наполнены её последние слова, от которых в странную пустоту погружается сердце доктора. Словно чья-то железная рука, самым бессовестным образом вторглась в его нутро и вынула его мятежную душу. Значит ли, что ему опять нести потери?
— Доктор, вы изменились в лице! Вам страшно? — женщина — кот прекрасна, мила и трогательна в своей заботе о его самочувствии. — Но позвольте заметить, милейший, всё это ни к чему, и свои эмоции следует держать на привязи…
— Как вас зовут? Для чего вы здесь? Вы, скажете мне это, наконец? — грубовато перебивает её доктор, не обращая внимания на удивленно взметнувшиеся брови — ниточки странной женщины.
— Вам это совсем ни к чему! — отвечает женщина после некоторого молчания. — Мы расстанемся здесь, всё идёт к тому. Не переживайте. Всё произойдёт как в сказке. Я останусь Магу, ну а вы добудете коня. Он должен доставить вас в Царство вечного холода. Сейчас… — подняла она руку, предупреждая новый вопрос. — Сейчас для вас наступает самая благоприятная пора. Старик Лес поручил мне привести вас сюда, в пещеру, что и требовалось сделать. Оглянитесь, уважаемый доктор! Не смотрите, что пещера пуста, мы находимся в самом центре хранилища сказок, преданий, легенд и вымыслов, в основе которых всегда была и будет главной любовь и человеческая мысль, наделённая силой, способная сдвигать горы, переноситься во времени и пространстве в любое направление, хоть вперёд, хоть назад…
— А в будущее? — подал тонкий голосок Далв, и женщина — кот ласково улыбнувшись, ответила:- В будущее мы тоже можем попасть, хотя для кого оно будет считаться будущим, мой мальчик, а для кого и далёким прошлым…
Женщина погладила малыша по голове, и доктор с удивлением подумал, что этот момент он уже где-то мог видеть. И умиление женщины от избытка нежности к ребёнку, и тревогу в её глазах, черных и блестящих, толи от набежавшей слезы, толи от того трепетного чувства, которое и является обычной материнской любовью…