Эсхил
Шрифт:
– Закрывайте, - приказал Мейсон.
Дверь закрылась и послышался звук включения газовой сварки.
3
Они смущенно смотрели друг на друга.
– Полагаю, теперь мы вместе. Нравится нам это или нет, - первым заговорил ЭйДжей.
Гидеон поднялся на ноги и вытянулся. Он выглядел гораздо лучше, эффект от действия лекарств Мелвина начинал проходить. Вытянувшийся во весь рост, он был гораздо выше обоих своих новых друзей.
– Вы кто такие? И что я тут делаю? Вы знаете, что этот мудак снаружи меня
– сказал он, оглядываясь, словно, ожидал, что из-под стола, вдруг, вылезет адвокат.
– Возможности познакомиться раньше не было, док. Я ЭйДжей Трентон. Это мой друг, Генри Джонс. С нами был ещё один человек, девушка. Мы здесь для... консультаций, если можно так выразиться.
– Рад знакомству.
– Как вы себя чувствуете?
Мужчина пожал плечами под великоватым для него оранжевым плащом.
– Не считая того, что вернулся сюда? Как нам отсюда выбираться?
ЭйДжей посмотрел на доктора, затем на своего друга. Если Голландец и был напуган, то он это тщательно скрывал. Произошедшее пока ещё не выглядело реальным, наверное, потому, что всё случилось слишком быстро.
– Ну, когда-то здесь всё работало. Полагаю, сможет заработать снова. Как вы тут выжили?
Мужчина хихикнул. Странно было слышать подобные звуки от взрослого человека.
– Здесь было, что пить, если вы об этом.
– Уже нет, - подал голос Голландец. Он уже осмотрел холодильник и шкафы.
– Ни одной бутылки.
Гидеон заглянул ему через плечо и его лицо побледнело. ЭйДжей решил, что он был на грани истерики.
– Должно быть, они всё вынесли. Не думаю, что решение запереть нас здесь было спонтанным. Они ко всему подготовились заранее.
– Думаешь, это правда, насчет Кейт?
– спросил Голландец.
– Не знаю. Выстрелов я не слышал.
– Ты даже лодку не услышал.
– Но ты-то должен был.
Голландец присел на стол.
– Слышал, но выстрелов не было.
– Её, наверное, бросили там.
– Или утопили. У них было полно времени, чтобы и нас пустить на дно, что уж говорить о ней?
Гидеон начал ходить взад-вперед, теребя ладонями волосы.
– Ладно, ладно. Хорошо. Выстрелов не было. Не было! Но мы-то здесь заперты. И на этот раз, всерьез. Никакого стула. Вы можете собрать резак? Если нет, то через неделю мы начнем жрать трупы друг друга.
ЭйДжей чуть не рассмеялся. Этот парень, определенно, съехал с катушек, но чувства юмора не утратил.
– А вы можете собрать резак?
– Я? Нет, конечно. Я биолог, господи.
– Уверен, Брубейкер на это и рассчитывал.
– Брубейкер?
– Тот мудак, что вас ударил, - пояснил Голландец.
– Ох.
ЭйДжей принялся осматривать помещение. Он изо всех сил пытался вспомнить каждую деталь. Он не входил в команду инженеров, но отлично знал чертежи. Знать, что здесь и как, было частью его работы. "Именно, кухня, почему-то". Она не входила в список помещений повышенной опасности.
– Док, - сказал Голландец.
– Может, вам успокоиться и рассказать, что здесь произошло?
– В смысле?
– Ну, не знаю, заметили вы или нет, но снаружи
– Она быстро растет.
– Мы заметили, - сказал ЭйДжей. Он стоял в углу напротив огромной промышленной печи. Она должна была давать хороший жар, поэтому система вентиляции должна...
– Её стало больше, с тех пор, как я последний раз выходил, - сказал Гидеон.
– Когда началась стрельба, я ожидал... я не знаю, чего я ожидал. Наверное, отряды химзащиты и карантин. Нужно было догадаться, что "Вэлли Ойл" решит тут прибраться.
– С настойчивым упорством, - согласился ЭйДжей. Он принялся отодвигать плиту от стены. Она была тяжелой, но оказалась снабжена колёсиками.
– Голландец, есть монетка?
Тот протянул ему чилийский десятицентовик и продолжил осматривать дверь. Судя по всему, безрезультатно.
– Чего я не пойму, так это, почему они нас просто не застрелили. Ну, раз, решили убить, - продолжал Гидеон.
ЭйДжей опустился на колени и принялся осматривать пол под плитой. Он нашел винты, которые искал и принялся откручивать их монетой.
– Потому что не могли. Рано или поздно здесь появится и химзащита и карантин. Если в наших телах найдут пули, возникнет много вопросов. Мейсон был прав. Расстрелять нас было бы проще, но он печётся о репутации "Блэк шэдоу". После Багдада, частным военным компаниям и так не очень доверяют, когда идет речь о трупах. Можете представить, что начнется, когда это случится с дочерью вице-президента.
– Что? С кем?
– спросил Гидеон.
– С девушкой, - пояснил Голландец.
– Они станут отрицать, что мы имели какое-то отношение к расследованию. Объявят, что мы отправились сюда по своей воле.
– Бессмыслица какая-то.
Голландец помотал головой.
– Он прав. Без твёрдых улик, доказать обратное не выйдет. Наш контракт они уничтожат в момент.
ЭйДжей поднял лист металла и отбросил его в сторону, вызвав грохот. Все обернулись. Он посмотрел на них.
– Есть плохие новости и ужасные.
– Рассказывай.
– Я нашел главный вентиляционный туннель. Он начинается здесь, в стене и идет вниз, - говорил он, указывая пальцем.
– В общем-то, это хорошая новость, потому что он выходит наружу. Плохая новость в том, что он слишком узкий и нам придется очень постараться, чтобы через него выбраться.
– А ужасная новость?
– Он выходит на высоте в 50 футов над водой. У меня веревки нет, а у вас?
– А что с окнами? Может, через них попробовать?
– Стекло противоударное. Его даже кувалдой не разбить.
– Я в курсе, я пробовал, - сказал Гидеон.
– Не кувалдой, конечно.
Голландец выдохнул.
– Ну, значит, остается ждать.
ЭйДжей посмотрел на него.
– Не знаю, как ты, но я не уверен, что правительство начнет действовать в ближайшие пару дней. Если "Шэдоу" удастся скрывать случившееся, к этому времени мы уже будем мертвы. Уверен, они решили именно так. К тому же, ты слышал, что доктор Грей говорил о скорости роста этой хрени. И я не хочу сидеть и ждать, пока она поглотит тут всё.