Эсхил

Баркли Дэвид

5

– Давай!
– кричал Гидеон.
– Стреляй!

Он кричал и смеялся. Хохотал, пока его рвали на части.

Голландец не мог знать, что принес Гидеон, нормальный бензин или выдохшуюся жижу. Если последнее, то им конец.

Не угадал.

Из ствола вылетел красный шарик и попал Гидеону в ногу, всё загорелось ещё до касания. Мгновенно вырос оранжевый шар, расползаясь по земле.

Мейсон спрыгнул с палубы судна и толкнул Мелвина в сторону, подальше от огня. Кристиану повезло меньше. Он находился ближе и мгновенно исчез в огне. Он поднялся и горящей колонной

направился к выходу, размахивая руками, словно во второсортном фильме.

Рядом на полу полыхал Гидеон. Он молчал и Голландец понял, что он мертв. Бедняга.

Он сорвался с места и побежал следом за Кристианом. Здоровяк добрался до берега и упал в воду, издав противное шипение. Позже, Голландец спросил себя, почему он пробежал мимо и не добил беспомощного солдата, но это было очевидно. Генри Джонсу, снайперу и специалисту по безопасности, было страшно. От страха он потерял голову, к тому же, был ранен. Между ребер, там, куда попал нож, текла кровь. Нужно было найти подмогу и чем быстрее, тем лучше.

Позади него Мейсон скидывал одежду, сдирая вместе с ней обгоревшую кожу. Он хотел, было, броситься следом, но поврежденная нога, наконец, дала о себе знать. Он зарычал от гнева, в бессильной злобе наблюдая за убегавшим Голландцем.

Голландец, в свою очередь, не оглядывался. Он бежал, объятый страхом и отчаянием.

"Как? Ну, как они выжили?"

Ответ пришел сам собой. Они изменились, их кожа почернела, а разум свихнулся. Теперь они ни перед чем не остановятся.

Он бежал по пляжу в сторону крепости и, когда он посмотрел на небо, то увидел, что солнце, наконец, скрылось за горизонтом.

Глава 20: Экстренная связь с богом

 Остров. Февраль 1939 года.

1

У входа в лабораторию Доминик наблюдал, как садилось его солнце. По всей базе зажглись огни, озаряя окрестности бледно-желтым светом. Несмотря на всё произошедшее, исчезновение Криге, гибель Циммера, указания коммандера оставались четкими.

И это означало скорое его появление.

Рихтер оказался так впечатлен их прогрессом, что захотел лично присутствовать при испытаниях. И он будет присутствовать, но не в той роли, какую уготовил себе сам. Доминику удалось уговорить отложить всё до вечера - лучшее, что он смог сделать. Наступление полярной ночи совпало с последним днем перед началом Великого поста, и гарнизон посчитал это достаточным поводом устроить попойку. Следующие несколько часов почти все будут находиться в офицерском бункере, где примутся неистово напиваться, а сам Рихтер окажется в лаборатории. Слишком идеально, чтобы быть правдой.

Остальные пленники будут ждать его прибытия в подвале.

– Мы на месте, - произнес Ари.

Этторе поднял бровь.

– Это вы. Хорошо.

Доминик и представить не мог, что этот человек может так нервничать. Вовлекать его в их дело было рискованно, но они с Ари решили, что риск этот оправдан. Считая Люсию, их было четверо. Четыре человека, готовых на насилие ради спасения. Не предупредили только Томаса Фреке. Фреке боялся не сильнее остальных, но он был трусом, а трусы, зачастую, бывают непредсказуемы. Когда придет время, он может встать рядом с ними... а может и не встать. Доминик следил, как тот стоял в углу и изучал диаграммы и решил, что, вероятнее всего, первое.

Этторе наклонился

в сторону и передал ему флакон.

– Хлороформ, который вы просили.

Доминик кивнул.

Его пришлось изготовить самим, из краденого ацетона, этанола и отбеливателя. Эту смесь использовали врачи по всему миру, поэтому риск был минимален.

– Готовы?

Этторе кивнул.

– Уверен, смесь сработает. Правда, я никогда прежде не видел, чтобы её применяли на людях. Только на собаках и свиньях.

– Он и есть свинья, - вставил Ари.

Доминик взял флакон и открутил крышку.

– Справимся. Никаких сомнений.

– Здесь будет не так, как на судне. Рихтер - убийца. Ты осознаешь это, Дом?

– Осознаю. В каком-то смысле, будет, даже, проще. Уравнивает. В этот раз всё будет по-настоящему, Ари. Мы делаем это ради тебя, ради меня, ради Люсии.

Мысли о дочери не покидали его, и Доминик склонился в молчаливой молитве за её спасение. Вскоре она в одиночку отправится к гаражам, чтобы саботировать любые попытки вывести технику. Он хотел, чтобы Ари пошел с ней, но появление у машин взрослого мужчины сразу вызовет подозрения. Ей придется идти одной.

Днем ранее они решили, что именно Этторе будет держать шинель. Рихтер неотрывно следил за Ари и Домиником, но их коллегу, почему-то, обходил вниманием. После непродолжительного спора, вняв логическим доводам, Этторе согласился. И теперь, он единственный из всех, стоял и потел.

Их план мог провалиться на любом этапе. Поисковые отряды до сих пор не нашли никаких признаков доктора Криге. Никто не знал, где он и какую представлял опасность. Его поиски внесли неразбериху в расписание смены караулов, теперь они сменялись совершенно хаотично. Что же касается коммандера... что если он явится в сопровождении солдат?

"Глупости" - подумал Доминик. Рихтер слишком горд, чтобы пользоваться услугами телохранителей.

Наверху заскрипела, открываясь, дверь и все четверо замерли. Доминик вслушивался в шаги, силясь понять, кто же идет. Вскоре он осознал, что слышит только одну пару сапог. Он повернулся к двери и увидел входящего коммандера и сердце его забилось с невиданной скоростью. "Повезло - мелькнула мысль.
– Удача на нашей стороне!"

Рихтер ступил в лабораторию, словно, делал собравшимся небывалое одолжение.

– Ну - начал он, глядя прямо на Доминика.
– Поведайте же о результатах, господин Камински. Расскажите, что же такого вы открыли.

Со лба Доминика упала капля пота и повисла на губе. Он сильно нервничал, но, всё же, собрался с силами и спокойно произнес:

– Как вы могли уже слышать, господин коммандер, всё дело в формальдегиде. При комнатной температуре это газ, но в жидком виде или в виде пара, он весьма эффективен против наших объектов.

– Продолжайте.

– Нам известно, что объекты представляют из себя набор признаков, свойственных самым различным видам, но их ядро, их основа, определенно, грибковая. Индивидуальные черты прослеживаются у множества других видов. А формальдегид, как известно, это отличный фунгицид, особенно против черной плесени. Мы обнаружили у этих растений несколько схожих характеристик, именно с черной плесенью. Химическая реакция разрушает клетки, но не уничтожает всю структуру и не вынуждает их выбрасывать споры. При попадании, споры, сами по себе, быстро увядают и гибнут. Полагаю, мы нашли... нашли именно то, что вам нужно.