Если любишь...
Шрифт:
— Кэтлин, я не могу пойти против своих убеждений.
— Конечно, легко выступать перед публикой и дурачить ее, не так ли? «Эй, платите ваши денежки, а я дам вам универсальное средство! Верьте в себя и сами добивайтесь своей мечты!» Но когда дело доходит до того, что надо приложить усилия и помочь конкретному человеку, вы предпочитаете не связываться. Я права?
Максу стало как-то не по себе. Права ли она? Неужели все то, что я делаю на семинарах, — просто некое шоу? Я-то всегда считал, что, вдохновляя людей, потерявших надежду, помогаю
— Позвольте мне некоторое время подумать об этом.
Кэтлин глубоко вздохнула. Он подумает, а потом скажет «нет». Кэтлин приказала себе не расстраиваться, но в глубине души, конечно, огорчилась. На несколько минут она позволила себе поверить Максу, его разглагольствованиям о мечтах. И вот что из этого вышло. Глупо.
— Ладно, можете погружаться в размышления, а Фрэнки нужны свежий воздух и солнце. Я пойду погуляю с ним. — Кэтлин улыбнулась. — Очко в мою пользу. Я занесу его в таблицу.
— Я пойду с вами. — После разговоров с Кэтлин Макс уже не думал, что она способна украсть Фрэнки, однако годы, проведенные в приюте, приучили его никому полностью не доверять. — Но сначала я просмотрю свои регистрационные журналы, попытаюсь найти адрес Лидии. А потом сделаю несколько звонков, вдруг удастся отыскать ее. — Макс помолчал, потом добавил почти радостно: — Очко в мою пользу.
Кэтлин подумала, что в данной ситуации каждое очко имеет большой вес, поэтому выложила то, что ей уже было известно:
— Вчера вечером я выяснила в супермаркете, где работала Лидия, что она уволилась в четверг, а управляющий в ее доме сообщил мне, что она уехала в отпуск.
— Тогда она вернется. — Макс удивленно вскинул брови. — А почему вы мне раньше этого не сказали?
Кэтлин улыбнулась и показала два пальца.
— Чтобы заработать два очка за работу детектива.
Вот так они и соревновались с переменным успехом до обеда. Как только Кэтлин делала что-то полезное для Фрэнки, Макс тоже немедленно предлагал что-нибудь, и наоборот. При этом оба зарабатывали очки.
В то время, что они проводили вместе, втроем, Макс пытался как-то дистанцироваться от Кэтлин и Фрэнки, но у него плохо получалось. Он убедил себя, что будет рад, если частный детектив, которому он позвонил, отыщет Лидию в течение часа, но стоило ему увидеть, как Кэтлин учит Фрэнки ползать, как он тут же поймал себя на том, что буквально заворожен этим зрелищем. Попытался просмотреть свои записи к предстоящему семинару, но Фрэнки с плачем стал тянуть к нему ручонки, и сердце Макса растаяло. А стоило ему принять решение все же не помогать Кэтлин, как тут же в голове засела мысль о ее будущем ребенке, который будет расти без отца, потому что он, Макс, не взялся помочь ей изменить жизнь.
А еще Макс напомнил себе, что ни в коем случае не следует привязываться к Кэтлин и к Фрэнки. Общение с ними для него просто работа, которую он вынужден выполнять между семинарами. А временная работа не может длиться вечно. Макс вообще не
— Ладно, будем считать, что я заглотнул наживку, — заявил Макс, возвращаясь в гостиную, где Кэтлин возилась с Фрэнки. — Сейчас мне нужно ехать на семинар, но прямо завтра мы с вами начнем работать над осуществлением вашей мечты.
Кэтлин как раз закончила менять Фрэнки подгузники и взяла мальчика на руки. Когда она подняла взгляд на Макса, у нее буквально отвисла челюсть. Ее поразило не только его заявление, но и внешний вид. Дорогой, хорошо сшитый темно-синий костюм прекрасно гармонировал с голубыми глазами и с темными волосами. Если в обычной одежде он был симпатичным, то в этом костюме — просто великолепным. Великолепным и — конечно, надо признать — сексуальным.
— Вы намерены помочь мне осуществить мою мечту именно так, как я представляю? — После утреннего разговора они избегали этой темы, и Кэтлин уже думала, что на ней поставлен крест. — У меня будет ребенок, я смогу продолжать работать, но буду жить одна, без отца ребенка. Так, да?
О Господи, досадливо подумал Макс, ей непременно надо было добавить про отца! Теперь придется лукавить, потому что я и не собирался позволить ей предать отца ребенка забвению.
— Я намерен доказать вам, что я не шарлатан, — осторожно промолвил он. — И меня по-настоящему заботит ваша судьба.
Его заботит моя судьба. Неотрывно глядя на Макса, Кэтлин, желая себе удачи, как бы на счастье, поцеловала Фрэнки в макушку.
— Я сомневаюсь, что вы сможете сделать что-то лучше, чем я сама, но, если вы и вправду поможете мне, буду вам бесконечно благодарна.
— Достаточно будет выступить в моей рекламе.
— Не спешите отвергать мою благодарность.
— Значит, будем работать вместе. — Покинув гостиную, Макс прошел в свой кабинет, уложил кое-какие бумаги в портфель, защелкнул замки, обернулся и увидел, что Кэтлин с Фрэнки на руках стоит в дверях кабинета. — Только помните одну вещь, — предупредил он.
Кэтлин ждала, вопросительно глядя на Макса.
— На мою непосредственную помощь, как мужчины, не рассчитывайте.
— Разумеется. Вы уже совершенно четко дали мне это понять.
Почему я соглашаюсь принять его помощь, когда совсем не верю, что он сумеет сделать с моей жизнью то, чего я сама не сумела? — задумалась Кэтлин. Ответ созрел моментально. Я соглашаюсь потому, что в глубине души отчаянно желаю, чтобы Макс верил в то, что он помогает людям. Он ведь и сам не понимает, насколько сильно ему в жизни нужны люди. Можно сказать, теперь уже я начала заботиться о нем.
— С чего мы начнем? — спросила Кэтлин, не в силах стряхнуть с себя чары Макса.
— Я составлю план действия, основанный на моих теориях. Мы начнем или когда я вернусь, или прямо завтра с утра. — Забрав со стола портфель, Макс остановился перед Кэтлин. — Но это в том случае, если вы пообещаете, что за время моего отсутствия не сдадите Фрэнки в приют.