Эта колдовская ночь...

Хупер Кей

Джейк задумчиво отхлебнул бренди.

— Видишь ли, мой мальчик, я уже более шестидесяти лет общаюсь с женщинами по фамилии Клермон. Я видел их слегка обиженными, в меру раздраженными, довольно сердитыми и чертовски разозленными, — перечислял старик. — Я наблюдал, как они отводили душу почти сразу и как месяцами выжидали удобного случая. Я видел, как они брали реванш быстро, точно, остроумно, ловко ставя в дурацкое положение, иногда чертовски насмехаясь, но никогда я не видел, чтобы они делали это жестоко или зло.

— Ну и?.. — беспокоился Рори.

— Ну

и… да что там говорить… ты и сам все очень хорошо знаешь и понимаешь. Ничуть не хуже меня. Ничуть. — Старик поднес стаканчик ко рту, пригубил и задумался.

Рори растерянно произнес:

— Похоже, я действительно сел на бочку с порохом.

— Но она никогда не причинит тебе вреда, Рори. Разве что наделает много шума, — медленно сказал Джейк.

— Ну, шум меня вроде бы уже и не пугает, — сознался Рори, потянувшись за бутылкой бренди.

— Это очень разумно с твоей стороны, — одобрил старик. — Потому что есть только одно, за что стоит держаться.

— И что же это? — С надеждой смотря на Джейка, Рори ждал новых откровений.

Зеленые глаза старика подернулись пеленой воспоминаний, унесших его в прошлое, улыбка стала мягкой и задумчивой.

— Это твоя женщина. Она — Клермон, а они все отличаются от прочих, Рори. Они принадлежат к той породе женщин, которые в любых условиях сохраняют грацию и шарм. Они разговаривают мягко и нежно, но за этой мягкостью скрывается недюжинная сила воли. Они прекрасно знают — и им не надо говорить об этом, — что они ничуть не слабее самых сильных мужчин, и если придется сражаться, то они будут делать это наравне со своими мужчинами.

Рори слегка улыбнулся.

— Скарлетт и ее Тара, — пробормотал он. Джейк поднял на него глаза и улыбнулся в ответ.

— Большинство людей, прочитав эту книгу, считают, что существует два типа южных женщин, — сказал он. — Мелани — нежный хрупкий цветок, женщина, кажущаяся такой слабой, но на самом деле обладающая огромной душевной силой. И Скарлетт — решительная, волевая, эгоистичная, вспыльчивая. Среди женщин из рода Клермонов были и те, и другие. Наши женщины, подобно Мелани, никогда не искали себе сильного защитника. Но, в отличие от Скарлетт, они никогда не расставались с любимым мужчиной только потому, что не понимали его.

Джейк замолчал, но вскоре снова заговорил:

— Вот в этом ты можешь быть абсолютно уверен, Рори. Ты никогда не сможешь сказать, что твоя жена не понимает тебя… потому что она всегда тебя поймет.

Рори сидел и размышлял над этими словами. Что-то в них было восхитительное и странное одновременно. Дело в том, что, как бы сильно он ни любил Бэннер, Рори не мог с уверенностью сказать, что до конца понимает ее. И в то же время он понимал ее так, как ни одну женщину до нее. А то, что он в ней не понимал, влекло его к ней, интриговало, завораживало.

Например, ее нрав. Рори был, как он уже сказал, готов к тому, чтобы не испугаться неожиданного шума. Он также был достаточно осторожен, чтобы понимать, что, прежде чем завернуть за угол, неплохо было бы

заглянуть туда. Он отдавал себе отчет в том, как обманчива бывает очаровательная улыбка. И он знал без лишних советов Джейка, что жизнь с Бэннер стоит того — он очень на это надеялся, — чтобы иногда терпеть проявления ее крутого нрава. По крайней мере, это заставит его быть всегда в форме!

Он оставил Джейка в библиотеке и отправился на поиски своей будущей жены. Она была наверху, разговаривала с одним из слуг. Когда слуга отправился выполнять поручение, Бэннер повернулась к Рори и обняла его за шею.

— Джейк дал тебе хороший совет? — спросила она, улыбаясь.

— Ты думаешь, что я у него спрашивал совета? — вопросом на вопрос ответил Рори.

— Я не думаю, я знаю, любовь моя, — спокойно ответила она.

— Нет, я определенно сел на бочку с порохом… — протянул Рори.

— Это совсем не опасно, — улыбнулась Бэннер, — если уметь с ней обращаться. Он вздохнул.

— Пожалуй, мне стоит этому научиться… и побыстрее.

Ее руки прошлись по его плечам. Бэннер чуть нахмурилась.

— Ты очень напряжен, — заметила она.

— Это плохо? — забеспокоился он. Она ничего на это не ответила, а просто взяла его за руку и повела в свою спальню.

— Я знаю, что тебе нужно, — прошептала она.

Рори шел за ней, немного обеспокоенный, но ничего не сказал, пока Бэннер не закрыла за ними дверь в спальню.

— И что же ты задумала? — поинтересовался он.

— Раздевайся, — весело скомандовала она. Он замотал головой.

— Ну уж нет! В последний раз, когда я разделся, ты украла мою одежду! — на этот раз он решил поостеречься.

— Я никогда не повторяюсь, — ободрила его Бэннер.

— Я, конечно, разденусь, но вещи положу под подушку… — пробормотал он.

— Ну, если тебе так будет спокойнее… — согласилась Бэннер, улыбнулась и направилась в ванную.

Посмеиваясь про себя, Рори разделся и предусмотрительно положил свои вещи на стул рядом с кроватью. Он догадался, что она задумала, когда Бэннер вышла из ванной с большим махровым полотенцем в руках и велела ему лечь на живот. Но он все еще ждал подвоха, пока она в конце концов не уселась поудобнее на краю кровати и не открыла баночку с бальзамом. Только тогда он решился спросить:

— Массаж? Где ты этому научилась?

— Прочитала в книжке. А теперь закрой глаза и постарайся расслабиться, — приказала она.

Зная о том, что ему достаточно оказаться рядом с Бэннер, чтобы ощутить прилив желания, Рори казалось маловероятным, что прикосновения ее рук смогут помочь ему расслабиться. Скорей уж наоборот.

Но оказалось, что в ее пальцах, тонких и сильных пальцах художника, таится настоящее волшебство. Бэннер не проронила ни слова, пока ее руки скользили по его спине, сильно и нежно разминая мускулы, согревая смазанную бальзамом кожу. Через несколько минут мышцы расслабились, а еще через мгновение Рори провалился в глубокий освежающий сон, не успев даже осознать, что с ним происходит.