Эта колдовская ночь...

Хупер Кей

Джейк поднял свою чашку с кофе в полном иронии тосте.

— Им остается только быть все время настороже, как охотнику в джунглях. И периодически залечивать раны, полученные в этом увлекательном приключении. Ты понимаешь меня, мой мальчик? Короче говоря, мужчина, который берет жену из рода Клермонов — если он, конечно, хорошо изучил эту женщину, — обязан, для собственной безопасности, иметь в виду, что за каждой дверью, которую она просит открыть для нее, может таиться дикий зверь. Поэтому на всякий случай он должен носить с собой дубину

и доставать ее каждый раз, когда решится открывать эту дверь.

Рори попытался примерить сказанное к себе, а потом спросил:

— А почему бы ему не открыть другую дверь?

— Ну, конечно, он может попробовать это сделать, — согласился Джейк, — но его женщина скорее всего заранее предусмотрит этот вариант, и тогда дикий зверь будет поджидать его за каждой дверью.

Через мгновение Рори посмотрел на Бэннер и строго предупредил:

— Если ты когда-нибудь попросишь меня открыть дверь, я лучше на всякий случай возьму ружье.

— И возьми то, что побольше, — заботливо посоветовала она.

— Как насчет кофе? — весело поинтересовался Джейк.

Рори тяжело вздохнул.

— Черт! Почему бы и нет? — согласно кивнул он.

Поплотнее завернув свою импровизированную тогу вокруг поджарого тела, Рори опустился в кресло и потянулся за чашкой с кофе. И даже не моргнул, когда на веранду вернулся Коннер и бесстрастно посмотрел на него.

Глава 9

— Ты собираешься сознаваться или нет, Рори? — настойчиво потребовала Бэннер.

— Ты что, смеешься? После того как я увидел, на что ты способна, когда я отказался, я могу себе представить, что будет, если я признаюсь. И после того, что ты натворила, ты действительно еще ждешь признания? — искренне удивился он.

— Чересчур сложное и запутанное объяснение, — твердо заявила Бэннер, осуждающе глядя на молодого человека. — И потом, я надеюсь, ты понимаешь, что у меня богатое воображение и оно сейчас работает не в твою пользу, рисуя мне всякие ужасы.

— Во всяком случае, ты можешь быть уверена, что я никого не зарезал и не зарубил топором, — заверил он ее.

— И на том спасибо, — кивнула она.

— И вообще я никакого преступления не совершал, — заявил он.

— Тогда скажи, в чем дело, — настаивала она. Он поцеловал ее.

— Сейчас у меня в голове совсем другое. — Рори попытался отмахнуться от нее.

— Например, размышления о том, как ты выглядел завернутым в простыню? — спросила Бэннер, не двинувшись с места.

Рори поморщился.

— Дорогая, давай поговорим обо всех этих вещах несколько позже, — предложил он.

— Когда позже? — уточнила она.

— Ну… например, после твоей выставки. — Рори наконец решился назвать какой-то приблизительный срок. — По-моему, до этого не стоит портить тебе настроение и заставлять нервничать. Ты согласна?

Бэннер смотрела на него подозрительно. Но постепенно суровое выражение на ее лице смягчилось.

— Наверное,

ты прав. Но потом ведь ты мне все расскажешь, да? — Она выжидающе смотрела на него.

— Обязательно, — заверил ее Рори.

— Ты знаешь, моя мама советовала мне никогда не верить янки. Может, мне стоит послушаться ее совета? — заметила Бэннер и вздохнула.

— Но я только наполовину янки, — напомнил ей Рори.

— Вот этой-то половине я и не верю, — заявила Бэннер.

Рори сокрушенно вздохнул.

— Что-то мы давно не катались верхом. Может, покатаемся? — спросил он, меняя тему разговора.

Они были на веранде одни, оба одетые в джинсы и ковбойки. Бэннер только что вернулась из своего коттеджа, куда относила простыню.

— Ну, что ж, давай покатаемся, — согласилась она.

— Встретимся у конюшни, — сказал он. — Мне надо быстренько позвонить кое-кому.

Ее взгляд опять стал подозрительным, поэтому он поспешил объяснить:

— Ты же знаешь, что я планировал уехать отсюда раньше, но задержался, поэтому мне надо перенести парочку деловых встреч и уладить кое-какие вопросы.

Ему не удалось до конца развеять подозрения Бэннер, но она все же направилась к конюшне. Однако на полпути туда девушка вспомнила, что оставила свой хлыст на столике в холле, и решила вернуться за ним.

В холле хлыста не оказалось, и Бэннер, ругаясь про себя, подошла к приоткрытой двери в библиотеку, решив проверить, не оставила ли она его там накануне. Но через мгновение она начисто забыла о хлысте.

Рори стоял спиной к ней и разговаривал по телефону. Она слышала, как громко и четко он произнес:

— Нет, Дэвид, ты мне ничего не должен за вечеринку! Я все это устроил для развлечения. А уж заодно, чтобы ты мог приехать сюда, не возбуждая подозрений Бэннер. Нужно было, чтобы ты увидел ее работы, но, поверь мне, это не самое важное. Теперь главное — выставка? Как там обстоят дела? Хорошо. Я доволен. А что с теми людьми из списка, который я тебе передал? Они все собираются присутствовать? Прекрасно. Да, да, все они — коллекционеры работ художников-южан. Надеюсь, тебе удастся неплохо продать некоторые картины. Да. Возможно, это убедит ее, что она талантлива. Конечно. Ладно. Увидимся.

Бэннер бесшумно закрыла дверь и прислонилась к ней. Она смотрела Рори в спину, пока он разговаривал, а потом клал трубку. Раньше она думала, что любовь к Рори и доверие к нему заставят ее забыть о гордости. Теперь она поняла, как сильно ошибалась.

Гордая, упрямая кровь, которая текла в жилах многих поколений ее предков, взыграла в ней, красной пеленой застилала глаза.

Значит, это он все организовал! Он умело использовал свой авторитет, чтобы хитростью заманить сюда владельца нью-йоркской галереи, дабы тот, как бы случайно прогуливаясь возле мастерской, увидел ее работы. Значит, вот что это было за преступление, в совершении которого Рори так упорно не хотел сознаваться! Вне всяких сомнений!