Это только сон
Шрифт:
Но тут дверь открылась и ко мне вошла Мелли с подносом, нарытым белым полотенцем. Позади нее шла тетушка. Мелли передала поднос Мати и подошла ко мне.
– Иррьен, девочка, поздравляю тебя, будь здорова и так же жизнелюбива - Она расцеловала меня.
– Вот тебе подарок - твои любимые ленты, все в цвет твоих платьев.
И она протянула мне коробку. Я приоткрыла ее. А там... Лежали ленты, свернутые в рулоны, разные и все такие красивые.
– Ой, Мелли, как ты здорово придумала! Я тебя обожаю!
– Девочки, заканчивайте! А то мы не успеем накормить Ирри.
– Тетушка уселась на кресло возле
Я быстро выпила чашку ромашкового чая и пару раз куснула пирожок. Аппетита совсем не было. Мати уже познакомилась с Мелли и хлопотали вокруг моего платья, разложенного на кровати.
Моя прическа заняла ровно 30 минут, и то, спасибо за это Мелли. Все-таки под ее руководством Мати станет супер-камеристкой! Они вместе 10 минут прикидывали, какую прическу мне сотворить, тетушка тоже иногда вставляла свои 5 копеек. Но Мати, умничка, настаивала, что я - девочка, и это нужно подчеркнуть. И вовсе не нужно высоких взрослых причесок.
В итоге, мне заплели французскую косу от одного уха до уха по переду, закрепили, а потом собрали волосы высоким пучком на затылке, красиво его обкрутили волосами. Свободно висящие локоны завили. Смотрелось изумительно, золотистые волосы ухоженно блестели, каскадом струясь за плечами. Спасибо Мати, вчера настояла вымыть голову вечером. Потом стали меня одевать. Платье было парадным, поэтому с достаточно пышной юбкой. И вот я стою перед высоким зеркалом. Белое платье подчеркивает мою юный возраст и свежесть лица, зрительно тонкая талия придает мне женственности, сапфиры в ушах оттеняют глаза. Ли Радин сотворил на груди поперечный буф, который придавал мне намёк на появляющуюся грудь. Но мне показалось, что я несколько размыто выгляжу. Нужны были акценты. Я обернулась к тетушке.
– Мне кажется, не хватает акцента. Что вы там придумали с ли Радином сюда?
– Вообще-то он предлагал сюда розовые акценты: розовый шелковый пояс и маленькие розочки в волосах. Но ты же не снимешь серьги?
– Тетушка спросила так, будто внушала мне - не снимай!
– Нет, конечно! Розочки же есть белые у нас для волос, Мелли? А пояс можно взять от голубого платья.
Через пять минут мы вчетвером рассматривали меня перед зеркалом. Было красиво, но в моем облике чувствовался характер. Которого, по идее, не должно быть у восьмилетней девочки. Хорошо, что к нам ворвалась Илларэмис.
– Сколько вас можно ждать! Что вы тут замерли, словно статуи на площади?
– Мы думаем, так хорошо, или нужно сделать помягче?
– Задумчиво произнесла Тибильда.
Первая фрейлина тоже замерла на пару минут, задумавшись. А я уже начала давиться смехом. Картина: девочка перед зеркалом. За ней четыре дамы, наклонив голову вправо, рассматривают ее туманным взглядом. Клоны, блин!
– Что вам не нравится! Все хорошо. Но я бы сделала розочки на косе через одну: белая, синяя, белая, синяя.
– Синих у нас нет, - сообщила Мати.
Вздохнув, Илларэмис пальчиком прикоснулась к некоторым цветочкам на голове и они стали тон в тон соответствовать поясу. Стало гораздо лучше.
– Никому не болтать, - погрозила пальцем тетушка перед Мелли и Тами.
Через десять минут мы с тетушкой и Илларэмис предстали перед отцом, он уже нервничал и шагал по кабинету.
–
– Недовольно сказал король. И мы быстро пошли. Кому быстро, а мне нет. Платье не позволяло. Оно просто требовало, чтобы я шла плавно, медленно. В общем, так же, как это делала Лали, признаю. С грехом пополам мы добрались до высоких дверей, остановились, чтобы отдышаться. Цирк, конечно. Королевская семья с первой фрейлиной прорысила по дворцу. Кто видел, наверное, так и остался стоять с отвисшей челюстью.
– Готова?
– Обернулся ко мне отец. Я кивнула. Тетушка постучала мне по спине, и я величественно вытянула шею. Отец кивнул Церемониймейстеру. Началось...
Мы шли вместе с отцом медленными шажками, как к алтарю. Вот откуда пришла эта манера. Я повесила на лицо милое, доброжелательное выражение ребенка с полуулыбкой и любопытством во взгляде. Меня рассматривали. Нет, мне РАССМАТРИВАЛИ! Каждую черточку, каждый мой волосок, даже пытались рассмотреть туфельки, которых и видно-то не было. Я шла под перекрестьем этих взглядов, ни на секунду не опуская гордо поднятый подбородок. Как бы там ни было, но я принцесса по крови и наследница Диранского престола сейчас. Наконец, мы сели в приготовленные кресла.
Первыми пришли поздравлять аристократические семейства нашего королевства. Толстые, тонкие, красивые, не совсем, милые и грубоватые, они приносили свои поздравления и подарки. Через час я приняла в подарок 22 щенка разных пород, ведь я люблю собак, и 47 породных и нет котят. Потому что некоторые, от щедрости души дарили пару. Преподнесли много книг, богато украшенных, какие-то игрушки, ткани, украшения, шкатулки. Я вставала и от души благодарила. Я старалась. Я почти не путала имена и титулы. Но через полтора часа от начала у меня начался кашель. Тут же материализовался слуга с подносом и чашкой теплого отвара. Я взяла ее, а слуга замер у стены. Отвар смягчил мне горло. Все-то они предусмотрели для таких случаев. Дальше поздравления принимал отец. Оставалось полчаса до того момента, когда пойдут делегации от других королевств. Они, видите ли, просыпаются позже.
Пробило 12 часов, и ли Таворьен объявил делегацию из Кагорры. Ну, да, пришли проверять бесноватую. Вошел посол, герцог Милли'аго со свитой. Зрелый мужчина со щеголеватыми усами и бакенбардами, похожий на щеголеватого пирата в моем представлении. Исключительно по-кагоррски поздравил принцессу и еще спросил, как я чувствую себя восьмилетней? Ведь в этом возрасте в Кагорре уже выбирают жениха. Я чуть не потеряла лицо. Какого жениха? Это тело так юно... Я была так возмущена, что попросила отца ответить сама. Отец для видимости перевел мне речь посла и в конце шепнул, чтобы я отвечала на Едином.
– Уважаемый герцог Милли'аго, я благодарю Вас за столь сердечные поздравления. Но вместе с тем хочу сообщить, что в нашем королевстве девочки восьми лет играют в куклы и прилежно занимаются уроками, пытаясь постичь мудрость наук. А о замужестве они не задумываются, потому что это - удел юных дев, а не маленьких детей!
– О, да! Мы различаемся, это верно!
– Заметил герцог на Едином.
– Но наш король, Его Величество Филурро, всё же надеется, что его внучка захочет изучить культуру страны ее матери, и преподносит Вам вот этот фолиант.