Эволюция
Шрифт:
– Библия для Николая не является авторитетным изданием, на чьё мнение он может полагаться, цитатами которой сектант пытается его впечатлить. Соответственно, чтобы доказать Николаю, что видение бога молодого человека имеет право на существование, он должен полагаться на слова авторитетной личности, авторитет которого Николай признаёт или письменный труд, в изложении которого проделана такая мыслительная работа, что в достоверности сложно усомниться. Либо совместно найти таких людей или книги, в авторитет которых они оба верят, и могут ссылаться на них.
Естественно, молодой сектант завис на какое-то время, наверное, пытался вспомнить хоть
Конечно, если был бы выбор, Николай постарался бы избежать общества религиозных людей. Но в том-то и дело, что выбора не было, а значит, придётся довериться людям, чьё мировоззрение в корне отличается от твоего. Все-таки лучше плохо жить, чем красиво умереть, как бы не утверждали особо одарённые, что жить лучше ярко, пускай и мало, а умереть быстро и молодым. Смерть, она конечна, а плохая жизнь может в миг измениться в лучшую сторону, тем более если ты к этому стремишься и хоть что-то делаешь для этого.
«Что такое Мы, если не принятые нами решения» - не помню, кто сказал. Хотя есть обстоятельства, которые посильнее философии - недавно Николай прощался с жизнью, собираясь взорвать себя и своих палачей, так сказать, готовился уйти Красиво.
Выскочив из палатки, прихватив с собой резиновый шар, Николай вернулся на крышу КПП. Мелкий дождь продолжал покрывать всё вокруг тонким слоем влаги, создавая эффект зеркальной чистоты мира вокруг. Мужчины на крыше торгового центра не оказалось, на сердце кольнуло. Неужели ушёл? И как теперь с ним связаться?
Хотя беспокойство быстро прошло, ведь отец Евстафий писал, что давно за ним наблюдает, а значит, никуда не делся, просто отошел - не стоять же под дождём. Опять попробовав свистнуть, всё же идея такого общения очень понравилась Николаю, он сфальшивил, чем привлёк всех животных вокруг, они сразу оживились, принялись бегать по дороге, а внизу началась давка.
С третьего раза удалось свистнуть громко и качественно, так, что эхо разлетелось по мокрым улицам. Буквально через минуту появился мужчина в длинном плаще, опять молча развернул пращу и, раскрутив её, забросил в его сторону следующий резиновый шар. Теперь за шаром протянулась тонкая рыболовная леска. Намёк Николай сразу понял, показав жест, что сейчас пойдет писать, также ни слова не говоря, побежал к себе в оружейку писать ответ.
Глава 3 Дорога
Дорога
Морозы ударили неожиданно, вот сегодня плюс пять, солнечно, приятный лёгкий ветерок, а просыпаешься утром, все белым бело от выпавшего за ночь снега, температура минус десять. Долгожданный переходный период, когда температура постепенно понижается примерно на
Каннибалы исчезли мгновенно, теперь их нельзя было видеть праздно слоняющимися по улице. Можно было кричать сколько угодно - на голос человека теперь никто не появлялся. Улицы сразу опустели, а ровный покров белоснежного слоя снега ни одна душа больше не тревожила своими ногами, оставляя на нём следы. Город в мгновение ока превратился в пустынный и безжизненный. Даже стаи каннибалов куда-то пропали, совершенно не проявляя своего присутствия. Теперь действительно зрелище вокруг напоминало о том, что произошло что-то ужасное, неправильное под названием апокалипсис. В лесу на снегу можно было увидеть больше следов жизни, чем в пустующем от людей городе.
Снега выпало сразу много, а мороз говорил о том, что первый снег вряд ли растает, как это обычно бывает. Хорошо, что, предполагая о наступлении ближайших холодов, задействовав все силы, обитатели дома, утеплили все помещения, где предполагалось жить им самим и обитателям вольным и невольным. Окна, где была необходимость (на многих имелись хорошие стеклопакеты), обиты многослойной плёнкой, щели забиты тряпьём, заклеены скотчем. На входах помимо дверей висели тёплые одеяла, делая таким образом воздушную завесу, предотвращая проникновение холода снаружи, с улицы, с подъезда.
Отныне топить многочисленные печки приходилось постоянно. Поддерживая плюсовую температуру в бассейнах с рыбой, чтобы вода не замёрзла. Грибная плантация, размещённая в трёх квартирах, хоть и была отлично утеплена, все равно дров требовала немало. Из всех обитателей девятиэтажки голуби оказались наиболее приспособленными к холоду, и всё равно раз в день приходилось подкидывать пару дровишек на одну колонию, а их было целых двадцать семь. В одной квартире, их Женя называл колонией, содержалось более пятидесяти пернатых особей. Складывалось ощущение, что Женя переловил почти всех голубей в городе Саратов. Но это было не так - в ловушки на крыше постоянно попадались новые птицы и не только голуби.
Расход небольшого количества дров компенсировался тем, что птица потребляла очень много пищи: крупы, макароны - улетали с устрашающей скоростью. Появлялись опасения, что их вряд ли хватит всей этой толпе на зиму. Но сразу забить всю птицу Женя не мог, ему нужно было потомство, хотя с наступлением холодов хранить замороженные тушки голубя гораздо проще. Именно так он поступил с основным количеством рыбы, оставив на развод четыре пруда, с карпами, карасями и сомами. Все они находились в одной квартире, и её проще было отапливать, чем десяток квартир с бассейнами. Главное, продержаться с этим поколением голубей до следующего лета, а последующей зимой он сможет выпускать, всю эту ораву для того, чтобы они частично кормились сами. Только поэтому Женя вынужден был тратить немаленький ресурс, чтобы сохранить колонию птиц.
В тюрьме, где содержалась Настя со своей подругой, как-то они нашли общий язык между собой, несмотря на бетонную стену между ними, при этом вели себя тихо и спокойно, Женя старался поддерживать температуру не ниже плюс восемнадцати, это тоже стоило огромного количества топлива. По сути, ему приходилось полдня тратить на то, чтобы рубить, пилить, таскать бывшие диваны, шкафы, столы, двери, косяки из многочисленных квартир. Туда же в печь летела пластмасса, пластик, тряпки, что вряд ли пригодятся, в основном старьё и синтетика.