Ферма
Шрифт:
Все еще смущенно улыбаясь, я предложила:
— Давайте войдем вовнутрь, там наверняка натоплено.
Девочка, которая первая закричала про учительницу, тут же сообщила:
— Еще как! Это дед Семен полсосны спалил!
Я отозвалась:
— Большое ему спасибо.
Дети, окружив меня всей гурьбой, вошли внутрь. Казимир, который был почти у двери, едва успел распахнуть перед нами створки.
Несмотря на одно небольшое окно, амбар внутри оказался просторным и светлым.
В углу топилась большая печь, наполняя пространство слабеньким теплом. Пол был
Дети не сводили с меня любопытных глаз, так что осмотр амбара пришлось поспешно завершить.
— Вы пока раздевайтесь… — начала я, пока дети шумно отряхивались от снега, распутывая теплые платки, повернулась к Казимиру и спокойно сказала:
— Мне нужен стул. Сейчас. — В первый момент он хотел рявкнуть на меня в уже привычном грубом стиле, но я не сводила с него спокойного взгляда, добиваясь своего. В гневе стиснув зубы, Казимир куда-то вышел.
Мне сразу стало легче. Я расслабила свой платок, в который была укутана как в кокон, положила книги и коробку на ближайшую лавочку, повернулась к детям и тихо сказала:
— У меня небольшое затруднение и нужна ваша помощь…
Дети прекратили стягивать с себя промокшую одежду и почти все развернулись ко мне.
Они все хотели помочь. Я видела это в их взглядах. Потому, почувствовав облегчение, спокойно продолжила:
— У меня мало букв… потому придется выбирать одну на несколько человек.
— Это как? — Кто-то спросил вслух, кто-то просто одарил меня удивленным взглядом.
Я улыбнулась.
— Если вы уже сложили мокрые платки и варежки на лавочку у печки, то подх…
Меня перебили:
— А у Славки все мокрое… — засмеялись они, потом загалдели: — И у меня… И у меня…
Я потеряно огляделась:
— Славка — это кто?
Ко мне со смехом подтолкнулись наверно самого маленького ученика закутанного в несколько платков.
Я тут же поняла размеры проблемы: до того как мы начнем просто изучать буквы мне придется каждого из них раздевать и нянчить. Но думать было некогда. Белокурый голубоглазый малыш промок, замер и уже собирался громко зареветь.
— Кто у нас тут самые старшие?
Бойкая девочка с тугими русыми косами, которая больше всех говорила со мной, тут же сообщила:
— Старших — хозяин не позвал. Сказал, что с ними надо отдельно заниматься. И они придут завтра.
Было не очень приятно узнавать об этом у детей, но я понимающе улыбнулась и, стянув со Славика платки и мокрую шубу, усадила греться у печки. Точнее хотела усадить, но он расплакался, пришлось взять мальчишку на руки.
— Все, мокрые и не очень, идите к печке, подтаскивайте лавочки сюда, здесь мы и начнем заниматься. — Заметив, что они хотят разместиться вплотную к печке, попросила: — Оставьте место для тех, кто будет сюда выходить и знакомиться…
Дети отодвинулись немного назад.
Согревая своими ладонями, красные от холода ручки Славки-ледышки, я продолжала:
— Я пока не знаю, как кого зовут. Но скоро познакомимся.
— Хочу выбрать букву… — закричала русоволосая девочка с двумя косичками. За ней начали кричать остальные. Я на миг задумалась, мне после питомника было сложно привыкнуть к такой деятельной и энергичной малышне, но ничего не осталось, как отозваться:
— Очень рада, что вы мне помогаете… принесите мне коробку с буквами, пожалуйста. — Я обратилась к энергичной девочке в меховых штанах.
Та резко развернулась и радостно доставила коробку. Я покопалась и вынула оттуда картонку с нарисованной буквой «А».
— Я называю букву, а те… кому она понравилась, выходят сюда и берут ее у меня. Только два человека. Не торопитесь, букв много…
Я понимала, что это может только запутать их, но ничего более интересного пока в голову не пришло.
На первую букву согласились почти все, я отобрала двух детей, остальных вернула назад.
— Буква «Б»…
Дети уже поняли принцип и дальше дело пошло быстрее. Мы быстро разделили все буквы. Детей оказалось немного больше и к букве «А» пришлось добавить еще одного человека, Славика, который ничего не понял, но с радостью присоединился к беготне собратьев.
Дети весело называли вслух название букв, и концу распределения даже умудрялись обзывать друг друга А-ашками или Д-дешками.
Это было весело даже для меня, я громко со всеми смеялась и не заметила, как вернулся со стулом Казимир.
Он громко обрушил стул на пол, демонстрируя негодование, подхватил одну лавочку, отодвинул ее подальше к стене, лег, и, натянув что-то на глаза, собрался спать…
Ну-ну…
Я кивнула в благодарность за стул и с облегчением присела.
— Мы теперь знаем, как выглядят буквы… Теперь давайте знакомиться, заодно выяснять с какой буквы начинаются ваши имена. Итак, кто у нас под буквой «А» — как вас зовут?
Дети громко называли свои имена, а потом почти всегда правильно называли букву, с которой они начинались. Так как говорили все вместе, то несколько развитых детей, которые улавливали это сходу, помогали сориентироваться остальным. Тем самым никто не ошибался.
Были и затруднения, но только у меня. Я не знала правильного написания некоторых имен, тех, которые мне до этого не попадались в книгах, и называла похожий звук на свой страх и риск.
Когда дети все представились, заодно разобрались, я почувствовала как они устали.
Так что, попросив свою русоволосую помощницу Маринку, которую как она успела мне гордо рассказать, назвали в честь нашего доктора, собрать буквы в коробку, я попросила:
— Ребята, теперь я вам почитаю. Все садитесь как вам удобно.
У Георга на полке в маленькой комнате на первом этаже гордо называемой библиотекой лежали три детские книги. Я их еще не знала, потому нежно раскрыла старенькую обложку и начала читать.
Детвора, наконец, расселась и замерла. Большинство из них слушали с неподдельным интересом. Кое-кто попросту уснул, как согревшийся Славка, который вскарабкался мне на руки и мгновенно задремал.