Ферма
Шрифт:
Закрыв дверь, переживая за своего защитника, с тоской смотрела как однорукий, несмотря на увечье, уже сбил одного из нападавших с ног, пользуясь тремя целыми конечностями равноценно, как обезьяна. Но их было двое, и силы были явно не равны…
Ничего не осталось, как позвать на помощь того, кому я могу полностью доверять.
Я кинулась к Марине.
Наша доктор встретила меня без энтузиазма. После пожара ей принесли несколько обожженных человек. Все это время она всеми силами пыталась им помочь, а тут
— Прошу тебя… — У меня не было сил даже рассказать ей о произошедшем. — Помоги…
Марина устало кивнула, положила в свою сумку что-то видимо необходимое и пошла за мной.
—… Понимаешь, они никакие… Я не смогла их разбудить. Хотела позвать Кнута, страшно их таких оставлять там… А он напал. А этот из новых, однорукий, он меня защитил… В общем, они его избивали, когда я побежала за тобой… Или он их, но однорукий уже был в крови, когда я выскочила за решетку… — Я не знаю, поняла ли Марина что-то из моих слов, но это было сказано из последних сил. Меня бил озноб. Я из последних сил тащилась за Мариной, которую только что сама торопила помочь тому обесцвеченному упырю.
Несмотря на изнеможение, я в очередной раз ей восхитилась. Она всегда шла навстречу тем, кто нуждался, несмотря на усталость, и не смотрела на лица, помогая всем, кто нуждался в ее помощи.
Заметив, что Марина несет с собой оружие, я спросила:
— Так все же что произошло с Георгом и Корбаном? Что за забытье?
Марина лениво пожала плечами.
— Спиртное, надо думать… Приняли как средство от напряжения… Последнее время у них мало что ладится. Но я не думала, что все настолько плохо.
— Я не поняла, что заставило их напиться? Или это постоянное занятие хозяев?
Марина озадачено покачала головой:
— Нет, точно не постоянное! Я столкнулась с подобным впервые, хотя живу здесь уже пятнадцать лет. Понимаешь… Георг с Корбаном готовят огромный проект. Огромный. Сколько я здесь живу, столько лет они шаг за шагом приближаются к исполнению задуманного, но вдруг все… теперь он под угрозой.
Видимо не желая раскрывать этот большой секрет, Марина скомкала свою фразу. Но все происходило на моих глазах, и я пыталась догадаться, что же здесь на самом деле происходит.
Шагая рядом с доктором, повернув лицо к ней, робко спросила:
— Даже не представляю, что могло их так взволновать. Если только слухи, что отбросы разделались с Гансом и его фермой? Я не знаю, но мне не показалось, что он был близким другом хозяина.
Марина сухо кивнула:
— Очень хорошо понимаю это, именно, не представляешь. Ты права, дело не в Гансе. Дело в атаке на его ферму. Им нужно совсем немного времени, чтобы исполнить задуманное. Но теперь они реально могут не успеть.
Вроде она на все ответила, но вопросов стало еще больше, не желая дальше мучить доктора, я вздохнула:
—
— Я помогу, а ты даже не заикайся перед Георгом, о том, что одна зашла в подвалы.
— Меня Корбан приглашал… — устало отозвалась я.
— Поверь, если хозяин прознает, что ты зашла туда одна, он и Корбану задаст. И тебе достанется.
Я покорно отозвалась:
— Хорошо, тогда ничего не скажу…
Мы подошли к кованой двери. Оружие над ним уже привычно повернулось в нашу сторону.
Доктор поежилась.
— Жуть какая… Так и не поймешь, что погиб от нелепого сбоя в программе… — невесело пробормотала Марина, напряженно провожая глазами пушку, пока я выглядывала в коридоре однорукого.
Заметив перед дверью распластанное однорукое тело в луже крови, я попыталась войти внутрь, но Марина меня удержала:
— Хватит глупостями заниматься! Просто позови его к двери.
— А если он мертв? — Я подняла на нее испуганные глаза.
— Не паникуй… дышит… Эй, новенький! Иди сюда… — негромко проговорила доктор. Однорукий действительно очнулся, и даже приподнял голову на ее зов.
— Нам туда входить без разрешения нельзя… подползи к двери, тогда я смогу тебе помочь.
— Кто ты? — едва слышно прошептал он.
— Я доктор. Меня позвала Ивета, она очень волновалась о тебе. И я не смогла ей отказать. — Устало улыбнулась Марина, заметив, что однорукий наблюдает за нами. Нетерпеливо протянув к нему руку, она устало добавила:
— Поверь, едва ты сюда подойдешь, я смогу помочь, и ты уйдешь отсюда на своих ногах. Поторопись, воин.
Однорукий упырь с трудом подполз к решетчатой двери и упал возле нее, окончательно потеряв сознание.
Марина достала из сумки нужные приспособления для переливания крови и лекарства. И подвесив на перекладину кованой двери пакет с кровью с воткнутыми длинными трубочками, вколола его упырю, добавив туда какое-то вещество.
— Через два часа будешь как огурчик… — поделилась она, пока я перевязывала рану на его руке. Так как с бинтами здесь было туго, я использовала свой платок.
Время шло, но он все не приходил в сознание… Я нетерпеливо прикоснулась к плечу однорукого…
Словно очнувшись, он вздрогнул, очнулся и приподнялся.
— Не так резко, игла выскользнет! — предупредила доктор, наблюдая за системой. — Еще один пакет и все смогут пойти спать!
Упырь, который на самом деле теперь выглядел куда лучше, послушно кивнул, не сводя с нас изучающего взгляда.
— Как тебя зовут, воин? — спросила она, увеличивая подачу крови.
— Хозяин приказал звать Жоржем… — равнодушно рассматривая серый бетонный потолок, отозвался упырь.
— Ясно. Меня зовут Марина, я здешний доктор. Ну, а с Иветой вы наверняка уже знакомы…