Ферма
Шрифт:
— Милана в шоке, плачет…
— Я тоже в шоке… от вас всех, — поджав губы, раздраженно отозвался Георг. — У меня на вас слов нет… приличных.
В ответ только печально вздохнула и опустила голову. Сегодня ругаться не хотелось, а если б я заикнулась о своем отказе от поездки, через десять минут мы бы уже спорили.
Мы молча подошли к техническому помещению, где хранилось топливо, оружие и прочие нужные вещи.
— Ты помнишь, о чем можно говорить, а о чем нет? — тихо спросил он.
Я
Внутри на низкой лавке сидел только Санька, вытирая испачканные маслом руки такой же засаленной тряпкой. Казалось, он не пытается их очистить, а просто равномерно растирает масло по коже, добиваясь одного оттенка. Заметив меня, он приветливо кивнул.
Георг озабоченно огляделся:
— Все подготовили? Упаковали?
Санька ответил ему ленивой ухмылкой и кивнул на лежавшее у стены странное длинное деревянное сооружение, больше похожее на небольшой шкаф, чем на ящик для оружия.
— Только закончили. Главную пушку упаковали. Остальные укладывает Лекка. Их там пара штук осталась, вот-вот закончит.
Георг кивнул.
— Ладно, молодцы. Ты помнишь, что надо отмечать? Присмотри за этим мини-писарчуком, чтоб ее не обидели, я скоро приду, заберу.
— Обижаешь, хозяин! Ивета тут уже своя. Мы обидчикам хоботы-то быстро по отворачиваем, не волнуйтесь. — И Санька мило улыбнулся мне. Я мило улыбнулась ему, радуясь, что буду работать именно с ним.
Георг ушел.
— Ивета, там на столе лежат карандаши и лист с названиями. Давай работать… Я диктую название, а ты его находишь в перечне, отмечаешь и ставишь нужные цифры в количестве, а потом повторяешь их мне. Потом сверху пишешь номер ящика. Легко, нудно, но нужно… Ты все поняла?
Улыбнувшись в ответ, я взяла карандаш и всмотрелась в список оружия, написанный от руки четким острым почерком Георга. Мне нужно было только отметить галочкой и написать рядом цифру, количество. Ну разве это работа? Развлечение.
Делать перепись с Санькой было одно удовольствие. Он спокойно называл оружие, его количество и не торопил, пока я пыталась найти неизвестное название в словах написанных чужой рукой. Мы справились минут за десять. А хозяин пока не пришел.
Я присела на длинную лавочку рядом с Санькой и вытянула ноги, с грустью рассматривая, во что превратились мои новые туфли из толстой кожи. Носы на них немного обтрепались, синяя краска начала облазить, скоро они станут мятые и облезлые, как те старые уродливые тапки, доставшиеся мне невесть от кого.
Санька, который вновь принялся «натирать» руки тряпкой, вдруг повернулся ко мне и спросил:
— Ты ничего не слышала? Вроде что-то намечается. Оружие со стен сняли… не все, но большинство. А еще поговаривают, что скоро охрану распустят. Глупость, скорее всего, но Георг ведь не идиот, знает, что
Я равнодушно покачала головой.
— О пушках только сегодня от Георга узнала, когда сюда шла, и об охране только что от тебя услышала. Да и кто я такая, чтобы передо мной отчитывались? Надеюсь, ты не думаешь, что хозяин с каждой служанкой планами делится? — Санька грустно вздохнул. Я улыбнулась ему, весело пожала плечами, вернувшись к рассмотрению туфель.
И я не лгала, да, в общем, знала только причину, почему это делается, а деталями, типа снятия пушек и увольнения охраны, со мной никто не делился.
Единственное, что я скрыла от Саньки, новость, что буквально завтра охранять здесь будет некого. Я не знала, какие планы у Георга на будущее, но мне было понятно, что ферму на время оставят пустой, раз даже охрану распускают.
Лекка, заглянувший в технический отсек из-за двери, громко сообщил:
— Я все! Закончил. Давай эту перетащим, чтобы… О Ивета, привет!.. Чтобы скорее отделаться!
— Привет! — Я радостно улыбнулась, добрый и дружелюбный Лекка всегда вызывал у меня теплые чувства.
— Ивета, когда ты так улыбаешься… у меня сердце из груди выскакивает, — весело отозвался он.
Я отчего-то смутилась и отвела глаза.
— Ну вот, довел девушку, она сейчас за улыбку извиняться начнет. Иди сюда, лентяй, надо сначала эту коробку прихватить потом от остальных «отделываться». — Санька кивнул в сторону большой пушки.
Лекка так и стоял в дверях с улыбкой на лице и не сводил с меня ласкового взгляда. Мне стало совсем неловко, я чуть на самом деле не извинилась.
— Хватит к девочке цепляться… не смущай. — Санька со вздохом поднялся и пошел к большому ящику. — Иди лучше мне помоги.
Они подхватили с двух концов большой ящик с большой пушкой и вышли. Через пару минут в отсек бодрой походкой зашел Жорж.
— Одна… и без охраны. Куда смотрит хозяин? Привет… чего такая красная? Кто смутил?
Красная? Я прикрыла горящие щеки ладонями.
— Привет, — я смущенно, совсем немного улыбнулась. — Никто не смущал. Сама смутилась.
Жорж недоверчиво хмыкнул.
— Так что тут делаешь? Да еще одна. — Жорж недоуменно огляделся, видимо отыскивая глазами Георга.
— Хозяина жду, приказал ждать здесь. И я не одна, Санька и Лекка только вышли.
— Да? А ты не в курсе, что тут творится? Чего это всех разоружают? Георг куда-то ехать собрался?
Я вяло пожала плечами.
— Мне не докладывают. Я не знаю.
— А ты ехать хочешь? — хитро прищурившись, поинтересовался он.
— Я много чего хочу, но не дают, не докладывают, и не отчитываются, — я усмехнулась его неловкой попытке что-то разузнать.