Фейерверк
Шрифт:
– Отстань! – просила она. – Да прекрати! Не надо!
Борька сдал к обочине. Вышел из машины, обогнул ее и дернул заднюю дверь, выволок на улицу Саню.
Тот не удержался на скользкой насыпи и покатился вниз.
Борька сбежал вниз помочь ему подняться. Саня вымазался в глине и притих. Борька протянул ему руку. Саня ударил его.
– Успокоился? – сказал ему Борька.
– Еще хочешь?
– Давай, еще!
Саня стоял напротив него, затем, оттолкнув его плечом, взошел наверх. Нина подкрашивала губы
– Псих! – крикнула ему вслед Нина.
Борька поднялся к ней. Он стоял рядом с Ниной и скреб подошвой об асфальт, счищая налипшую глину.
– Я думала сначала, ты тоже псих! – Она продолжала подкрашиваться.
На дороге им никто не останавливал.
– Ты отойди в сторону.
– Зачем?
– Ты что, только вчера родился?
– Нет.
– Ни один не остановится, если девушка с парнем. Понимаешь?
– Нет.
– Ну, отойди.
Борька спустился в кювет к березам. Нина вытянула руку, и тут же несколько машин остановилось возле нее.
Нина позвала его. Борька вышел на дорогу. Две машины уехали. Один согласился довезти до города.
Сидя на заднем сиденье, он почувствовал рядом со своим бедро Нины и заволновался. Он всю дорогу ехал и думал о ее бедре.
Когда они вышли, она пригласила его к себе. Дома показала ему свои видео, которые снимала ради смеха. На одном из роликов она предстала в образе Чарли Чаплина.
– Нравится?
– Да.
– Я учусь на экономическом, но мне неинтересно. Отец хочет, чтобы я получила настоящую профессию. А я мне нравится делать вот это.
Нина наклонилась над ним и заметила, что он вздрогнул. Ей это понравилось, глаза у нее сузились, и она улыбнулась, как лиса в сказке.
– Поцелуй меня, – сказала она ему вкрадчиво.
Борька попятился от нее и упал с дивана. Она засмеялась.
– Тебе нравится Катя? У нее в Москве парень.
Внутри Борьки закрутилось. До этой минуты он даже не думал, что позвонит ей, но, припомнив Катю у автобуса, ее нежность, он разозлился. Поднялся и вышел.
На улице у Жигулей его дожидался Саня. Он скинул сигарету и выпустил дым.
– Давай, садись.
Борька сел в машину. Семерка сорвалась с места. Проехав железнодорожный переезд, свернула в сторону поселка.
– Куда мы едем? – спросил Борька.
– Боишься?
– Нет.
– Правильно. Что я из-за какой-то бабы буду друга терять!
– У меня не было ничего с ней.
– Да ладно. Не оправдывайся.
– Я не оправдываюсь.
– Представь, тут трое как-то ехали, – сказал через какое-то время Санек, – и сбили ночью лося.
– Лося?
– Натурально лося! Вышли, посмотрели, он здоровенный лежит и еще дышит. Передок машины разбит, в хлам, ну они испугались и рванули, а по дороге подумали: сто пятьдесят кило мяса на дороге не валяются. Заехали домой, взяли ножи, фонарики,
Машина свернула и, покачиваясь, поехала по грунтовой дороге, в ямах которой блестели лужи.
– Тут только на танках. Пару дней назад суше было.
Саня вел машину, ориентируясь по лужам и темной полоске среди кустов. За окном дул свежий ночной ветер, пахло горькой полынью.
– Ну и темнота! Как бы не наехать на кого.
– На кого тут наедешь. Здесь никто не ходит.
– Медведь тут мотается.
– Медведь?
– Да.
Машина подпрыгивала на кочках, свет фар ловил стволы деревьев, потом выхватил колючку. Саня заглушил мотор и погасил фары.
– Раскоп здесь, – сказала Саня.
Друзья извлекли из багажника топор и лопату. Взвалив их на плечи, двинулись в темноту. Над полем плыл диск луны. Ребята шли к нему, а он двигался от них.
– Ты точно уверен, что место не охраняется? – сказал Борька и услышал свой голос далеко в поле.
– Чего ты как баба заладил. Боишься, так оставайся!
Они шли в сторону высоковольтной линии, потом свернули правее. Глаза попривыкли и стали боле-мене различимы какие-то столбы, кусты, щиток для пулевой стрельбы.
– А если в них ток?
– Нет там никакого тока, все давно отключено. Я же тебе говорил: пару дней назад нарубил жилу.
– А долго копать?
– По-разному… бывает, полметра копнешь и провод, а бывает и глубже рыть надо.
Они поднялись на горку и увидели черные пустующие казармы, или же какие-то корпуса. Саня натянул на лоб резинку с фонариком. Посветил им: повсюду были копанки.
Саня искал свою. Нашел по какой-то одному ему известной примете.
– Тут давай.
Начали копать и через полчаса вспотели.
– Как найдем, разводи костер. Обжигать будем.
Раскопали на метр в глубину и ничего не нашли. Отвернули на полметра в сторону, там тоже пусто. Саня осмотрелся и ударил лопатой на три метра левее.
– Слушай, – начал Борька. – Зачем тебе, Сань, деньги?
– Как зачем? – удивился он. – Просто нужны. Ты с Нинкой переспал. Я тоже заплачу ей.
– Не было у меня ничего с ней.
– Хорош, так я и поверю…
– Можешь не верить.
– А тебе самому, зачем деньги?
– Не знаю.
– Ты вообще, от жизни чего хочешь?
– Отца бы увидеть, тогда бы понял, что я хочу.
– Он сколько лет назад у тебя пропал. Сколько воды утекло. Твоя мать повторно вышла замуж. А ты все думаешь о нем.
– Все равно. Ничего не хочется делать. Тоска какая-то гложет.
Лопата в руках Борьки ударилась обо что-то твердое. Саня спрыгнул в яму и, став на четвереньки, начал выгребать землю руками.
– Вот она жила! – Он посветил фонариком на лбу на черный в комьях из земли кабель.