Фейерверк
Шрифт:
– Это как это у меня детей не будет? – сказала Лера.
Петька убежал из комнаты.
– Вы мне мешаете заниматься.
– Занимаешься, да?! За мальчишкой следи. Занимается она!
Лера вышла из ее комнаты, взяла чашку с терпким на вкус чаем и ушла к себе. Там она плюхнулась в кресло, вытащила телефон и листала переписку в фейсбуке. Никто ей не писал, она поставила лайки под фотографиями своих знакомых и набрала номер Виктора Семеновича.
– Алле! – произнесла она тихим голосом.
– Я же просил не звонить мне в это время! – ответил он яростно.
– Да
В дверь постучалась мать Петьки. Подала записку, о которой говорил Петька. В записке было:
«Привет, Лера. Это Котов. Если хочешь, увидимся на вокзале. Я уезжаю сегодня ночью. Курский вокзал».И время.
Лера глянула на часы, еще два часа до отправления. Котов был ее давним парнем. Он был когда-то актером. И так же, как она, мыкался, бегая по кастингам, злился, когда слетала роль. Котов чем только не занимался, лишь бы заиметь дело, и снимал полнометражный фильм, после чего прогорел и влез в долги. Лера любила Котова и во всем следовала за ним, верила в его талант. А он начал употреблять наркотики. После этого они стали чаще ругаться. Он ревновал Леру, не давал ей участвовать в серьезных кинопроектах, приезжал на съемочную площадку, лез драться. Лера терпела его. Но когда он украл из гримерной деньги и драгоценности у одной известной актрисы, она сказала себе стоп и оставила его. Через месяц Лера и Котов сошлись снова. Но все чаще ругались. И когда он ее избил, она вызвала полицию. С тех пор она больше его не видела. И вот теперь снова.
Лера убрала записку, лежала с открытыми глазами и смотрела в темноту. Выдвинула ящик тумбочки, достала пузырек со снотворным и снова убрала. Затем она быстро оделась, натянула сапоги и вышла из дома.
Спускаясь на лифте, она вызвала такси. Машина приехала быстро. Ночью Москва была свободна. Мелькали огни за окном. На вокзале Лера расплатилась с водителем и машина уехала.
Лера стояла на улице и представила, что ей придется снова за кем-то ухаживать, волноваться, нервничать. И она подумала: зачем я приехала? Нет, старого не вернуть.
Она вытащила телефон, чтобы снова вызвать машину. Но тут ее окликнули.
– Лера!
Она обернулась и увидела Юру.
– Ты приехала! – сказал он. – Я знал, спасибо тебе.
– Что ты знал? Я приехала подругу встречать, – соврала она.
– Разве ты не получила мою записку?
– Нет. А что, ты был у меня?
Лера заметила, что он сильно исхудал, щеки его впали, сам он как-то вытянулся и все время кашлял в кулак.
– Я рад тебя видеть, – сказал он.
– Я тоже, Юра, – Лера поняла, что если сейчас не избавится от него, то не избавится никогда. Поэтому захотела побыстрее уйти от него.
– Мне надо идти.
Он схватил ее за руку.
– Пусти!
– Лера!
– Я сказала, пусти!
Он убрал руку. Лера ушла.
Она зашла в здание вокзала. И прямиком в туалет. Там закрылась в кабинке и ревела. Затем умылась. Вышла на улицу – огляделась, Котова нигде не было, вызвала такси.
Она ехала по ночной Москве домой. И ей не хотелось возвращаться.
Лера сидела у барной стойки и выпивала. Светящиеся лучи, то зеленые, то фиолетовые, то желтые, красные, прорезали потолок. Со сцены доносилась музыка, звучал контрабас.
К Лере подсел какой-то парень, на нем была рубашечка в горошек и бабочка.
– Скучаешь? – сказал он.
– Отвали!
– Да ладно ты. Знаешь, в Южной Америке женщины в новогоднюю ночь надевают трусы желтого цвета.
– На фиг ты мне это рассказываешь?
– Вот ты уже улыбнулась!
– Ничего я не улыбнулась!
– Улыбнулась. Я же вижу.
– Слушай, чего ты ко мне привязался? Других баб нет? Если снять меня хочешь, так валяй!
Они вышли из клуба и сели в его машину. Поехали. Леру рвало всю дорогу.
Проснулась она днем от того, что парень толкал ее.
– Давай, давай! Поднимайся!
Лера не узнавала его. Смутно в ее голове через зеленый свет выходила фигура этого парня в бабочке.
– Я спать хочу. Отстань!
– Давай, сказал! – он стащил с нее одеяло. – У меня сейчас жена придет.
Лера хотела поиздеваться над ним. Но, заметив часы на стене, всполошилась. Репетиция! Как она про нее забыла!
Лера схватила свои вещи, оделась и так, с растертой вокруг глаз тушью, выбежала за дверь.
– Сумочку возьми! – крикнул он ей и выбросил на площадку ее сумочку.
Лера вытащила губную помаду, нарисовала на его двери большой толстый член и написала «козел».
Она спустилась в метро. И ехала через кольцевую ветку, так было быстрее. Рядом с ней стояли какие-то азиаты и рассматривали новенький телефон. Крутили его в руках, радовались, как дети. Она почувствовала, что на нее через черные очки смотрит кавказец.
Лера протиснулась дальше. Вспомнила, как приехала впервые в Москву с Котовым. Они тогда были молодые, полные сил. Только и думали, что вот сейчас завоюют мир. У Юры из-за спины выглядывала гитара, и он расчехлил ее и начал бренчать прямо в вагоне, и смеялся, и был такой невероятно непосредственный.
Дальше она пересела на другую ветку, вокруг нее стиснулись люди, так сжали ее, что ей показалось, вот сейчас у нее внутри что-то лопнет.
По дороге в театр она купила воды в магазине и жадно пила на ходу.
Параллельно ей тихо двигалась иномарка. Остановилась. Из машины вышел Виктор Семенович.
– Лера! – позвал он.
Она развернулась на него, и такими смешными показались ей его седые волосы бобриком и какая-то старческая моложавость, что она засмеялась.
– Я звонил. Ты недоступна. Не обижайся, – подошел он к ней. – Ты бы еще на работу пришла. Садись в машину. Я тебя довезу.
Она села в машину.
– Поехали, – сказал он. – Я знаю ресторанчик. Грузинский. Они сейчас снова в Москве открываются.