Финал

Фитцпатрик Бекка

Хм, с чего бы начать?

– Я могу рассказать тебе, как Пеппер пытался похитить меня сегодня утром и взять в заложники… или лучше начать с того, как Данте угостил меня напитком, который готовят в секретной лаборатории и в котором присутствует «дьявольская сила»? Оказывается, Блейкли, правая рука Хэнка, вот уже несколько месяцев занимается этой «дьявольской силой» и создал сверхсильный наркотик для нефилимов, который многократно увеличивает их мощь.

– Что?! – В голосе Патча звучало неприкрытое бешенство. – Пеппер не сделал тебе больно?!

А этого Данте я на куски порву!

Я отрицательно покачала головой, и вдруг, неожиданно для меня самой, глаза мои наполнились слезами. Я понимала, зачем Данте сделал то, что сделал, – ему было нужно, чтобы я была достаточно сильной и могла привести нефилимов к победе, но так нельзя было со мной поступать. Он солгал мне. Он воспользовался тем, что я ему доверяла, и влил в меня нечто не только запрещенное на земле, но и потенциально опасное. Я была не настолько наивна, чтобы не понимать, что наверняка у «дьявольской силы» должны быть побочные эффекты. Действие ее было временным, но семена зла оставались во мне теперь навсегда.

Я произнесла:

– Данте сказал, что эффект напитка сохраняется только в течение одного дня. Но есть плохая новость: он собирается дать его попробовать в ближайшее время бесчисленному множеству нефилимов. И они получат… суперсилы. Не знаю, как еще это описать. Когда оно было во мне, я бегала быстрее, прыгала выше, и все чувства у меня обострились. Данте сказал, что теперь нефилимы могут сражаться с ангелами на равных – один на один. И я ему верю, Патч. Я смогла убежать от Пеппера. От архангела. Если бы не напиток, он бы наверняка посадил меня под замок, где я и сидела бы поныне.

В глазах Патча колыхалась холодная ярость.

– Скажи-ка мне, где я могу найти Данте, – велел он хриплым голосом.

Я не ожидала, что Патч так сильно разъярится. Хотя, зная его, могла и догадаться. Разумеется, он сейчас просто кипел от злости. Проблема в том, что, если он сейчас пойдет к Данте, тот сразу поймет, что все рассказала Патчу о «дьявольской силе». А мне нельзя открывать сразу все карты.

– То, что он сделал, нехорошо. Но он думал, что действует мне во благо, – сказала я.

Патч зло рассмеялся:

– Ты действительно в это веришь?

– Я думаю, он просто в отчаянии и поэтому не видит другого выхода.

– Значит, он просто не ищет его!

– Он еще выдвинул мне ультиматум: я должна выбрать, с кем я – либо с нефилимами, либо с тобой. Он специально рассказал мне о «дьявольской силе», чтобы меня испытать. Чтобы проверить, расскажу ли я тебе. – Я опустила руки. – Но я бы никогда не утаила такое от тебя. Мы же одна команда. Только надо хорошенько подумать, что нам теперь со всем этим делать.

– Я убью его.

Я вздохнула и прижала пальцы к вискам:

– Тебе не нравится Данте. И поэтому сейчас, ослепленный этой неприязнью, ты не хочешь видеть очевидного и бесишься.

– Бешусь? – Патч усмехнулся, но весьма угрожающе. – Ох, Ангел. Это слишком простое название для того чувства, которое я сейчас испытываю. Я

просто вне себя от того, что какой-то нефилим обманом внедрил в твое тело «дьявольскую силу». И мне плевать, что он там себе думал, мне плевать, что он был в отчаянии. Это ошибка, которую он никогда не повторит. Но, прежде чем ты начнешь его жалеть, не забывай: он знал, что так будет. Я предупреждал его, что, если под его наблюдением хоть волос упадет с твоей головы, ему придется за это ответить!

– Под его наблюдением? – повторила я медленно, пытаясь собрать все кусочки пазла воедино.

– Я знаю, что ты тренируешься с ним, – сказал Патч напрямую.

– Ты знаешь?

– Ты большая девочка, Нора. И ты вольна принимать собственные решения. У тебя, наверно, были свои резоны для того, чтобы тренироваться с Данте, и я не хотел в это вмешиваться. Я тебе доверял. А вот ему нет. И как теперь выясняется, у меня были на то основания! Так что я спрошу еще раз: где он прячется?! – Он почти кричал, лицо его потемнело.

– А почему это ты решил, что он прячется? – спросила я грустно, страшно расстроенная тем, что мне снова надо выбирать между Патчем и Данте. Между падшими ангелами и нефилимами. Я вовсе не намеренно скрывала от Патча наши тренировки с Данте. Просто я думала, что чем меньше между ними будет соперничества, тем лучше.

От холодного смеха Патча у меня по спине побежали мурашки.

– Если он достаточно умен, то прячется.

– Я тоже очень злюсь, Патч. И поверь мне, очень хотела бы вернуться назад и изменить сегодняшнее утро. Но меня страшно выводит из себя ощущение, что ты действуешь у меня за спиной. Сначала ты устанавливаешь на мне жучка. Потом угрожаешь Данте без моего ведома. Ты как будто действуешь мне наперекор, а я хочу чувствовать, что мы на одной стороне. Я хочу чувствовать, что мы заодно, Патч.

Новый телефон Патча зазвонил, и он взглянул на экран. Очень непривычное для него поведение – все эти дни у него на телефоне был включен автоответчик, и он только потом смотрел, кто звонил и кому надо ответить.

– Ты ждешь важного звонка? – спросила я.

– Да, и мне нужно срочно кое-что сделать. Я на твоей стороне, Ангел. И всегда буду на твоей стороне. Прости, если тебе показалось, что я как-то не считаюсь с твоими желаниями. На самом деле я хотел совсем не этого.

Он скользнул поцелуем по моим губам, но как-то слишком быстро. И сразу же направился к лестнице, ведущей в гараж.

– Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня. Попробуй накопать что-нибудь об этом Блейкли: где он сейчас живет, куда ходит, сколько нефилимов его охраняют, какие новые образцы он разрабатывает и когда планирует пустить свой супернапиток в широкое пользование… Думаю, ты права: пока о «дьявольской силе» известно только Данте и Блейкли. Потому что, если бы было иначе, архангелы уже отреагировали бы. До скорого, Ангел.

– Так мы поговорим об этом позже? – спросила я, все еще не веря в то, что он сейчас вот так просто уйдет.