Флибустьерский рай
Шрифт:
Трудно сказать, как именно Язон догадался, что они подлетают к Джемейке, но предположение оказалось абсолютно верным. Выяснилось это, когда Морган позвал к себе в капитанскую рубку всю троицу пленников.
– Следующая остановка - конечная - поведал он и счел нужным пояснить: - Так говорили в общественном транспорте на моей родной планете Казан. Знаете, что такое общественный транспорт?
– Привычка разговаривать с идиотами, Генри, делает твою речь порою очень утомительной от обилия в ней лишних вопросов и слишком подробных разъяснений.
Язон уже мог себе позволить обратиться к Моргану в таком тоне. Морган поморщился, но в словесную дуэль вступать не стал, а сразу перешел к делу:
– В таком случае, выслушайте, пожалуйста, необходимый краткий инструктаж.
Он помолчал, очевидно, вспоминая, что бы еще сказать, несколько раз переводил взгляд с приборной панели на внимательных слушателей и обратно, а потом, зевнув, добавил:
– Да и посмотрел бы я, как вы без этого разрешения станете улетать в космос...
Страшно довольный этой фразой, Морган вдруг хохотнул, повернулся к пульту и нажал кнопочку под экраном гравитометра.
Гравитометр показал не диск небесного тела, как можно было предположить, а просто яркую точку в центре и расходящееся от нее свечение, плавно угасающее к краям. Не только Мета, но и Язон слишком хорошо понимали, что это означает: картина ближних замеров гравитационного поля, то есть корабль уже фактически висит над поверхностью планеты. Подтвердил это и газоанализатор, показавший стремительное вхождение в разреженные слои атмосферы. Меж тем на всех прочих экранах, включая фронтальный, по-прежнему мерцало звездное небо, и даже электромагнитные датчики показывали абсолютное отсутствие сколько-нибудь заметных возмущений в пространстве.
– Так, значит, ваша планета полностью экранирована от внешнего мира?
– напрямую спросила Мета.
– Вы удивительно догадливы!
– съязвил Морган.
– Вот только бьюсь об заклад, что о таком экране, как этот, вы никогда не слыхивали. Через него не только лучи, но и корабли не проходят без моего личного разрешения.
И он, довольный, захохотал.
Мета не знала, что значит "биться об заклад", даже Язон схватывал лишь приблизительный смысл этого архаичного оборота. Но ни тот, ни другая не посоветовали бы главарю флибустьеров в его ситуации биться обо что-нибудь, скажем, головой. А вдруг этот заклад все-таки твердый? Ведь не с подобным, а скорее всего именно с таким же непроницаемым экраном они были знакомы лучше, чем кто-нибудь.
Только сейчас об этом стоило помолчать.
Морган очень быстро набрал на клавиатуре сложную комбинацию букв и цифр возможно, как раз пароль, и уже в следующую секунду все экраны словно взорвались буйством красок, вспышками бегущих кривых, столбиками данных и яркими, словно рекламные открытки, видами гор и моря. Одновременно грянула бодрая мелодия и красивый юный голос запел на весь корабль:
Джеме-э-э-йка Ты прекраснее всех во Вселенной Джеме-э-э-йка Здесь бананы растут круглый год Джеме-э-э-йка Я скажу вам, друзья,
"А вот так, Язон!
– сурово ответил он сам себе, чтобы немножечко встряхнуться.
– Именно здесь тебе велели остаться навсегда".
– Сэр Генри, - громко окликнул Язон, пытаясь перекричать музыку.
– У вас тут наливают что-нибудь с приездом? Или такое событие отмечать не принято?
– Очень даже принято, - сказал Морган и заорал в микрофон: - Шампанского в рубку!
ГЛАВА 12
Как могут встречать пиратов? Известное дело. Либо как преступников: из засады, под прицел и всех вязать. Либо как врагов: ураганным огнем и криками "No pasaran!" Либо, в конце концов, как героев - с цветами и оркестром. Раз уж к себе домой прилетели. Оказался четвертый вариант. Их встречали как высших лиц в государстве, но без торжеств - спокойно, буднично, по-деловому. А флибустьеры с "Конкистадора" и являлись верховной властью на Джемейке.
Под ярко-голубым небом, по которому лениво проплывали маленькие пушистые облачка, было тепло, но не жарко. Казалось, уже на взлетном поле пахнет морской солью, экзотическими цветами и фруктами. Огромная надпись над зданием терминала извещала вновь прибывших, что их корабль причалил в космической гавани с помпезным названием Порт-Король или, может, точнее, Королевский Порт. Очевидно, от дарханцев Язон заразился страстью к переводу географических названий.
– А столица у вас называется Город-Король?
– в шутку поинтересовался Язон.
Шутка получилась неудачной. Главный город назывался именно так Король-город, или Корольград.
Едва они успели оценить ласковый климат и вдохнуть местных ароматов, как свежий воздух оказался сильно подпорчен выхлопами поданного к трапу скромного кортежа из семи машин. Весьма архаичного вида колесные устройства предназначались только для высшего руководства, остальным флибустьерам полагалось добираться до города самостоятельно. Пленников (или теперь уже правильнее было говорить "гостей"?) Морган пригласил в свою машину, и, кроме молчаливого шофера с грубым, иссеченным шрамами лицом, в ней больше никого не было. Им троим предводитель пиратов оказал высокую честь.
Особенно сильное впечатление это произвело на юную Долли. Она, может, впервые после кошмара в космосе сумела совладать с чувством страха и всерьез ощутила, что в ней видят теперь не только жертву, не только кусок аппетитного мяса для какого-нибудь насильника-людоеда, но и личность. Ее уважали! И Долли настолько осмелела, и решилась задать вопрос самому Моргану:
– Сэр Генри, а вот эти господа на автокатах за окнами нашего вуатюра оберегают нас от террористов?
– Нет, что ты, детка!
– улыбнулся Морган.
– У нас не бывает террористов. Это просто традиция такая - сопровождать лидера.
– Тогда почему на них такие круто защищенные комбинезондс?
– Тоже традиция, - буркнул Морган, явно давая понять, что сворачивает эту тему.
Долли в своей милой манере продолжала подпускать в речь всякие странные словечки, надерганные из многих языков. Язон-то в силу давнего увлечения лингвистикой понимал ее отлично, а вот теперь выяснялось, что и Морган не слишком отстает по этой части. Во всяком случае, он не переспрашивал, о чем идет речь.
Людей, сопровождавших вуатюр главаря, Язон, конечно, предпочел бы назвать эскортом мотоциклистов (так их, по крайней мере, звали на Кассилии), но автокат - тоже слово неплохое. А вот эсперантское окончание в слове "комбинезоны" - это уж, разумеется, чистый выпендреж. Кстати, никакие это были не комбинезоны, а натуральные скафандры высшей защиты. И Язон сильно усомнился, что террористов на планете совсем не бывает. "Но раз уж Моргану так хочется, не будем затрагивать больной вопрос", - подумал он.