Флибустьерский рай
Шрифт:
– Слышу, - сказала она.
Остановилась, повернулась, долго смотрела в глаза Язону.
– Читайте мысли у кого угодно. Двигайте кубики по столу. А когда настанет время убивать, позовете меня. Ладно?
– Ну, зачем ты так?
– развел руками Язон.
"Неужели она все-таки ревнует?" - мелькнуло в голове.
А Мета вдруг вскинула правую руку и, тремя точными выстрелами сразила трех черных птиц над морем. Остальные с удивительной для их габаритов резвостью разлетелись в разные стороны, оглашая окрестности противным низким курлыканьем.
– Зачем вы убиваете
– обиженно поинтересовалась Долли.
– Не зачем, а почему. Если мы тут в ближайшие дни не займемся делом, я перебью всю живность на этой проклятой планете.
– Не надо, Мета, - попросил Язон.
И тут их снова окликнули. От шоссе в сторону берега спешил очередной сотрудник СД, стройный, подтянутый, в яркой красивой форме.
– В этих животных нельзя стрелять!
– начал он кричать еще на ходу.
Мета равнодушно обернулась.
– А вот в это животное, - спросила она, направляя пистолет в грудь "эсдэшника", - можно?
Наверно, развитие чувства юмора не входило в программу подготовки местных блюстителей по - рядка на дорогах.
– Убийство сотрудника СД при исполнении служебных обязанностей карается согласно пункту двадцать шесть закона флибустьеров...
– Остынь, парень, - перебил его Язон.
– Она просто пошутила. Скажи лучше, тебя Морган послал?
– Да, конечно. Он просил вас надеть браслеты и не снимать их больше нигде.
– И ты принес нам три штуки новых?
– Нет, это ваши старые. Вы оставили их в машине.
– Спасибо, сержант, - сказал Язон.
– Старший сержант, - поправил тот.
А Мета взяла ив сердцах выстрелила еще раз. Уже не по птицам. И не по человеку, конечно.
Она разнесла в клочья маленькое, торопливо бегущее по песку членистоногое, похожее по форме на дистанционный пульт от многофункционального робота.
ГЛАВА 13
Утром, едва проснувшись, Язон набрал номер на браслете, удачно застал Моргана на рабочем месте и сразу взял быка за рога:
– Генри, объясни, как к тебе попасть. Мы приедем прямо сейчас.
– Во-первых, не прямо сейчас, а самое раннее - через два часа, - резко осадил Морган.
– А во-вторых, кто это - мы?
– Генри, ты с ума сошел! Мы же не оставляем девочку надолго одну.
– Вот и не оставляйте. Мета будет с ней, а ты приедешь ко мне.
Тон Навигатора был практически приказной, и спорить казалось бессмысленным. Но Язон все-таки попробовал:
– Генри, но ведь я еще на корабле объяснял тебе, как важно нам разговаривать всем вместе.
– На корабле все было по-другому. А сейчас мы будем общаться один на один. Заодно и расскажу тебе о роли женщин в нашем мире. Жду через два часа. Дорогу объяснит секретарша.
– Вот так, - сообщил Язон, садясь завтракать.
– Поеду к нему один. А вы уж тут не скучайте.
Завтрак, кстати, был великолепен. Продукты, заполнявшие холодильник в их квартире, оказались все отличного качества.
Дожевав первый бутерброд, Язон взял салфетку и написал на ней: "Чтение мыслей пока отменяется". Мета взяла у него ручку и ответила тем же способом: "Тогда давай сразу убивать этого гада". Настала очередь Долли, и она
"Ну вот, чувство юмора к ней уже вернулось!" - с удовлетворением подумал Язон.
После завтрака он закурил и, скомкав "переговорную" салфетку, сжег ее в пепельнице. Все трое улыбались, как заговорщики. Настроение было отличное.
Ночью прошел сильнейший ливень с грозой, а теперь вновь сияло солнце, пахло свежестью и цветущими деревьями, ветви которых заглядывали прямо в открытые окна.
– Ну вот что, Язон, у тебя назрели некие вопросы, я знаю. И все-таки сначала изволь выслушать меня, каким бы многословным я тебе ни казался. Морган ходил по своему огромному кабинету в северном крыле королевского дворца и попыхивал трубкой.
– Мета твоя - отличная баба. Пусть работает с нами, пусть воюет - нет вопросов. И из девчонки этой - Долли ее зовут, правильно?
– тоже можно полезного человека вырастить, если как следует воспитывать. Ради Бога, я тебе не запрещаю. Но сейчас мы будем говорить о делах. А о делах должны говорить только мужчины. Так у нас заведено. Ты ведь уже понял, наверно, флибустьерский закон запрещает нам жениться. На Джемейке много женщин, не принадлежащих никому. Мы можем жить с любою из них одну ночь, одну неделю, да хоть один год, но мы не должны владеть женщинами. А если флибустьер решает связать свою жизнь с одною-единственной подругой, он перестает быть флибустьером. Его не будут за это казнить, он просто станет называться буканьером, витальером или даже приватиром, если вдруг решит возделывать землю и разводить скот. Но даже витальеры и буканьеры, уходя в космос, оставляют своих жен здесь. Женщинам не место на кораблях.
– А как же Мадам Цин?
– не мог не спросить Язон.
– Мадам Цин - редчайшее и величайшее исключение. Но она не просто женщина, - он замялся, - даже не совсем женщина. Ее ведь мужчины в обычном смысле не интересуют. Она удовлетворяется, когда пытает и убивает их.
– В каком смысле удовлетворяется?
– решил на всякий случай уточнить Язон.
– Во всех смыслах, - перечеркнул Морган его сомнения.
– Но она потрясающий боец, и мы всегда берем ее с собою. Вот только к руководству стараемся не допускать. Нельзя бабам стоять у руля, Язон, ну, нельзя! Это абсолютная истина. Да слышит меня Бог в эту минуту. Все. Теперь можешь задавать свои вопросы.
– Вопрос первый, - объявил Язон.
– Что ты намерен делать дальше?
– Да ничего особенного. Отдохнем немножко, и с новыми силами - в бой!
Дэвис уже разработал интересный маршрут. Караччоли предложил встречный вариант - одну богатенькую и плохо защищенную планетку. Пока думаем, обсуждаем.
– Прекрасно, - похвалил Язон.
– Но ты меня, кажется, не понял. Я ведь спрашивал, что ты собираешься делать вместе со мной.
– Я тебя отлично понял, приятель. Но ты же не хочешь вместе со мною чистить торговые корабли и громить братьев наших меньших на недоразвитых планетах. Тебе же это скучно. Я правильно излагаю? Так вот. Ты и придумай, чем заняться. Иначе, зачем я тебя сюда тащил. Гулять вдоль берега моря ты мог бы и на Дархане.