Флора и фауна

Витич Райдо

— Флорой и фауной. Она занимает все мое время, — улыбнулась лукаво, а он загадочно в ответ, но ни грамма удивления, как я ожидала, в его взгляде не проступило. Он понял, о чем я?

— Здесь флорой занимается Канн, а фауна хоть и предоставлена в изобилии, совершенно безобидна для тебя. Завтра же я приглашу сюда священника и служащих из брачной конторы. Мы с тобой поженимся.

— Нет!

— Почему?

— Я уже была замужем — мне не понравилось.

Свобода прежде всего, и пусть ты богат как Крез, узду на меня тебе не купить.

Бройслав чуть отстранился, уставился поверх моей головы:

— Давно?

— И не раз.

Лицо

мужчины потемнело, но взгляд по-прежнему изучал крону кротона.

— Почему развелась?

Потому что для этого брак и заключала.

— Характер скверный.

Бройслав хмыкнул и видно не поверил мне ни в том, ни в другом, потому что лицо посветлело, а взгляд вернулся ко мне.

— В этом мы так же похожи, — он провел по моей щеке пальцами, погладил губы. — Больше не упоминай о своем прошлом, договорились? Мне неприятно слышать, что ты была с другими. Я не знал, что ревнив. Боюсь, эта сторона моей личности может принести нам немало неприятных сюрпризов, поэтому не буди ее. Я дам тебе три дня, чтобы освоиться, а на четвертый мы поженимся. Без возражений!… Пожалуйста.

О, как же ему было тяжело играть роль покладистого млекапитающего!

Я промолчала, хоть язык сам просился высказаться. Особенно на счет ревности. На счет свадьбы — ерунда. Доблестный Гарик выдаст хозяину досье на Багиру, и вулкан ревности смоет любые воздушные замки в его воображении, погребет планы.

Уверена, о женитьбе он больше не заикнется.

А вообще, странный экземпляр — знает меня от силы час и уже делает предложение руки и сердца, но при этом ни на глупца, ни на легкомысленного романтика-идеалиста не похож. В таком типе эмоций минимум, расчета максимум — сама такая, знаю. И вот тебе глупые бредни о любви и совместной жизни. Нашел свою львицу? А с чего решил, что я его? Родимые пятна? Бред. Осталось проштудировать Моуди "Жизнь после смерти" и удариться в мистические тематики по реинкарнации. Только на фанатика этих направлений Бройслав так же не похож, он вообще не похож на верующего во что-то кроме собственных сил. Потустороннее для него из серии постороннего.

Он подхватил меня на руки и понес в ванную комнату, прервав размышления.

— Тебе придется обзавестись женскими вещами, — заметила я, оглядывая чисто мужской набор косметических средств и ванных принадлежностей.

— Не проблема, — заверил Бройслав и начал стягивать с меня рубашку. Мне было ясно — он желал меня вновь, и я не стала противиться. Если он вел себя как голодный, то я чувствовала себя нимфоманкой. И находила в том свою прелесть — этот мужчина знал, что нужно женщине: его поцелуи были жаркими и жадными, ласки властными и нежными — он наслаждался мной, как гурман, и я не могла не ответить тем же. Его тело было прекрасно, но больше всего меня сводили с ума его глаза и… болтовня. Не знаю, понимал ли он, что, разговаривая во время соития, он обостряет ощущения или делал это невольно?

— Ты всегда…разговариваешь?…

— Тебя это смущает?

Я застонала:

— Не-ет…

— Я рад… Обычно это шокирует…

— Понимаю, — улыбнулась, задыхаясь от его ласк, и вцепилась ногтями в его кожу на плече, закричав от взрыва внутри. Его стон слился с моим криком, второй раз порадовав нас дуэтом.

В принципе я могла объяснить себе свое состояние: первый и последний раз, когда я испытывала оргазм, было лет восемь назад, и он был

слабым подобием того, что накрыл меня сегодня второй раз. Это чувство было настолько прекрасно, что я хотела вновь и вновь испытать его, запомнить в точности до нюансов, натренироваться, чтоб плавно обособить его, не зацикливаясь на Бройславе.

Психика человека слишком тонкий инструмент — Энеску как виртуоз сыграл на незнакомых мне струнах и тем уже привязал, а этого я боялась как огня, но и терять то, что он мне дал, не хотела. Выбора не оставалось — сколько бы ни отмерили мне времени в его объятьях — я использую его с максимальной пользой, и пусть миг в минуте моей жизни останется чистым и красивым, как влюбленный взгляд этого мужчины. Я буду хранить его вместе с принцем из детских снов, с тем, кто удивительно похож на него. А может эти две — одно? Оррик…

Нет, чушь, не впадай в маразм.

Я попыталась отодвинуться, и Бройслав тут же крепче обнял меня:

— Не уходи, еще минуту, прошу, — прошептал. Он так долго ждал ее, так долго шел к ней, искал ее, что не мог оторваться сейчас, боялся оставить и на секунду. Нирвана по веем разрекламированным канонам была ничто по сравнению с тем, что испытывал сейчас, рядом с девушкой. Разве он жил до этого, разве что-то знал, разве испытал? — Тебя так долго не было, — прошептал, глядя в глаза.

В его взгляде, голосе было столько неги и боли, что я не удержалась, погладила его по лицу, млея от тепла гладкой кожи под пальцами. "Мой ласковый и нежный зверь"…

В огромной столовой был накрыт стол и уже сидели мои старые знакомые Гарик, Витислав и Галина. Мое неглиже — всего лишь рубашка Бройслава на голом теле смутили лишь Галину. Мужчины же переглянулись: Гарик нахмурился недовольно, Витислав хитро заулыбался.

Бройслав за руки подвел меня к столу, помог сесть и уселся рядом, плечом к плечу ко мне, а ладонь положил мне на ногу, словно предъявил права.

Подозреваю, он наслаждался тайной доставшейся ему по случайности — отсутствием на мне белья. Его глаза весело блестели и взгляд был полон радости и довольства до идиотизма счастливого человека.

— Представь меня своей женщине, — сказал, глядя на Винислава.

— Жене, — поправил тот.

— Тем более.

— Мой друг Бройслав Энеску астроном и просто хороший человек.

— Галина, — кивнула женщина неуверенно, с некоторым смущением поглядывая на мужчину.

— Позвольте представить и мою жену, — взял меня за руку и поцеловал пальчики.

Галя переглянулась с Витиславом и оба заулыбались. Гарик подавился и закашлялся, с возмущением уставившись на Бройслава.

— Еще не жена, — вставила я: вдвоем тешиться — одно, а приглашения рассылать и по радиостанции весь мир уведомлять — другое.

— Жена, — с нажимом повторил Бройслав и взглядом предупредил: перечить мне бесполезно.

— А Гарик против, — заявила я, решив перевести стрелки на своего обидчика, заодно поквитаться.

— Да хоть Папа Римский, — заверил Витислав, отсалютовав мне бокалом вина. — Поздравляю, Хелен, и тебя, Бройслав.

Чтоб ты подавился! — пожелала от души.

— Гарик, позвони менеджерам — пусть подъедут. Елене нужен гардероб и все, что она скажет.

А я скажу-у, будь спокоен — выполнять замучаешься, — улыбнулась ему многообещающе и принялась за спаржу. Энеску ел лениво, поглядывал на меня и поглаживал мои ноги.