Фокусник? Шляпник

Tigrewurmut

Комментарий к Глава 1.

Не вычитывал.

* Не ошибка.

*Тю сэ - “ты понял” с французского.

Дамблдор:

https://goo.gl/photos/huhTCoPwvMkZM1vy9

https://goo.gl/photos/F4bc4uiwm9LbtmCk9

========== Глава 2. ==========

– С днём рождения, Кевин, – тепло произнёс дед, похлопав меня по плечу.

Мы были в главном зале нашего поместья. У стен стояли серебряные канделябры, и на каждом из них размеренно горели желтые ароматизированные свечи, дарующие чудесный аромат хвои.

Дед обожал эти свечи, они

делались на заказ и стоили… прилично они стоили, я не совсем понимал эту его причуду, связанную с ароматизированными свечами, но особых причин такой любви к ним у старика не было. Ему просто нравились свечи. Причём именно такие. И он зажигал их только на праздники, это можно назвать его личным ритуалом.

Я сидел около деда, передо мной начинался длинююющий трапезный стол, украшенный разнообразными яствами, состоящими из сладостей.

Я говорил, что люблю сладости?

Но мой взгляд был сфокусирован на одной единственной тарелке с большим, пышным… тортиком. Супер тортик, состоящий из трёх ярусов. Нижний – зелёный крем, вкуса киви, средний – белый лимончик, верхушка – нежная карамель…

Из моих глаз пошли слёзы счастья.

– Дед, я говорил тебе, что очень люблю… тортики?

– Сладости-сладости! – Эмили всегда разделяла моё мнение.

– Эх, внук, а сказать, как сильно ты любишь старого дедушку, нет? – мужчина закатил глаза, но всё равно улыбался.

– Ты очень напоминаешь мне торт. Только старый и морщинистый. Доволен?

На меня махнули рукой, после чего мои волосы взъерошили.

– Я долго думал, что тебе подарить, пока не вспомнил об одной реликвии нашего рода. Когда я говорю реликвии, я реально считаю эту вещь одним из ценнейших экземпляров, что я видел в своей жизни. Заинтриговал?

– Интрига-интрига, ке-ке-ке! Кровь, насилие, безум-… – я заткнул рот Эмили, а сам почесал кончик носа, задумчиво кивнув.

– Пока ешь, сейчас принесу, и ты сам всё поймёшь, – произнёс дед, аккуратно погладив мою спину.

Я вновь кивнул и принялся уничтожать торт. Это было моим главным заданием и целью, я был рождён для этого… все мои решения, принятые в жизни, вели меня к этому моменту!

Дед пришел минут через десять, к этому моменту от торта остались одни воспоминания. Два килограмма исчезли в пучине бездны, и никто никогда не узнает, что с ними случилось.

– Ого… Мистер Дамблдор не лгал, ты настоящий волшебник, – нарочито серьёзно произнёс дед, сдерживая в руке небольшую бархатную шкатулку. – Как ты вообще в одиночку справился с этим тортом?

Она была серой и покрытой вязью зелёных линий, я впервые видел эту шкатулку.

– Он был моим испытанием, – печально произношу, оглядывая вилку в руках, – сильный противник, но мастерство оказалось сильнее кремового врага.

– Ясно всё с тобой. Держи.

Я вытер руки об полотенце и аккуратно принял шкатулку, начав с интересом разглядывать её со всех сторон.

Красивая, ткань мягкая и гладкая. Решаю больше не ждать и открываю её, с интересом вынимая на свет

жёлтый, немного потрескавшийся пергамент, сложенный в несколько раз. Казалось, что он распадётся на пыль от одного моего прикосновения, поэтому держал его я очень осторожно.

Под листиком лежал золотой крест с большим рубином, вставленным прямо в центр реликвии. Все концы крестика были заострены, через всю продолжительность креста проходили вязи латыни, причём старой версии.

Да, я знал латынь, дед заставил меня изучить её, большинство книг в нашей библиотеке были именно на этом древнем языке, дед говорил, что так наши предки скрывали тайны рода от посторонних, ведь очень малый круг людей изучал именно этот язык, тем более у нас был свой шифр, с помощью которого можно было узнать истинную информацию, сокрытую в книгах.

Зачем подобное оценщикам? Ооо, причин много.

Начнём с того, что в нашем доме есть «несуществующая» книга да Винчи, которую заполучил наш предок. Её чертовски трудно читать, потому что этот великий учёный писал зеркально, а в некоторых местах вообще задом наперёд.

К слову, я же говорил, что дед у меня мирового уровня?

– Я не крещён, – напоминаю старику важную информацию. – И вообще-то, я волшебник. Или у тебя, наконец, зародилось чувство юмора? Помнишь, мы недавно ходили в лес на охоту, и я взял лопату? Ты ещё спрашивал, зачем она мне?

– К чему это?

– Мы хоронили твоё чувство юмора, ке-ке-ке!

Дед фыркнул и щёлкнул меня по носу, заставив поморщиться, после чего вынул из шкатулки крест и обвязал его вокруг своей ладони, став полуприкрытыми глазами разглядывать реликвию под танцующим светом свеч, заставляющих рубин мистически поблескивать.

– Наши предки побывали всюду, не все были оценщиками, но родовая деятельность должна продолжаться, это наша обязанность продолжать её. Эта вещь считается святой, церковь считает её утерянной, поверь, за эту штучку могут убить. И я не шучу, очень многие хотели бы её заполучить. Ещё сто-сто пятьдесят лет назад за этот крестик могли начать войну.

– Прекрасно.

– А теперь самое интересное, эта штучка первоначально принадлежала Генриху Крамеру. Он влился в наш род, как он заполучил крест – неизвестно, но письмо, что ты так умело испачкал кремом, писал он лично. Пергамент восстанавливали двадцать три раза, если тебе интересно.

– Крамеру… – что-то такое крутится в голове, а, вспомнил! – Ты шутишь? Он написал «Молот ведьм», хе-хе, сколько он там на костёр отправил? Две сотни человек? Больше? Ах, чудесный человек.

– Не нам его судить, – спокойно отозвался дед, одобрительно кивая моим знаниям. – Он был уверен, что его послал сам Господь Бог, чтобы очистить мир от ереси. В своих руках ты держишь крест, что переходил из рук Главного Инквизитора в руки следующего Главного Инквизитора, лишь достойнейшие получали его. Предки верили, что он оберегает от малефики и зла, поэтому надеюсь, что он убережёт и тебя, мой юный волшебник.