Формула смерти
Шрифт:
Работая, как проклятый, всю ночь, он отдавал отчет, что допускает ошибки. В охватившей его панике и наступившем переутомлении Магнус не осмелился делать выводы из того, что ему удавалось обнаружить, не сомневаясь, что у Фонтаны созрел какой-то сценарий, в котором этому психопату отводится главная роль. Но, конечно, нельзя спрашивать об этом. Страшно подумать, что уготовано ему самому в этих планах.
После нескольких часов напряженной работы, посмотрев в окно, доктор удивился наступившему утру: небо, затянутое тучами, моросящий дождик, на часах — десять минут девятого.
Сравнивая
Пока преступника не арестуют, не представится возможности идентифицировать оставленные им следы зубов. Магнус обратил внимание на их специфику — зубы преступника имели эллиптическую форму.
Среди зловещих предметов, привезенных с Западной двенадцатой улицы, несколько вещей представляли особый интерес.
Обгорелый клочок анатомической схемы с указанием болевых точек на теле человека имел сопроводительный пакет на китайском языке — такими схемами обычно пользуются те, кто занимается восточными боевыми искусствами или медициной. Очевидно, знание наиболее уязвимых мест на теле человека помогало преступнику справиться даже с молодыми и сильными мужчинами.
Убийцу привлекало все китайское. Магнус обнаружил три пузырька с китайскими лекарствами: мазь Ванлинг, применяемую против укусов насекомых и раздражения кожи, жидкую мазь Туджин, рекомендуемую против чесотки, и мазь Чунг Ван Хунг, используемую для лечения ожогов. Был еще пузырек с таинственным веществом, цветом и запахом напоминавшим соевый соус. Магнус решил, что это тоже какое-то лекарство.
Из трех лекарств убийца предпочитал Чунг Ван Хунг, из чего можно заключить, что Мясник, торопясь уничтожить останки жертв, часто обжигался сам. Фонтане нужен человек с серьезными ожогами ладоней, пальцев и запястий, в достаточной степени владеющий восточными боевыми искусствами, а искать он посоветует прежде всего в Чайнатауне, китайском районе Нью-Йорка.
Магнус остался доволен собой — в короткий срок, используя такой скудный материал, ему удалось узнать об убийце достаточно много. Печалило только одно: никто, и уж конечно, не Фонтана, никогда не оценит его квалификацию и талант.
Появление Магнуса на первом этаже ни у кого не вызвало ни удивления, ни подозрений — доктор часто работал ночами, — и даже его измученный вид не привлек внимания. Магнус был в курсе слухов, ходивших в Бюро. Говорили разное: его здоровье пошатнулось, сидит на лекарствах, причина одутловатости — в чрезмерном употреблении кортизона; утомленный вид и рассеянность — от семейных проблем, а значит, вполне возможен развод. Но пока эти разговоры его не беспокоили. Никто не догадывался, что каждые несколько недель он получает от Сэма, встречающего его в туалете, несколько тысяч долларов наличными.
Оказавшись в своем кабинете, доктор позвонил в сыскное агентство Фонтаны. Его в конторе не было,
Когда Магнус рассказал Фарреллу о результатах своей ночной работы, тот сказал:
— Рэй просил поблагодарить вас и передать, чтобы вы ждали друга с посланием.
Фаррелл повесил трубку, а Магнус недоумевал, о каком друге и каком послании шла речь? Единственное, что пришло на ум: друг — это Сэм, а послание — деньги. Деньги, помимо того, что на них можно купить много полезных вещей, сами по себе вселяют уверенность и радуют сердце. Сегодня он вдруг почувствовал, что кругленькая сумма больше не волнует и не воодушевляет его — он так привык к этим почти ежемесячным поступлениям, что радость от обладания ими притупилась, осталась только потребность, которую нужно постоянно удовлетворять.
Магнус выходил из дверей своего кабинета, когда к нему подбежал один из патологоанатомов. Хотя доктор сам брал его на работу, он так и не смог запомнить его имени — что-то вроде Нагайамы или Накайамы. То ли от волнения, то ли от страха перед начальником он проглатывал слоги. Магнусу показалось, что слышит японский язык, но отдельные слова напоминали английские. Из всего этого словесного потока Магнус понял, что нужно срочно осмотреть какое-то тело, находящееся в комнате для вскрытий.
Нагайама или Накайама продолжал говорить, и Магнус уловил еще несколько слов: огнестрельная рана и самоубийство.
Труп лежал на столе, накрытый простыней. Магнус подошел и сдернул ее с лица. У него чуть не остановилось сердце, во рту стало сухо, сбилось дыхание, он понял, что имел в виду Фонтана. Слово «послание» подразумевало не деньги, оно перед ним — Фрэнсис Холмс.
Глава 10
Детектив Джим Грачик слушал Гейл со скептической улыбкой на лице. Ему было немногим больше тридцати, волосы его были ровно такой длины, какой позволяли установленные правила. Он чувствовал себя как рыба в воде, имея дело с ограблениями, угонами автомобилей или налетами, но не с заговорами. Время от времени детектив переставал записывать то, о чем рассказывала Гейл, поднимал на нее глаза и смотрел так, словно она несла ахинею.
Грачика больше интересовали детали ее собственной жизни, а не Магнус или Фонтана. Сколько времени она работает в Белвью? Сколько времени сотрудничает с Бюро судмедэкспертизы? Замужем ли она? Что случилось с ее мужем? Эти вопросы не имели ни малейшего отношения к делу, с которым она сюда пришла.
Слово за слово, она поняла, почему Грачик так интересовался ее прошлым. То, о чем она ему рассказывала, звучало так вопиюще невероятно, что вполне естественно ему прежде захотелось узнать, с кем он имеет дело и насколько ей можно верить.
— Этот человек, Фонтана… — Грачик опустил взгляд в свои записи, чтобы убедиться, что произносит имя правильно. — Я не понимаю его роли во всем этом.
И снова Гейл принялась объяснять ему все по порядку, но чем больше он ее слушал, тем меньше верил. Возможно, он ждет, рассуждала Гейл, когда она проявит себя психически неуравновешенной, чтобы отделаться от нее и заняться более серьезными делами.
— Я вам уже объясняла, — говорила она с растущим раздражением, — именно Фонтана организует закрытие дел.