Формула смерти
Шрифт:
Грачик стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, и терпеливо ждал объяснений. Но какие могли быть объяснения?
Глава 11
День тонул в моросящем тумане, поглотившем верхние этажи Мирового торгового центра — исчезли все цвета, кроме оттенков серого. К полудню Фонтана и Фаррелл нашли наконец Шестьдесят девятую улицу в Чайнатауне. Магазин, расположенный по адресу, который дали в полиции, не имел вывески на английском языке, только на китайском, видимо, его владельцы считали, что
Только в этом магазине можно было приобрести мази Ванлинг, Туджин и Чунг Ван Хунг. Фонтана подошел к прилавку, из-за которого его приветствовала улыбкой маленькая китаянка.
— К вам приходит один мужчина, красивый американец лет тридцати. Он называет себя Дэн или Дэниел.
Это описание предоставил Фонтане домовладелец с Западной двенадцатой улицы, тощий, робкий старичок, который сделал это скорее со страху, чем из благодарности за немалую сумму, выданную ему Фонтаной. По словам домовладельца, этот Дэн — очень приятный молодой человек, не причинявший никому беспокойства, тихий, скромный и очень вежливый. Плату за квартиру вносил всегда вовремя, помогал старым леди и даже смотрел за детьми, когда их матери шли в магазин за покупками. Но самой замечательной его особенностью являлась его необычайно изысканная красота — от него невозможно было отвести глаз. Но с мужчинами Дэн не спал и презирал тех, кто это делал.
После нескольких секунд сосредоточенного размышления китаянка кивнула головой и затараторила то ли по-китайски, то ли по-английски.
Фонтана посмотрел на Фаррелла. Тот пожал плечами.
— Убей меня Бог, если что-нибудь понял!
— Она, наверное, думает, что мы хотим купить что-то из этой дряни!
Фонтана понял, что продолжать расспрашивать женщину о Дэне не имеет смысла. Он достал из кармана пузырек с неизвестной жидкостью, пахнущей как соевый соус.
— Такое у вас продается?
Китаянка состроила гримасу и покачала головой.
Фонтана спросил, медленно и четко выговаривая слова:
— Есть здесь поблизости школа карате или кунг-фу?
Лицо женщины засветилось пониманием.
— Кунг-фу, карате? Да, — она неистово закивала головой, довольная тем, что поняла, чего хотят эти два джентльмена.
Вышла из-за прилавка и подошла к входной двери.
— Это там, о’кей? Идете улица Пелл, о’кей? Этот номер, о’кей? — она нацарапала на кусочке розовой бумаги номер 131 и сунула его в руку Фонтаны. — О’кей?
— О’кей. Большое спасибо.
— Да, наверное, знаю, о ком вы говорите, — сказал им человек, которого они обнаружили по указанному китаянкой адресу. Пол и стены помещения сотрясались от прыжков и выпадов учеников, отрабатывавших свои приемы и при этом не забывавших кричать каждый раз, когда поражали воображаемого противника.
— Он занимается здесь?
—
Дождь усилился, они сразу промокли насквозь, но Фонтана этого не замечал — увлекся поиском, несся по следу, чувствуя, что двигается в нужном направлении.
Дом, который они высматривали, находился рядом с салоном красоты «Хип-Ки». В его окне маячили мужчины в белых халатах, суетились вокруг чинно восседавших в креслах клиентов, стригли и укладывали волосы.
Фонтана и Фаррелл увидели рядом гостеприимно распахнутую дверь, вошли, поднялись по широкой лестнице на второй этаж, где услышали все то же ритмичное топанье, звуки ударов и истошные вопли, сопровождавшие их.
— Вот мы и на месте. У меня такое ощущение, что здесь нас поджидает удача, — сказал Фонтана и, поймав полный сомнения взгляд Фаррелла, добавил: — Моя интуиция еще никогда меня не подводила, поверь мне.
Они оказались в тесном помещении с посыпанным опилками полом. На стенах висели сабли и цепи, но самое главное — анатомические схемы с сопровождающим текстом на китайском языке. Фонтана подмигнул Фарреллу: попали как раз туда, куда надо. Но никого, кто хотя бы отдаленно напоминал Дэна, среди бойцов не было.
Учитель, рослый мужчина, с наголо выбритой головой и сардонической улыбкой, время от времени выкрикивал команды по-китайски, ученики, в возрасте от десяти до пятидесяти лет, беспрекословно им подчинялись.
Школа боевых искусств оказалась настоящим проходным двором: под ногами крутились китайские ребятишки, туда-сюда сновали китаянки, молодая, стройная белая женщина, похожая на тех, каких вербовал в свою секту пресловутый Мун, предлагала миндаль всякому, кто хотел его отведать, и очень обижалась, если кто-нибудь отказывался. Она оказалась единственной, кто обратил внимание на вновь прибывших.
Фонтана вдруг увидел что-то на листе растения, стоявшего в углу, и, заинтересовавшись, подошел к нему поближе. Богомол, но таких больших экземпляров Фонтана еще не видел. Несколько секунд человек и насекомое смотрели друг на друга, словно оценивая потенциальные возможности.
— Ты задумывался, что у них на уме? — спросил он Фаррелла, но тот не мог понять, с какой стати Фонтана так заинтересовался какой-то букашкой.
— Нет.
— Знаешь, в чем твоя беда, Макс? В полном отсутствии воображения, — он вдруг насторожился и поднял указательный палец.
— Чувствуешь запах, Макс?
— Воняет опилками и потом.
— Не чувствуешь запаха соевого соуса? — Фонтана оглядел комнату и увидел стеллаж с пузырьками и бутылочками.
— Учитель Чу может вылечить любую болезнь, — раздалось у них за спиной. Это заговорил один из учеников, только что закончивший тренировку — юноша с полукитайскими-полуевропейскими чертами лица. — Он изготовляет снадобья сам и лечит все болезни.
— Можно подумать, он волшебник!