Фраера
Шрифт:
Часть первая
Чёрный вице-консул
Глава первая
Разведённые мосты
Опустив стекла на обеих дверцах и подставив лицо тугим струям врывающегося в прокуренный кожаный салон свежего, пахнущего морем воздуха, я гнал свой джип «мерседес» по пустынным улицам утонувшего в белых ночах Питера, выжимая из спрятанного под капотом мощного турбодизеля все до последней капли.
Но я таки опоздал к Неве – на каких-то несчастных две минуты. Уже блокированный милицией Дворцовый мост, так
Делать было нечего, и я, беззлобно выругавшись и вспомнив растянувшуюся совсем некстати на целых два часа «одну чашечку кофе», выпитую мной в гостях у кудрявой восемнадцатилетней Оксаны, сбавил скорость.
Свернув вправо, остановил отливающий новеньким зелёным перламутром внедорожник возле гранитной набережной, рядом с Эрмитажем.
Поразмышляв секунду, побарабанил пальцами по рулю, со вздохом заглушил мотор, закурил сигарету, опёрся на баранку локтями и, положив подбородок на ладони, задумчиво уставился перед собой.
Если ехать в объезд, то для того, чтобы попасть на ту сторону Невы, мне придётся исколесить полгорода сначала в одном, а затем в противоположном направлении, делая совсем уж неоправданный крюк в добрую сотню километров и выруливая по сумасшедшей дуге с Московского на Мурманское шоссе. И только для того, чтобы преодолеть водную преграду в несколько сот метров.
Немудрёно, что эту затею я вообще никогда не принимал всерьёз. Тем более в последний год, когда, в отличие от недавнего прошлого, я уже не торопился по вечерам в мою отражающую эхо роскошную квартиру на Среднем проспекте, с высокими арками, ванной-джакузи и зеркальным потолком в спальне. Она в одно мгновение стала для меня пустой и неуютной, как тесный номер с клопами и немытыми окнами в единственной гостинице маленького провинциального городка…
Так случилось, что дома меня уже никто не ждал, с тех пор как оттуда, не сказав на прощание ни слова и оставив после себя лишь пушистые тапочки, флакончик подаренных мной духов и коротенькую записку с просьбой «не искать меня», не объясняя никаких подробностей, ушла Маша.
Это выглядело тем более удивительно, что никаких причин, подвигнувших бы её на столь стремительный разрыв, не существовало и в помине, скорее совсем наоборот. Мы близко знакомы с ней уже шесть лет и были по-настоящему счастливы.
Обнаружив пропажу любимой девушки, я пережил шок и немедленно принялся за её активные поиски, логически начав с родительских пенатов.
Но Машины предки, с которыми у меня сложились более чем доверительные отношения, только беспомощно разводили руками. Оказывается, незадолго до моего приезда Мария позвонила им по телефону и, не объяснив причин, коротко сообщила о нашем с ней окончательном разрыве. Сказала, что уезжает в другой город, где ей, как специалисту по изделиям дома Фаберже, уже давно предлагали хорошую и перспективную работу в одной из крупных антикварных компаний…
Она ещё раз позвонила не находящим себе места родителям только спустя неделю и полным демонстративного
А перед тем как попрощаться и оставить перепуганным столь радикальными переменами в жизни дочери родителям номер своего сотового телефона, попросила передать Глебу Микульчику, то есть мне, «огромный пламенный привет и искренние пожелания счастья в личной жизни».
И снова – ни единого намёка на побудившие её уехать причины!
До глубины души оскорблённый столь дерзким поступком Маши, я, несмотря на настойчивые уговоры её родителей, не стал унижаться и звонить в Хельсинки, требуя каких-либо объяснений. К тому времени я уже имел некоторые соображения насчёт причины стремительного бегства Марии, но не собирался делиться ими с кем бы то ни было.
Но самым скверным в этой истории было то, что я до сих пор любил Машу и, не признаваясь в том даже самому себе, подсознательно мечтал, что однажды она позвонит, вернётся и мы снова будем вместе!
Увы, это походило на наивные фантазии конопатого подростка, вечерами напролёт мокнущего под холодным дождём возле подъезда в ожидании, что из него выйдет прекрасная и недоступная блондинка из параллельного класса, увидит его страдания, пожалеет и первой пригласит вместе сходить в кино и на дискотеку.
Взрослый мужик, миллионер, как мальчишка, верил в сказку…
Вот так, не сделав ровным счётом ничего предосудительного, я неожиданно остался совершенно один, если не считать верного друга Хаммера и его жены Ирины, ставших для меня едва ли не второй семьёй.
После исчезновения любимой девушки, чтобы хоть как-то забыться, я с головой ушёл в работу. В своё время мы на паях с Сергеем организовали сыскное агентство «Поиск». Сами, конечно, розыском не занимались – работали с клиентами. А заказы выполнять нанимали специалистов.
Кроме того, я решил усовершенствовать свой английский, осваивая с помощью репетитора его тонкости, и догнать в этой области Павлова. Хотя мы вместе закончили годичные курсы, у Серёги спикать получалось аккуратнее.
Жизнь снова потекла своим привычным руслом, а освобождённое Машей место «дамы сердца» изредка и ненадолго занимали весёлые, смазливые и не претендующие на серьёзные отношения современные девушки.
С одной из них, маникюршей Оксаной из салона-люкс «Венеция», именно сегодня вечером у нас было первое полноценное рандеву. Из-за него во второй раз за это лето я и опоздал к ночному разводу мостов…
Глава вторая
Встреча с прошлым
Стряхнув пепел в открытое окно и скользнув равнодушным взглядом по противоположной стороне Невы, я вдруг заметил нечто, заставившее моё сердце на миг утроить частоту ударов, а память – вернуть меня на целую жизнь назад. В то незабываемое время, когда мы с Серёгой, находясь на срочной службе в ВМФ, неожиданно обнаружили на дне реки затонувший ещё во время блокады буксир, в ржавом остове которого дожидался своего часа железный ящик из-под патронов, заполненный золотыми ювелирными изделиями и старинными монетами.