Франческа

Смит Джоан

– Но ведь он – лорд! – в ужасе ответила служанка. Провести его в дом было довольно волнительной процедурой. Как она могла так просто его выпроваживать?

– По-моему, он – идущий напролом негодяй. И если он станет неприлично себя вести – позовите мистера Кейна.

Она поднялась и пошла в дом – не для встречи с лордом Дивэйном, а для ђого, чтобы убедиться, что он не посмел туда войти.

Служанка, дрожа, ушла выполнять приказание. "Она говорит, что я должна передать Вам, будто ее нет дома. Извините, милорд", – сказала она, покраснев.

Дивэйн

нахмурил свои черные брови. Он глубоко вздохнул, так хотелось выплеснуть на кого-нибудь все свое раздражение. И это была награда за то, что он мотался по всему городу и по всем этим окрестностям, чтобы помочь леди Кэмден?!

– Прошу Вас, скажите ей, что это чрезвычайно важно. Дело, которое принесет ей большую пользу, – сказал он сквозь зубы, совсем разозлившись.

Служанка побежала к леди Кэмден и застала ее в утренней гостиной. Франческу влекло к Дивэйну, как магнитом, и это было самое близкое к нему место, куда она могла придти, не будучи им замеченной. Служанка передала сказанное Дивэйном. Леди Кэмден вся напряглась и ответила:

– Пожалуйста, передайте лорду Дивэйну, что мои представления о том, что будет полезно мне, существенно отличаются от его мнения на этот счет. У меня нет желания видеть его, никогда.

– Но он утверждает, что это что-то очень важное. Чрезвычайно важное.

– Не для меня, – сказала Франческа и отвернулась, чтобы выйти из комнаты.

Служанка вернулась к Дивэйну.

– Она говорит, что Ваши и ее представления о ее пользе сильно отличаются и что она никогда не хочет видеть Вас, милорд.

Дивэйн был в ярости. Он теребил в руках письмо от Мондли и готов был пройти к леди Кэмден без разрешения.

– Можно мне, в таком случае, поговорить с миссис Трэверс?

– Она сейчас на собрании. Проходите сюда, – добавила служанка, кивнув головой в сторону гостиной. За дверью был слышен шум женских голосов. Видимо, они были заняты какой-то работой.

– Это очень важное собрание? Нельзя ли ее побеспокоить? – продолжал настаивать на своем Дивэйн.

– Нет, это благотворительное собрание. Я ее позову. Чтобы вызвать миссис Трэверс, она с важным видом сказала:

– Лорд Дивэйн хочет поговорить с Вами, мадам. Он очень настаивает.

– Лорд Дивэйн? – спросила Мэри, явно озадаченная. – Кто бы это мог быть?

– Это друг леди Кэмден, только она не хочет с ним разговаривать.

Мэри было очень любопытно и к тому же довольно приятно и лестно, что ее вызывает для разговора лорд. "Мне лучше пойти поговорить с ним и узнать, что он хочет", – сказала она, направившись к двери.

За время этой короткой паузы Дивэйн напустил на себя самый обманчивый вид. Обычно, при желании, он всегда мог очаровать дам, а теперь, кажется, ему потребуется в этом доме сообщник, чтобы добраться до Франчески.

Мэри увидела чрезвычайно элегантного джентльмена с интригующей улыбкой. Всякое выражение властности моментально исчезло с его лица, подобно весеннему соку, вытекающему из сосны. Он очень изысканно

поклонился и сказал:

– Не может быть, чтобы Вы были миссис Трэверс! Я предполагал увидеть даму несколько старше.

Мэри покраснела и очень мило заулыбалась.

– Да, я действительно, миссис Трэверс, лорд Дивэйн. Чем могу быть Вам полезна?

– Не могли бы мы несколько минут поговорить с глазу на глаз?

Она провела Дивэйна в кабинет своего мужа.

– Я полагаю, это касается Фрэн, леди Кэмден?

– Именно. Мы немного поссорились с ней, – сказал он с печальной усмешкой. – Она даже отказывается видеть меня, но мне просто необходимо обсудить с ней очень важное дело. Может быть, если Вы скажете ей, что это касается бриллиантового ожерелья… – он вдруг резко замолчал.

– Она посвятила меня во все тонкости этого дела, – сказала Мэри непринужденно.

– А, хорошо, – он вновь улыбнулся, уже более естественно. – Я боялся, что не так сказал что-то. У меня есть новости, которые, уверен, она будет рада услышать.

Если Мэри и знала что-то о Френ хорошо, так это то, что она была упряма: как бык. И если уже отказалась видеть этого чертовски красивого лорда Дивэйна, никто ее не переубедит. "Не могли бы Вы рассказать мне суть дела, какие у Вас новости?…"

Дивэйн помял в руках письмо Мондли. Ему очень хотелось посмотреть, как Франческа будет читать его, но поскольку это было невозможно, он передал письмо миссис Трэверс. "Я подожду ее ответа," – сказал он.

Мэри прошла в зал, где встретила служанку. "Где леди Кэмден?

– Она ушла в свою комнату, – сказала служанка. – Мне отнести ей это письмо?

– Нет, я сама это сделаю.

Мэри помчалась наверх, постучала в дверь и ворвалась в комнату Франчески, радостно размахивая письмом.

– Френ, что у тебя произошло с лордом Дивэйном, что ты так ужасно обращаешься с ним? – сразу же стала она бранить Франческу. – Он невероятно красив, и я уверена, что он влюблен в тебя. Он передал эту записку. Здесь говорится о бриллиантах.

– Он влюблен только в себя] – резко ответила Франческа, взяв при этом письмо и развернув его. Того благодарного прилива эмоций, которого так ждал Дивэйн, не произошло. Она нахмурилась и прочитала письмо вторично, а затем и третий раз.

"Мне удалось сегодня получить обратно наше фамильное ожерелье. Я искренне прошу извинить меня за то, что думал, будто Вы вовлечены в исчезновение этой драгоценности и покорно прошу Вас простить меня. Естественно, я сообщу своему адвокату о таком повороте дел. Вы можете без стеснения вернуться в дом на Хаф Мун Стрит, если пожелаете. Искренне Ваш, Мондли."

Франческа была поражена. "Мондли получил обратно свое ожерелье," – сказала она, все еще удивляясь, как это произошло. – "Как Дивэйн узнал об этом? Какое это имеет отношение к нему. и почему это он передает мне такое письмо?!" – стала задавать она вопросы, когда любопытство уступило место раздражению.