Фронт
Шрифт:
Майор. Вам пакет, товарищ командующий. (Подал.)
Огнев распечатал, читает.
Колос. Замерзли?
Майор. Мне было жарко, и очень.
Огнев. За предупреждение благодарю начальника штаба фронта, но об этом я говорил еще до начала операции. (Передает пакет Колосу.)
Колос (прочитав).
Огнев. Вы лучше скажите, связь с танковым корпусом уже есть?
Майор. Кажется, нет, точно не знаю.
Огнев. Где он вчера был?
Майор. Не ориентирован.
Огнев. Почему наш сосед, генерал Орлов, спит? Немцы коридор наш уже простреливают.
Майор. Что простреливают, я в этом убедился. А почему они спят, не могу знать.
Огнев. Какого же черта вы приехали, товарищ Немогузнать? Вы — офицер штаба или посыльный?
Майор. Мое дело — передать вам пакет и назад...
Огнев (перебивает). Передать — и черт с вами? Скорей дайте поесть, заправьте машину, нам срочно возвращаться. Так?
Майор. Я хочу сообщить неприятную вещь. К вам я насилу проскочил. Ваш узенький коридорчик уже не существует. Меня обстреляли из минометов, чуть не погиб. Я не понимаю, куда вы смотрите? Вы теперь отрезаны, вы окружены.
Огнев. Что?
Майор. Да, да, это факт.
Огнев. Встаньте.
Майор встал. Огнев смотрит на него с презрением.
Пойдите в домик напротив к моему коменданту и скажите, что я приказал вас арестовать.
Майор. Я представитель штаба фронта.
Огнев. Молчать! Исполняйте приказ!
Майор. Слушаюсь, слушаюсь, товарищ командующий. (Вышел.)
Колос. А я думал, ты его сейчас стукнешь. Вот трус, вот шкура!
Огнев. Жаль, что он из штаба фронта, а то бы я его от слова «окружение» отучил навеки.
Входит капитан, начальник связи.
Капитан. Товарищ командующий, шифровка.
Огнев (взял, читает, передал Колосу). Как связь?
Капитан. Мешают разряды, и немцы подняли тарарам в эфире, но держим.
Огнев (Колосу). Как тебе это нравится?
Колос. Ничего не понимаю.
Капитан. Разрешите быть свободным?
Огнев. Идите.
Капитан
Колос. Командующий фронтом или ничего не понял, или не хочет понять. Закрепляться здесь и ждать, чего ждать?
Огнев. Покуда немцы не подтянут все, что могут. А потом скажет: что же это вы, голубчики, влипли, сколько я вам мозги вправлял? Куда смотрели? Что же, прикажете теперь голову вам поотрывать?
Колос. Непременно. Чтоб его черти взяли, старый бык! И откуда у него все это взялось?
Огнев. А все недалекие люди такие. Добравшись до власти, любуются собой и любят только поучать и ругать. И обязательно всем хотят дубиной мозги вправлять. (Звонит телефон. Взял трубку.)Да... А вы где находитесь? Заходите.
Колос. Кто?
Огнев. Мой начпоарм Орлик. Вот дьявол, вчера его чуть не угробили! Осколками руку поранило. Лезет всегда в самое пекло.
Колос. А я думал, он у тебя философ.
Огнев. Грамотный, был когда-то политруком, на двух языках говорит. Я его так профессором и называю.
Колос. И характер крепкий...
Огнев. Ого! Ты не смотри, что худенький и в очках, кости может поломать любому.
Колос. А у меня комиссар, Онуфрий Стратегов, здоровый-здоровый, насилу лошадь ему нашел, чтоб выдержала, но насчет грамоты не больно. Правда, на коне держится хорошо, ездит отлично, любит коня.
Огнев (смеется). Фамилия-то чего стоит. Стратегов! И где ты его выкопал?
Колос. Прислали. Я его называю Онуфрий Копыто. Это ему больше подходит.
Огнев. И не обижается?
Колос. Нет, он же понимает...
Входит начпоарм Орлик, рука у него перевязана.
Огнев. Я на вас в обиде. Зачем вы в бой с третьим батальоном пошли? Не к лицу начпоарму очертя голову...
Орлик. Из дивизии сообщили, что в третьем батальоне начались нехорошие разговоры.
Огнев. Кто же это там орудует? Нашли?
Орлик. Да, политрук был там очень бдительный товарищ, сверхбдительный, все обнаружил сразу и доложил по начальству. Ко мне пришло уже целое дело. Орудовали там два человека, и, представьте, оба — награжденные орденами.
Огнев. Что такое? Какие разговоры вели?
Орлик. Очень опасные. (Смеется.)Подумайте, они говорили, что командир батальона — настоящий барин, и политрук — тоже, завели себе повара, жрут за пятерых. А кухня для бойцов работает ни к черту; бойцы побили морду повару за то, что всегда варит бурду.