Фронтир. Город в степи
Шрифт:
— Уходим.
Вопросов не последовало. Да и к чему? Преследовавший их противник понес значительные потери, и пусть большинство валийцев только ранены — а иначе и быть не может, — преследовать беглецов они не решатся. Возможно, оставайся в строю хотя бы один из сержантов, стычка могла бы иметь продолжение. Однако Сергей видел, что если кто и остался из командиров, то лишь капралы. Разумеется, может найтись и среди рядовых тот, кто сумеет подобрать бразды правления и возглавить погоню, но Варакин сильно в этом сомневался. Такова суть наемников, они служат за деньги. Ну и зачем
Другое дело, если бы им могли что-то предъявить и подвести под суд. Но в данной ситуации на этот счет волноваться не стоило. Командование выведено из строя, у оставшихся в седле полным-полна коробочка забот о павших и раненых. Так что остается только зализывать раны и возвращаться в форт.
Лошади оказались там, где их и оставили друзья, примерно в сотне шагов от позиции. Заводная вела себя довольно нервно, все время переступая ногами и прядая ушами. Как видно, она оставалась на месте лишь стараниями Грома и Бурана, присматривающих за живым транспортом.
Матерые псы встречали своих друзей, внимательно следя за их приближением, в готовности в любое мгновение сорваться с места. Но на этот раз их помощь не потребовалась. Воспользовавшись тем, что собаки отвлеклись, заводная попыталась убежать. Но чуткие пастухи быстро вернули ее обратно, преграждая путь и угрожающе рыча. Она, может, и смогла бы убежать, но брошенные под ноги поводья мешали лишь чуть меньше, чем путы на ногах.
— Правильно, Гром, нечего отбиваться от коллектива.
Хват перебросил поводья своей лошади, взлетел в седло и подъехал к растерявшейся заводной. Вот ее повод уже в его руке, взгляд на командира. Кивок. И троица понеслась прочь от места боя, забирая к Изере.
— Если бы тогда мы не бегали, а встретили арачей на каком-нибудь холме, получилось бы ничуть не хуже, чем сегодня, — припоминая случай, когда они чуть не погибли, преследуемые разъяренными арачами, самодовольно заявил Хват, вталкивая в магазин «дятлича» желтые патроны.
— Сам-то веришь? — хмыкнул Ануш.
— А почему нет?
— Не видишь, Ануш, наш друг еще не отошел и сбрасывает напряжение при помощи языка. Нужно быть тупицей, чтобы не знать разницу между белыми и пинками.
— Так, может, он того…
— Ну ты, крестьянская душа, я все слышу! — тут же встопорщился Хват. — Как думаешь, командир, они от нас отстанут?
— Эти да. Но неподалеку находится форт. Погоню могут выслать еще до заката солнца.
— А зачем им это? Были бы земли Новой Валенсии, тогда еще да, а так… пинкская территория, — не согласился Ануш.
— Комендант может сообразить, кого именно захватили неизвестные. Ведь Нэйла, как и других убитых, доставят в форт, а он наверняка бывал там вместе с Мойсесом. Комендант может не любить нашего «друга», но он понимает, что тот находится на госслужбе. Сомневаюсь, что будут организованы масштабные поиски, тем более после таких потерь, но активность свою обозначить он обязан. Так что давайте-ка отойдем отсюда подальше.
— А этот не подохнет?
— Теперь я на этот счет спокоен, — усмехнулся Сергей.
Глава 7
НОВАЯ ВАЛЕНСИЯ
Аланака, столица Новой Валенсии, производила сильное впечатление. Довольно широкие, мощенные брусчаткой улицы, причем не только в центре, но и по окраинам. Правда, второстепенные улицы имеют булыжную мостовую, но картина все одно впечатляет. Не замощены лишь окраины, где сравнительно недавно появились жилые кварталы или редкие предприятия. Но и здесь улицы как минимум утрамбованы гравием, причем не глинистым, а песчаным, от которого грязи практически нет.
Подобную картину Сергей наблюдал и в других городах Новой Валенсии, что выгодно отличало ее от Рустинии, не говоря уже о колонии. Даже в Плезне, отдалившись от центра и уж тем более в рабочих кварталах, в дождливую погоду можно было увязнуть в грязи.
Валийцы сумели в значительной мере удешевить процесс благодаря использованию рабского труда. Рабы работали в каменоломнях. Рабы обрабатывали камень, рабы отсыпали дороги и укладывали брусчатку. И лишь специалисты и надсмотрщики были из белых.
Сергей всегда считал, что труд рабов не отличается эффективностью, но здесь он наблюдал совершенно противоположную картину. На его взгляд, работа выполнялась качественно. Во всяком случае, он не видел разницы между мостовыми, сделанными наемными рабочими и рабами.
Оставалось лишь удивляться, откуда в казне столько рабов. Это дорогой товар, и проще нанять рабочих, чем тратить на покупку большие суммы. Ведь невольников не морили голодом, казенные рабы, так же как и принадлежащие частным лицам, получали медицинскую помощь, жили в поселениях неподалеку от столицы, заводили семьи и растили детей.
Но оказалось, что правительство и не думало приобретать невольников по рыночным ценам. Каждый капитан, привозящий живой товар, продавал казне часть рабов по заниженным ценам, чего едва хватало на покрытие расходов по перевозке, и при этом они не имели послабления в налогах. Но прибыли были настолько высоки, что работорговцы не роптали.
Разумеется, подобные поселения казенных рабов имелись только близ больших городов, карьеров и шахт. В малых городах вопросы облагораживания улиц решались местными силами. Владельцы близлежащих плантаций выделяли своих рабов на общественные работы. Конечно, были и недовольные, но в общем и целом власти и плантаторы находили общий язык.
Варакин еще раз взглянул в окно на бригаду чернокожих, в настоящий момент сноровисто разгружавших повозку, привезшую каменные бруски, и отвернулся. Бог с ними, с рабами и с валийцами. В конце концов, он не собирался заниматься искоренением этого явления, у него и своих проблем хватает. Именно они и привели Сергея и его друзей в Аланаку.
Как Сергей и предполагал, отдалившись от форта на изрядное расстояние, они оказались в относительной безопасности. Укромного уголка и пары часов задушевной беседы стало достаточно для того, чтобы получить исчерпывающую информацию.