Фронты
Шрифт:
Его примеру последовали еще шесть офицеров, но позднее и проходивший мимо с визитом мэр города Же Сидоров-Микстуров. Впрочем, поговаривают, что это было не самоубийство.
40
Между тем во всех имперских газетах появились сообщения о напряженной обстановке на самурайской границе, а в "Отсосовских ведомостях" и в "Курьезе Отсосовска" на первых двух страницах рассказывалось о пограничном конфликте неподалеку от деревни Отсосовки и села Санотряпкино.
Во время этого
Информация об этом повергала в ужас все гражданское население, и теперь первый стакан сидра поднимался всеми за здоровье отсосовского гарнизона.
Начальник же гарнизона, поручик Адамсон с приближенным ему офицерским составом пребывал в полнейшем спокойствии, убежденно веря в силу своего гарнизона.
Через день в доме госпожи Снасилкиной-Шестью устраивались увеселительные вечера с холодным шампанским, казино и любительским театром, организованным княжной Машенька в благотворительных целях. Все роли в этом театре игрались барышнями исключительно в черном нижнем белье, и вскоре театр должен был поехать на гастроли в Ставку.
Офицеры кутили, развлекались с дамами, но в основном пили сидр с Иваном, отлучаясь вроде бы невзначай на кухню.
Трехсотенный гарнизон, расквартированный в Отсосовске, служил надежной защитой городу, и потому господа превозносили поручика, славили его внешность и барышень, которые ему нравились и с которыми он уединялся в спальне.
А обстановка на самурайской границе все накалялась и продолжала накаляться до тех пор, пока Адамсон не вышел все-таки из равновесия и потерял всякую уверенность.
Он стал так переживать и терзаться, что уже через неделю у поручика оставалась только одна надежда — на пятитысячный казачий полк генерала Базанова, который ко всему прочему обладал самой обольстительной куртизанкой в державе. По рассказам очевидцев, она имела очень узкое и в то же время чрезвычайно глубокое обольстительное место.
Поручик вспоминал о своей встрече с Базановым в одном из салонов Столицы и убеждал себя всякий раз, что на такого человека надеяться можно. И теперь на всех вечерах он произносил имя Базанова с такой уверенностью в голосе, что даже гражданские лица уверовали в прочность отсосовской обороны.
Между тем сам генерал Базанов не торопился двигаться в Отсосовск, брезгуя низким званием Адамсона и не желая становиться под его начало. Удерживало его также нежелание вывозить туда даму своего сердца, которую он необычайно берег от отсосовских соблазнителей. Он был наслышан не только о Нахимовиче и поручике Бегемотове, но и о Блюеве, ротмистре Яйцеве и Хоррисе. Генерал был вполне осмотрительным человеком.
Дама же его сердца, напротив, была покорена отсосовскими офицерами, несмотря на то, что вблизи не видела из них ни одного. Более всего Софья была увлечена
Длилось это недолго, и уже в октябре, в один из ясных дней, Базановский казачий полк вышел на Марш в Отсосовск.
41
Поручик Адамсон сидел на крыше Отсосовской уездной управы и смотрел сквозь стекло на восток. Обстановка на самурайском фронте складывалась все хуже и хуже, на дороге в любой момент мог показаться неприятель.
"Наши доблестные войска в срочном порядке отступают на заранее заготовленные позиции…" — бормотал поручик, сплевывая вниз, на улицу.
— Эй, начальник, что видно? — крикнул снизу корнет Блюев.
— Да вроде все тихо, — ответил Адамсон и в тот же момент увидел на востоке облако пыли. — Японцы! К бою! — заорал чуть поздже поручик и нырнул в чердачное отверстие.
— Равняйсь! Смир-рно! — завопил он из окна второго этажа.
— Заряжай! Пли! — из окна первого.
— Ура! В атаку! — из прихожей.
Только выскочив на улицу, ошалевший поручик понял, что кричал он напрасно. Площадь была пуста, если не считать нескольких коров и поддатого корнета Блюева в кальсонах.
Приказав Блюеву взять на себя правый фланг и матерно ругаясь, Адамсон бросился к казармам.
Не прошло и часа, как все было готово к бою. Дорогу преграждала баррикада из телег, фонарных столбов и поломанной мебели, за которой залегли солдаты. В небольшом отдалении стояли четыре пушки. Неприятель приближался.
У Адамсона пересохло во рту, и неожиданно снова началась его сортирная болезнь, да не одна, а в придачу с поносом.
— Корнет Блюев! Приказываю временно принять командование! — крикнул Адамсон и осторожно побежал за угол. Секундой позже он появился снова, и по галифе стало ясно, что он не успел.
Корнет Блюев деликатно отвернулся в сторону дороги. На горизонте как раз появились передовые порядки казачьего полка генерала Базанова. Узнав своих, Блюев радостно взмахнул руками и закричал:
— Не стрелять! Ведь это наши, базановцы!
После чего корнет вскочил на одну из лошадей, по случайности приблудшей на площадь к бесплодным коровам, и погнал ее навстречу казакам.
42
В развернутом строю, с бунчуками и знаменами, вступал в Отсосовск казачий полк генерала Базанова. Радостные жители высыпали из домов, чтобы приветствовать героев, многие бросали им охапки цветов, бутыли с сидром, барышни подсаживались к казакам.